скользит ниже, к идеально плоскому животу, который слегка подрагивает от её нервного дыхания. Идеальные пропорции: изящные бедра, плавные линии талии, стройные, длинные ноги. Всё в ней притягивает, и я не могу отвести глаз.
Закрываю — открываю глаза, и понимаю, что больше не могу терпеть. Я и так изо всех сил старался, чтобы не наброситься и не растерзать ее жертвенное тело. Потому что именно так хочу!
Я нагло берусь рукой за ворот махрового халата и стаскиваю его с плеч. Вера вздрагивает и нервно выдыхает. Вскидывает на меня глаза и хочется обхватить себя руками.
— Твою мать! — срывается с моих губ, и я прикрываю глаза, потому как мой член бьется в тихой истерике.
— Я хочу видеть тебя всю, — прошу грубовато, давя интонацией. — Отбрось в сторону халат и стань передо мной.
Вера замирает. Её дыхание такое поверхностное.
Я нагло рассматриваю женщину, ведя взглядом снизу-вверх. Идеальная фигура. Гладкая, с немного выраженными мышцами.
Мы встречаемся взглядами.
— Ты — очень красивая, — я подаюсь вперёд, кладу руки на ее бёдра и тяну на себя.
Вера судорожно вздыхает. Хочет перехватить мои руки, чтобы контролировать.
Оставляю несколько горячих поцелуев на её запястьях и укладываю её руки себе на плечи.
— Что-то я тебя уже боюсь — нервно хихикая, Вера сглатывает и облизывает губы.
— Не надо, — дергаю к себе за талию и прижимаюсь губами к её животику. Веду дорожку поцелуев к груди, затем к кружевным трусикам.
— Ты что… — пытается отстраниться, но я ловлю её за попку и возвращаю.
— Назад пути нет, — мой голос вибрирует на обертонах.
Вдыхаю в себя запах женского возбуждения. Скольжу пальцами между бедер по кружевной ткани её трусиков.
— Я мечтал снять их с тебя с нашей самой первой встречи… Они так сексуально просвечивались через тонкую ткань твоих брюк.
Меня просто коротит от своих пошлых фантазий.
— Больше не смей такие носить на работу, — предупреждающе рычу я.
Подхватываю пальцами тонкое кружево и тяну его по ногам вниз. Всё. Больше никаких преград между нами. Тут же зацеловываю нежную, чувственную кожу.
— Ах… — Верины пальчики впиваются в мои плечи.
Она начинает гасить в себе рвущиеся наружу стоны.
— Не сдерживайся со мной, — приказываю ей.
Затем тяну женщину на себя, заставляя сесть верхом.
Вера зарывается пальцам в мои волосы на голове, подставляя под мои поцелуи свою грудь.
— Раздень меня— горячо шепчу ей в ушко, и она послушной кошечкой стекает по моей груди. Я поднимаюсь на ноги. Ее ресницы стыдливо падают вниз, когда она берется руками за резинку моих домашних штанов и тянет их вниз. Затем смотрит несколько секунд, как завороженная.
Черт!
От желания меня перекрывает дыхание и даже ненадолго темнее перед глазами. Перехватываю ее за шею и ловлю затуманенный взгляд.
— Хочу тебя…— рычу, резко впечатываюсь в неё губами.
Кивает.
— А ты? — требую съезжая поцелуями на щечку.
— Да…— сладко стонет в мой рот.
В следующее мгновение я разворачиваю ее к себе попкой и толкаю вперёд, ставя коленями на диван. Покусываю и зацеловываю вдоль позвоночника, заставляя её прогнутся.
Вера послушно опускает руки на спинку дивана. Давлю ладонями на ее поясницу. Наслаждаясь тем, как она подчиняется, я направляю член и вдавливаюсь в неё.
— Оооо… — Вера ложится щечкой на свои руки.
Чувствую головкой пульсацию ее плоти. Вхожу в неё на всю длину и замираю, давая привыкнуть. Её внутренние мышцы сжимаются вокруг моего члена. Делаю несколько лёгких толчков. Затем медленно выхожу и снова вхожу до упора.
— О Боже… Артём…
— Иди ко мне, — поднимаю её и вновь вхожу в неё снизу.
— Мммм… — Вера откидывает голову на мое плечо, и мы страстно целуемся.
Сминаю руками ее грудь. Вера стонет, сбиваясь с ритма, каждый раз, когда я вхожу в неё снова и снова. Ее руки ищут опору, и я возвращаю их на спинку дивана.
Зацеловываю её спинку, мягко покусывая лопатки. Я, находясь, почти в бессознательном состоянии, усиливая темп начинаю насаживать на себя её тело. Ощущаю, как по её плечам начинают разбегаться мурашки. Затем Вера обмякает в моих руках, пульсируя оргазмом вокруг моего члена. И пока её качает от поступивших в кровь эндорфинов, я ускоряюсь. Буквально вколачиваюсь в неё. И тут же следом срываюсь в оргазм.
14
Вера
Просыпаюсь от луча света, пробивающегося сквозь плотные шторы. Несколько секунд лежу неподвижно, пытаясь понять, где я. Постепенно всплывают события вчерашнего вечера, и в груди поднимается что-то между тревогой и сладким воспоминанием.
— Ты ещё спишь? — раздаётся голос Артёма, и я тут же поворачиваю голову.
Он стоит в дверях комнаты, уже одетый в светлую рубашку, слегка закатанные рукава обнажают крепкие предплечья. На его лице лёгкая улыбка, и он кажется абсолютно спокойным, как будто всё это совершенно обыденное утро.
— Доброе утро, — смущенно говорю я.
— Доброе, — отвечает он, подходя ближе. Его взгляд слишком внимательный, и я чувствую, как щеки начинают пылать. — Завтрак готов. Вставай, а то опоздаем.
Я киваю и заворачиваюсь в простыню, стараясь не смотреть ему в глаза. Артём ловит её за другой край и тянет на себя, коварно улыбаясь, но ничего не говоря.
Я вцепляюсь в простыню сильнее, чувствуя, как тепло разливается по телу.
— Артём! — почти шиплю, стараясь сохранить хоть какую-то серьёзность.
Он хмыкает, но отпускает край, делая вид, что это была шутка.
— Ладно-ладно, — говорит он, подняв руки в притворной сдаче. — Но поторопись, Вера, мы, правда, опаздываем.
Он поворачивается и выходит из комнаты, а я остаюсь сидеть, всё ещё сжимая простыню в руках. Сердце стучит так, будто я только что пробежала марафон. Артём слишком уверен в себе, слишком спокоен, и это пугает меня больше, чем вчерашний вечер и всё то что произошло между нами.
Через несколько минут я поднимаюсь с кровати, натягиваю свою одежду, которую, кажется, заботливо сложили на стул, и подхожу к зеркалу. На щеках всё ещё лёгкий румянец, а в глазах отражается тихая радость.
Может лимон пойти объесть? Чтобы на работе так не улыбаться.
Когда выхожу на кухню, Артём уже заканчивает накрывать на стол. Кофе, омлет, тосты — всё выглядит так уютно, что мне даже становится немного неловко.
— Присаживайся, — говорит он, жестом приглашая к
