class="p1">— И зачем рецепты? Они нужны только для тех, кто выбрал ремесло на зачарование или кузнечество. А алхимики и сами могут его изготавливать. Считай, что из подручных материалов делают. Главное, чтобы колбочки системные были, — он достал из инвентаря склянку. — А их кузнецы-стеклодувы делают. И тоже из всего подряд.
— Из чего, например? — времени до начала следующей фазы было предостаточно, так что можно было и поговорить.
— Ну вот помнишь ты брусочки малахитовые приносил?
— Было дело.
— Вот кинешь такую в смесь стеклянную и хоть сотню можно сделать. У лагеря, Андрюшка, много полезных людей есть. А чегой ты спрашиваешь это, будто сам не знаешь? — дядька Ермолая попытался пошевелить почерневшими пальцами на ногах, но у него ничего не вышло. — Эх, сказал бы мне кто-нибудь с самого начала, что регенерацию надо брать в характеристиках, расцеловал бы этого человека.
— А Кейра что посоветовала взять? — задал я вопрос, с улыбкой вспоминая это рыжее чудо.
— Кто? Какая Кейра? Ты сейчас о ком? — он непонимающе поживал губу и принялся руками разминать мизинец.
— Ну… Кейра, — я видел, что собеседник не притворяется. Странно. Да и Столыпин не допытывался меня по поводу девушки, хотя было очевидно, что уникальные способности бывших старичков — её заслуга.
— Я ещё не со всеми в лагере познакомился, — хмыкнул дядька Ермолай. — Да и бывал там только два раза. А там людей-то… Десять тысяч. Кто бы мне сказал месяц назад, что в Рябчиково столько жить будет, никогда бы не поверил. А оно вон как вышло. Так чегой меня про обезбол спрашиваешь?
— Просто интересно, — сказал я, размышляя о Кейре. Как-то она передала мне письмо через караульного. В тот момент у него тоже отшибло память. Вдруг и сейчас происходит такая же ситуация? Могла ли девушка сделать так, чтобы о ней все забыли? Судя по всему, могла. И правильно сделала. Признаться, тоже не отказался бы от такой способности.
— Тебе его не выдали что ли?
— Нет. А должны?
— Конечно. Полковник Бобров — это командир мой — сказал, что всем выдают в обязательном порядке. Жизнь-то она сейчас такая, что постоянно приходится попадать во всякие неприятности. А коли боли нет, так и жить легче становится. Вот тому отряду, где я сейчас, по сорок зелий на человека дали. Говорю же, с обезболивающим никаких проблем нет. Ты сейчас где служишь?
— Записали в свободные охотники. Я только-только с КПП приехал. Ещё на довольствие не успел стать. И даже оружие не получил, — отчитался я, не вдаваясь в подробности. — А ты?
— Так контрразведка, — улыбнулся дядька Ермолай. — При тебе же меня Бобров и забрал. Пока что на испытательном сроке, но он мной доволен.
— Потому что ты с помощью ветра можешь большую территорию контролировать? — я улыбнулся. — Враг не проскользнём и будет обнаружен?
— Смейся-смейся…
— А как ты получил эту способность? — спросил я, отгоняя образ моей рыжей подруги.
— Не знаю. Сразу была у меня, — контрразведчик пожал плечами. — Я же сперва думал, что моя школа аэрации у всех так работает, а оказалось, что нет. Но диверсантов я хорошо чую. Это да…
— А ты не видел Альтаира? — вспомнил я своего сопровождающего. — Это тот парень с синими волосами. Его в списках нет. Убили что ли?
— Так я рассказывал тебе про него. Генерал Столыпин-то матом его покрыл и запретил сюда заходить. Да и никого тут нет из самого главного командования.
К нам подошел Альберт и указал на место рядом со мной. Я кивнул. Он опустился на корточки.
— Вы двое тут единственные не из наших. От вас проблем не будет?
— Я, значится, стажируюсь у полковника Боброва, так что, сына, я тоже из ваших.
— Помолодел? — спросил Альберт.
— Ну годков сорок-то я точно скинул.
— Хорошо. Бери, — он протянулся склянку. — Это зелье регенерации. Используй сейчас. Ничего не расчесывай. Лучше сиди и не шевелись. И терпи. Это неприятно. А с тобой? — новоиспеченный командир отряда посмотрел на меня.
— Если меня не тронешь, я тоже не трону, — сказал я, глядя в немигающие глаза. — Сейчас помогать буду. Это выгодно всем.
— Хорошо. Я видел действие твоего кольца. Полезная вещь. И всё слышал, когда ты со Столыпиным говорил. Постарайся выжить на следующей фазе. У тебя ко мне есть вопросы? Ты знаешь, что я имею ввиду.
— У тебя был приказ, — я пожал плечами. — Маловероятно, что ты добровольно просидел на чердаке пару дней.
— Это вы о чем сейчас? — заинтересовался дядька Ермолай.
— А, неважно, — отмахнулся я.
— Хорошо. У тебя что по доспеху? У Старшины остался запасной щит и шлем. Остальное разобрали.
— Мне они пока что только мешают.
— Понял. У тебя что? — он посмотрел на бывшего старичка.
— А мне-то шлем пригодится. Да и щит тоже. Мой-то всё, — контрразведчик развел руками.
— Хорошо. Потом заберешь, — Альберт встал и крикнул. — Тишина!
Я оглянулся. В десяти метрах от нас стоял Бармалей с поднятой рукой. Он взял слово:
— Так, восстановление маны ускорено в двадцать пять раз. Думаю, что после каждой новой волны мобов, нам будут давать один час на передышку. Как раз вся энергия восстановится. Во время боя можно использовать магию, но всё же рекомендую не сливать её в ноль. У всех начальные заклинания жрут по десять единиц?
— Да, — ответил нестройны хор голосов.
— Это хорошо. Количество мобов на первом этапе как раз было столько, чтобы на каждого из них использовать по одному заклинанию, — подсчитал местный аналитик.
— Так, значится, не у всех-то они боевые, — сказал дядька Ермолай, пытаясь усидеть на месте. Его тело, испытывающее на себе эффект зелья регенерации, слегка подсвечивалось. — Я за раз могу откинуть и штук двадцать монстров, но вот убить — оно никак.
— Не ты один такой, — добавил человек с прозвищем Ступченко. — Я так вообще только перемещаться могу.
— Ну, значит, свою задницу ты спасешь, — заржал кто-то из толпы.
— Разговоры… — рявкнул Дмитрий Хрящев. Я посмотрел на майора. Он заметил мой взгляд, провел пальцем по шее и подмигнул. Видимо, это такое невербальное «спасибо» за его спасение. — Продолжай!
— Ступченко и, — Бармалей проверил бывшего караульного, — Ермолай всё правильно говорят. Но и из этого можно извлечь выгоду. Ступченко может телепортироваться дальше и начать орать…
— Он это любит, — крикнул кто-то. По амфитеатру раздались легкие смешки.
— …Это привлечет внимание монстров, — продолжил аналитик. — Часть из них отвлекутся и бросятся к нему. А он спокойно переместится в безопасное место. Тем самым выиграет несколько секунд для людей с атакующей магией.
— Эй, Ступченко, да ты, оказывается, теперь самый полезный среди нас…
К аналитику подошел Альберт. Сразу же наступила
