телефонную книгу я забила контакт официально:
«Роман».
И потом поняла, что отчество его мне неизвестно. На самом деле мне вообще о нем мало что известно.
А теперь я смотрю на мужское имя, и мне не хочется говорить при ком-то. Не хочется свидетелей нашего разговора. Почему-то это кажется слишком личным.
Я прошу Лиду присмотреть за Кариной, а сама иду на кухню. Жаль, межкомнатная дверь отсутствует. Кухню от коридора отделяет лишь закруглённая арка.
— Да, — отвечаю коротко, мне интересно, что он задумал...
— Как дела у самых красивых девчонок?
Такое банальное приветствие, сказанное игривым, но уверенным тоном, вызывает у меня улыбку. Странно слышать от Беркута такие слова. Неожиданно. На моей памяти я впервые различаю нотки сладкой беспечности в его голосе.
— Прекрасно. Спасибо, что интересуешься.
— Я понимаю, что у вас, должно быть, выходные расписаны поминутно, но попытаюсь выцыганить минут тридцать вашего времени.
— Да, мы и правда заняты.
— Где ты будешь через час-полтора? Я Карине хочу кое-что передать. Обещаю не надоедать.
— В офисе буду.
Секундное замешательство.
— С ребёнком?
— Да. Она любит бывать у меня.
— Черканешь адрес? Я заскочу.
А теперь стушевалась я. Так странно сейчас впускать его в свою жизнь. Подскочить в офис… Заехать на пятнадцать минут. Перехватить. Подкинуть…
— Ладно.
— Яна. Ты работаешь без выходных? — я различаю нотки недовольства в его голосе?
Такой простой вопрос вызывает у меня улыбку. Он так забавно спросил, как будто с возмущением.
— Нет, что ты. Просто ненадолго нужно заехать.
— Хорошо. А то я подумал, что ты без сна и отдыха. Я бы хотел попросить на следующую субботу ничего не планировать.
Ну вот. И Антон тоже... просил.
— Уже запланировала, — не знаю, зачем это говорю. Не факт, что я увижусь с Антоном.
— Обсудим. Жду адрес.
С непонятным воодушевлением я отбила звонок. Внутри все трепещет. И как будто почки распускаются после морозной зимы. Весна в душе… Оттепель…
У Лиды мы погостили еще недолго. И потом поехали в офис. Рома, как и обещал, подскочил туда же. И привёз Карине мороженое с кусочками экзотических фруктов. И еще один свитер. Точно такой же, как был на нем в нашу «первую» встречу. Только детский.
Дочь была счастлива. С улыбкой до ушей и свитером на коленях она сидела в клиентской зоне и смотрела мультики, вооружившись деревянной ложкой в комплекте с мороженым, пультом от телевизора и влажными салфетками.
Пока я разбирала срочную рабочую документацию в соседнем кабинете, на стол возле меня плавно опустилась жестяная банка.
Я ошарашенно вглядываюсь в надпись, не в силах произнести ни слова.
— Глаз случайно зацепился в магазине, — в ответ я поднимаю на Беркута непонимающий взгляд. — Ты любила раньше. Поэтому я захватил.
Парой ловких движений он играючи вскрыл упаковку с характерным пшиком и поставил обратно на стол.
Кокосовую воду я не пью давно уже. Охладела как-то. Но сейчас мне вдруг захотелось залпом осушить всю банку и почувствовать характерный легкий, ни с чем не сравнимый сладковатый оттенок кокоса.
Он помнит? Удивительно.
— Спасибо, — выдавливаю из себя слишком сухо.
Под его немигающим сверлящим взглядом я успеваю сделать лишь несколько глотков, как вновь звонит мой телефон. На экране незнакомый номер.
Молча пожимаю плечами, кивком указывая на то, что все-таки работаю, предоставляя Беркуту выбрать: вернуться к Карине или остаться у меня. И с печалью отставляю жестянку в сторону.
— Слушаю, — произношу деловым тоном, отстранённо наблюдая, как Рома выбирает второй вариант и вальяжно опускается на диван у стены.
Оттого, что он так близко — можно даже сказать, прикасается к важной части моей жизни, — на душе сумятица. Я даже представить себе такое не могла. Ещё вчера это казалось чем-то невозможным и нереальным, а уже сегодня...
Глава 15
БЕРКУТ
Карина воодушевленно заявила, что «нечего мешать» ей смотреть мультики.
А я, пытаясь засунуть как можно глубже внутреннее волнение, прошёл к Яне в кабинет.
Ранее, пока брел между длинных рядов супермаркета, вдыхая сухой воздух, от которого слизистую начало щипать, глаз случайно зацепился за яркую жестянку. Я уж почти прошёл мимо, но что-то остановило меня. Раньше я специально для Яны выискивал эту воду. И сейчас, в принципе, с меня не упадёт, но ей же это не надо. Впрочем… пофиг!
Черт меня дернул зацепить с полки сразу две несчастные банки: одну убрал в бардачок — на кой хрен, я и сам не понял, — а вторую положил к мороженому.
Уже в офисе я сам вскрыл упаковку и придвинул ее ближе к девушке, столкнувшись с ошарашенным взглядом.
Я не собирался делать ей приятное, просто вдруг подумалось, что от меня не убудет.
А теперь вот стою и, как последний придурок, жду ее реакции, надеясь, что Яна все же оценит.
Она с наслаждением втягивает через трубочку содержимое и жадно делает несколько глотков, прищуривая глаза от удовольствия.
— Спасибо, — и кивает в противоположную сторону.
Я по-хозяйски опускаюсь на диван и внимательно, очень медленно обвожу взглядом помещение, на автомате выцепляя мельчайшие детали.
Никакого мусора или бумажных стаканчиков из-под кофе. Вообще минимум предметов на столе. Телефоны, органайзер, блокнот, отдельно стикеры, причём парочка приклеена к монитору. Из всего ряда с канцелярскими вещами выпадает только банка кокосовой воды и фоторамка — это единственная личная вещь. Уверен, на фото Карина, но рассмотреть не позволил ракурс.
Все аккуратно сложено и расставлено. Я не удивлен. Яна всегда любила порядок.
Звонит её телефон, и она с воодушевлением поднимает трубку, тут же концентрируясь на собеседнике. Наблюдаю за ней молчаливо, цепко, но словно невзначай.
—
