угодила ему в ногу и защиту сняла.
Воронцов сосредоточил взгляд на торце рукояти и позвал клинок обратно. Тот, оставив в груди умирающего обугленную дыру, на приличной скорости влетел в его ладонь. Вот только ведун не стал дожидаться, пока его завалит борзая цель, раздался звук бьющегося стекла, и тот сиганул с десятиметровой высоты. Когда Константин подбежал к окну, то едва не поплатился жизнью, с жезла братка сорвался сгусток черноты, который чуть медленнее, чем пуля, но все равно быстро, на грани восприятия невооруженным взглядом, стремительным росчерком влетел точно в окно и угодил Воронцову в грудь. Но тень выдержала и эту атаку, точно не зря вложился. Константин покачнулся, он даже увидел презрительную ухмылку на лице ведуна, но вот она увяла, и человек бросился к беседке. Воронцов вскинул револьвер, но силуэт в темной одежде ночью, да еще и перемещающийся небольшими прыжками из стороны в сторону, трудная мишень. Он выстрел трижды, прежде чем самого везучего из троицы поглотила ночь.
— Прости меня, хозяин, — раздался в голове слабый голос Беляша, — я подвел тебя.
Константин сунул револьвер в кобуру и, выйдя в коридор, присел рядом с лежащим у стены прислужником.
— Все хорошо, мы победили. — Он потрепал зверька по загривку и получил в ответ волну благодарности. — Ты как, — спросил он.
— Спасибо, хозяин. Мысли путаются, сильно он меня приложил, но скоро я приду в себя. Ну, тогда давай обратно в свой карман. Там отлежишься, — он сосредоточился и допустил исчезнувшего в белесом тумане Беляша до резерва, который использовала Юлия.
И снова волна благодарности.
Константин посмотрел на еще живого братка так и застывшего посреди коридора. Распаханная гортань. О том, что этот ублюдок выживет, и речи не идет, стоит защите исчезнуть, и он тут все кровищей зальет. Константин шагнул к трупу коллеги и стянул с того куртку. Пришлось повозиться с пуговицами. Та была из плотной кожи и отлично годилась для задуманного. Обернув шею убийцы так плотно, насколько это возможно, он приготовился ждать, когда веда спадет. Долго стоять рядом не пришлось, буквально десять секунд, и тело повалилось прямо на него. Константин отволок покойника на лестницу, где тот и умер, суча ногами.
Да уж, грязно сработал, хотя жив, и хорошо. Если бы не Юлия, мог бы уже остывать.
— Ваше сиятельство, — раздался снизу голос ключника, — стреляли. Да и стекло, я слышал, разбилось.
— Никанор, пошли садовника, что ли, к будке городового, пусть вызывает наряд и сыскарей, тут два трупа, предположительно люди из Братины. Пусть скажет, меня убить хотели.
— Сделаем, Ваше сиятельство, — с испугом в голосе крикнул ключник и заорал на весь дом. — Резв, ко мне, живо. Да не трясись ты, нет тут больше никого, боярин наш, человек серьезный, всех убил.
Константин на это только хмыкнул и прикрыл глаза. Какую ночь, падлы, испортили, ведь снова поспать не удастся. Блин, да в рабстве у Авии спокойней было.
Городовые в количестве трех рыл и два сыскаря явились минут через пятнадцать. Константин уже успел обшарить все карманы, правда, ничего ценного так и не нашел. У одного на тонкой золотой цепочке висел оберег с очередным символом, у второго браслет артефактный. Все это Воронцов сунул себе в карман. Оружие пока оставил валяться там, где было, но отдавать его не планировал.
Старший из прибывших стражей порядка осмотрел все, выслушал Константина, задал пару вопросов, позвал помощника, который записал показания. После чего трупы, избавленные от зачарованной одежды, уволоки в грузовик, и в доме стало тихо. То, что это люди Братины, выяснилось почти мгновенно, на груди напротив сердца у них были ведические татуировки с черным солнцем, поэтому они никогда не болтали, заблокировать их не получалось, и стоило взятому в плен убийце начинать трепаться про Братину, клеймо убивало его, выжигая в груди дырку.
Константин, бросив взгляд на испуганную служанку, которая теперь замывала кровь на полу, пока та в доски не впиталась, отправился спать. Несмотря на беспокойную ночь, глаза просто слипались.
— Знаешь, какую новость мы услышали на торгу сегодня утром? — влетая в столовую на втором этаже, поинтересовалась Лада.
— Знаю, — кивнул Воронцов, — о том, как дед Макар гусей гонял, а потом они его?
Горд, улыбнулся и, поклонившись, уселся за стол. Взял тонкий блин и, завернув в него по примеру боярина пару тонких ломтиков ветчины и сыра, окунул в сметану. Константин ему подмигнул и посмотрел на злющую Ладу.
— Ты чего закипела? — поддел он ее. — Видишь, я жив, здоров, дом цел. Убытку ноль. Разве что служанки до утра кровь замывали, стекло сегодня в окно новое вставили, Беляш оклемался от прилетевшей ему плюхи, так что, не вижу поводов для беспокойства.
— Ты на удивление беспечен, — неожиданно спокойно произнесла Калинина, устраиваясь за столом, и беря в руки кофейник, — для человека, который за последнюю неделю пережил три покушения.
— Я работаю над этим, — скручивая очередной блин с начинкой, произнес Воронцов. — Утром при нормальном освещении осмотрел сад, все же зацепил последнего сбежавшего убийцу, и Беляш заверил меня, что сможет взять след.
— Ты думаешь, они такие идиоты, чтобы не знать о том, что их могут искать собаки? — поинтересовалась Лада, прихлебывая кофе.
— Насчет собак согласен, вот только Беляш не собака, он прислужник. Оказалось, что ему достаточно понюхать пролитую кровь, как он пройдет по следу, но не запаха, а энергетического слепка. Тот держится часов десять, не больше.
— И ты так беспечно сидишь?
— Лад, успокойся, — немного устав от возмущения Калининой, попросил Воронцов. — Я спустил Беляша с поводка, он уже где-то по городу бродит, стараясь не попадаться на глаза прохожим, чтобы обнаружить нору, в которую забился последний из убийц.
— Ну, тогда ждем, — уже спокойно подвела итог Калинина и тоже взяла с тарелки блин.
— Ваше сиятельство, а что ту вообще было? — подал голос Горд, видя, что его подруга выдохлась и прекратила наезжать на боярина.
Константин быстро пересказал свои ночные похождения.
— Да уж, высоко они вас оценили, — с восхищением произнес наемник. — Члены Братины сбиваются в команды только, когда нужно устранить угрозу непосредственно для всей организации.
— Не понимаю, чему ты радуешься? — возмущенно заметила Лада. — Это означает, что они от нас не отстанут.
— Тут нельзя не согласиться, — поддержал артефакторшу Константин, — мне это внимание очень не нравится, и если бы не Юлия, скорее всего, эту ночь бы я не пережил. Надеюсь Беляш сможет найти их базу, а я смогу уничтожить оставшихся членов Братины в Тверде, тогда мы их замедлим. Но вообще нужно как-то выходить на них и договориться
