пробивал. Это ладно… так не учится же он ни хрена! Одни двойки пошли.
— Ремнём его надо, — пробасил Крокодилыч. — Меня вот пороли за каждую мелочь.
— И толку-то? — Артур хмыкнул. — Не помогло, бандюганом стал, ха!
Он засмеялся, а остальные начали смеяться ещё громче. Шаво аж ухохатывался, постоянно глядя на Артура. Даже Муха усмехнулся пару раз.
— Не, бесполезно этот ремень, — продолжил Артур. — Шкету уже семнадцать, а директриса ещё такая, коза драная, возникает, типа зашугал я его своими подзатыльниками. А как ещё-то его воспитывать? Мать-то его баловала, а эта возмущается.
— Разобраться с ней? — спросил Крокодилыч.
— Б**ь, Макс, ну куда ты? — Артур развёл руками. — Со всеми бы разбирался. Сам с ней говорю, я же не Чапай, чтобы по каждому чиху прибегать жаловаться и на помощь звать.
— Артур, я… — начал было Чапай.
— Тихо, — произнёс Артур, глядя на него. — До тебя ещё дойдёт.
Чапай снова склонил голову.
— Дети совсем от рук отбились, — медленно произнёс Муха. — Всё бы телевизор смотрели да в «Марио» бы своего играли на денди. Вот что не говори, а раньше, когда мы п***ками были, было интереснее. Там и пионеры всякие были, и макулатура, и бабкам всяким помогали, и бутылки сдавали. На картошку ездили в колхоз. Некогда было прохлаждаться. А сейчас — всем по барабану, из школы пришли и за телевизор сразу упали. Заняться-то им нечем. Не мелочь же его учить по карманам тырить.
— Я-то пионером не был, — прошипел Серый. — Без этой вашей пионерии обходился, меня улица вырастила, и ничего, человеком стал. Вот и этих на улицу надо гнать.
— Мог и не говорить про своё детство, — Артур хмыкнул. — В курсе же я, что ты в те годы помидоры у колхозников тащил с теплиц да бельё у них воровал постиранное, с верёвок. У тебя же из-за ворованных панталон бабских первая ходка-то была?
Серый издал хрипящий звук, Артур хохотнул, и все снова засмеялись. Выпили по третьему разу, и тут Артур очень внимательно посмотрел на Чапая.
— Ну чё, Колька Чаплыгин, огрёб сегодня от пацанов с утречка? — спросил Артур, чуть наклонив голову и глядя исподлобья.
Взгляд не предвещал ничего хорошего, но остальные пока не напрягались, потихоньку говорили о своём.
— Артур, эти лохи совсем оборзели…
— Так тебя лохи побили? — ещё громче произнёс Артур. — А ты тогда кто после этого? А?
— Я с ними разберусь, надо только…
— Я тебе чё сказал? — угрожающе проговорил Артур, и сразу стало тихо. — За своими следить получше, а за той компашкой из пацанов, кто с Чечни приехал, мы сами с Мироном смотрим. И кто тебя просил к ним ехать и на счётчик ставить? А?
— Да я не знал, что это они! — начал оправдываться Чапай. — Говорил Рынде пробить, а он сказал, лохи какие-то…
— Так кто бугор-то, Рындя или ты⁈ — взревел Артур. — Ты на него не вали! Раз тебя бугром поставили, то и отвечать за косяки тоже ты будешь, а не Рындя! Или мне его бригадиром ставить? А?
Артур поднялся, грозно нависнув над столом.
— Я тебе чётко сказал, туда не лезть. Не понимаешь, значит, тебе же хуже. Значит, так, — он повернулся к Мирону. — Слава, раз дело так пошло, придётся ускоряться, а то если эти пацаны начнут дёргаться, придётся вопрос иначе закрывать, а нам они нужны.
— Ещё как.
— Десяток парней, кто знает, как калаш держать, пригодятся, потом и остальные к ним подтянутся, кто возвращается. Надо успевать, пока Кросс не просёк про это. Так что ты этим пацанам стрелу забей, но побазарь с ними без наездов. Ты вояка, они тоже — общий язык найдёте.
— Поговорим, — Мирон кивнул.
— То, что они на Чапая руку подняли — косяк, но его отработать можно, скажи им. И объясни популярно, что мы не беспредельщики, как о нас в городе говорят, и что разобраться хотим по справедливости. Скажи, что за драку на дискаче спрашивать не будем, там и чапаевские сами полезли, куда не просят. От рук же совсем отбились, некому за ними смотреть.
— Понял, — Мирон бросил ехидный взгляд на Чапая.
— Но этот вопрос закрыть надо. Вот чтобы его закрыть, как нам выгодно, пусть они тот рыночек у порта разгромят, который чехи держат, — Артур ненадолго задумался. — Пацанам и самим это в кайф будет, с чехами ещё раз подраться.
— Так и есть.
— Скажи, пусть не сдерживаются, а мы с тобой присмотримся к ним ещё, кого потом звать, кого нет. А ты, Чапай, — Артур показал в его сторону пальцем, — сидишь на жопе ровно. И раз ты не понимаешь, что я говорю, тогда объясню доступным тебе языком. Тот пятачок с киосками на Пятёрке отдаёшь Мирону, он теперь с него кормиться будет. И половина твоей доли с набережной тоже уйдёт Мирону. А к пацанам тем не лезь, больше предупреждать не буду.
Чапай обречённо кивнул.
Вскоре собрание, совмещённое с обедом, закончилось, все начали расходиться, только Мирон заболтался с Шаво и остался в зале. Чапай хмыкнул, глядя на него, и вышел на улицу, где подошёл к стоящим через дорогу своему «Паджерику» и чёрному «марковнику», где сидели парни из его бригады.
— Ну чё, Чапай? — окошко тойоты открылось. — Что Артур сказал? Гасить чертей этих?
— Артур сказал, чтобы эти падлы за свой косяк ответили, — Чапай хитро хмыкнул и достал мобилу. — Так что давай-ка, Румын, делай, как ты умеешь, прижмём их. А я пока позвоню кое-куды…
Глава 5
Орлов был на взводе, будто собирался куда-то срочно бежать, что-то делать, даже и не зная, что именно. Поэтому бесился, что мы сидим на месте и ничего не предпринимаем. Но сначала надо разобраться толком, что случилось, а не бежать, как слепой лось через горящий лес.
— Да они тут наехали на нас, стрелу забили! — торопливо говорил Витя, размахивая руками.
— Погоди, давай сначала, — спокойным голосом попросил я.
— А это кто? — Орлов, наконец, заметил Турка.
— Это свой. Говори при нём, он что-нибудь дельное подсказать сможет.
Витя продолжил говорить, уже спокойнее. Видно, что он
