бы не подумал, что ты могла так изощренно врать, тягаться вместо матери к Самойлову, развлекаться с ним по отелям, вести эротические переписки, когда читал - меня выворачивало наружу от того, что ты такая похотливая с чужим мужиком. Как ты могла, как ты, дрянище, посмела? – истерично орет муж.
Слышать этот бред я просто не могу. Что он вообще несет?
- Перед тем как обвинять меня во всем, спроси у Татьяны Петровны, я каждый раз уезжала именно к ней и сидела у постели ухаживая. Понимаю, что любви у нее ко мне мало, и она покрывала ваш с Соней роман, но тут вряд ли станет врать. Я посвятила немало времени и финансов, ухаживая за мачехой, - отвечаю мужу.
- А ты считаешь я не спросил? Думаешь, как дурачок с пустого завелся? Она все рассказала, мне лично рассказала и сдала тебя. Твои финансы не помогли ее прикормить, совесть оказалась превыше, Таня озвучила всю правду, а Соня показала факты.
- Показала? – не могу поверить собственным ушам.
О чем он вообще? Как можно показать то, чего нет?
- Да, гадюка! Показала! Твоя сестра предоставила переписки с Самойловым, скрины, твои фото. Ты опустилась до того, что даже в белье, которое дарил, позировала перед Егорушкой. Бессовестная сволочь! – на этот раз Иван сбрасывает настольную лампу, она, точно так же как и ваза, разбивается.
- Это фото я слала сестре, когда хвасталась подарком. Что ты вообще несешь? Я никогда не переписывалась с Егором Алексеевичем на личные темы. У нас рабочие отношения, - оправдываюсь как дура.
Господи, Татьяна и Соня решили меня подставить? Выставить предательницей в глазах мужа? Какая же я идиотка... Годами выворачивала себя наизнанку, чтобы угодить им и получила вот это?
- Хватит врать, дрянь! Устал от лжи! – продолжает оскорблять Иван.
- Я не буду оправдываться. Пошел отсюда вон. Просто разведемся и закроем вопрос. Кстати, даю тебе 24 часа, чтобы вернуть мои деньги, в ином случае я буду вынуждена обратиться в полицию, - после услышанной информации о мачехе и сводной, пытаюсь собрать мысли в кучу и вести себя адекватно.
- Нет денег, - разводит руки Иван. – НЕТ! – добавляет со смешком.
- Плохая шутка, - реагирую нервно.
- Сегодня утром Соня купила себе машину, пяти миллионов больше нет, - добавляет муж и плюхается в кресло. – А теперь поговорим о нас. Я хочу еще пять миллионов и тогда готов покинуть квартиру и твою жизнь.
- У меня нет таких денег, - выдыхаю в ответе.
- Окей, миллион я спишу за счет твоих украшений, - остальное ищи.
- Моих что? – молниеносно кидаюсь к тумбочке и нахожу пустую шкатулку. Забывая об осторожности и ребенке, набрасываюсь на мужа и бью его кулаками, - предатель, сволочь, мразь! – не желая того сама, все же начинаю рыдать. Он забрал самое ценное для меня, украшения, которые я хранила в память о матери.
Я размажу свою мачеху и сводную, растопчу мужа. Никогда не прощу эту боль, от которой сейчас просто не могу дышать...
Глава 12.2 Ксения. Новый удар
- И после этого ты задаешь вопросы насколько же ты был любим? – выплевываю зло. Если бы взглядом можно было бы убивать, я бы испепелила это чудовище.
Столько лет прожить с человеком и не узнать его нутро.
Поражает, что еще недавно я удивлялась, что многие жены, как слепые котята, не осведомлены об изменах своих мужей, считала мол, кто хочет, тот увидит, или – значит не особо и смотрели.
О да, вот оно! Теперь я на месте этих слепых жен, и искренне не понимаю, в какой момент упустила тот факт, что мой муж, человек, которого я уважала и обожала, оказался настоящим подлецом.
- Украшения у меня, захочешь вернуть – обращайся. Пять миллионов и они возвратятся в заветную шкатулочку.
Низ живота начинает тянуть, от происходящего меня буквально трясет. Не хотелось никого вмешивать, но без помощи я не справлюсь, несмотря на мой твердый характер. От жадности и беспринципности парочки, я просто не нахожу в себе сил, чтобы собраться.
Думаю, что отцу пора узнать, с какими женщинами он делит свою жизнь, а у Егора Алексеевича принять помощь по поводу адвоката. Только эти люди реально способны мне помочь.
- Пошел отсюда вон, - выкрикиваю и ощущаю резкую боль внизу живота. Страх, что я могу потерять настолько долгожданного ребенка, меня парализует.
- Не корчи из себя страдалицу, что с тобой? – сначала с насмешкой произносит Ваня, но видит я не шучу. – Тебе плохо, лицо белое.
- Уйди, я прошу тебя. Просто уйди, для чего ты здесь? Я уже все увидела, услышала и поняла. Развлекайся с Соней, Маней, Таней, при чем тут я. Вань, ну при чем? Ты мало меня унизил, обобрал? Я не стану ничего тебе платить и намерена забрать свое, твои попытки меня добить тщетны. Ни копейки я больше не дам ни тебе, ни твоей подружке. Содержите себя сами!
- Ты сама виновата. Нужно было думать, перед тем как раздвигать перед Самойловым. Я и ему начищу харю, тебе ясно? – снова заводится.
- Побойся Бога! Не позорься, нет никакого Егора, я тебе в тысячный раз повторяю, но если тебе мало выставлять себя безголовым клоуном передо мной – сходи еще и к боссу. Пусть он увидит, насколько же бывают слепые и глупые мужики – повесели его!
- И схожу! Возьму все переписки, фотографии и швырну в лицо. Напомню обо всех командировках и плюну в рожу тем, что осведомлен, как он кружился с моей женой, прикрываясь больной тещей.
- Ну ты и идиот, - отвечаю и чувствую, что мне нужна скорая, резь настолько сильная, что слезы из глаз уже катятся не потому, что здесь супруг и он несет откровенную ересь, а потому что больно. – Впрочем, - задумываюсь на миг, - тебе и
