— его личное дело».
Кто теперь заплатит за обучение Поттера в Хогвартсе в следующем году?
Кто убережёт его от новых безрассудных поступков?
Останется ли Магическое Сообщество равнодушным к судьбе пожертвовавшего своим будущим мальчишки? Таким же равнодушным как, теперь это совершенно очевидно, осталось наше дорогое Министерство?
Ответы на эти и многие другие вопросы может дать только время.
Ваш постоянный гид в гуще событий,
Рита Скиттер
Профессор Дамблдор некоторое время полюбовался на фотографию злобно захлопывающей дверь своего кабинета Долорес Амбридж, затем устало прикрыл глаза и отправил газету радостно курлыкнувшему Фоуксу. Вспыхнувшая ярким пламенем бумага вскоре осыпалась невесомым пеплом.
Поступок Гарри принёс Альбусу немало проблем, в первую очередь тем, что переворошил осиное гнездо, заставив Министерство обратить на Хогвартс куда более пристальный взгляд. Нерешительный Фадж заподозрил в этом инциденте попытку подкопа под него, и его давнего союзника и спонсора, Люциуса Малфоя.
Впрочем, Дамблдор не особо расстраивался. За свою долгую жизнь он пережил столько интриг, что давно перестал вести им счёт. Куда больше его радовал характер юного Поттера. Трудно было найти мальчика столь непохожего на того, ступившего под сень древнего замка полвека назад. Последние события будоражили память, будили воспоминания полувековой давности и вызывали к жизни одну параллель за другой.
Том всегда был патологически привязан к вещам, которые считал своими, и ни за что не стал бы делиться чем-то важным для него с окружающими. Гарри же просто отдал всё, что у него было. Причём как друзьям, так и абсолютно чужим мальчишкам и девчонкам с соседних факультетов.
Когда в результате открытия Тайной Комнаты погибла девочка, Том лишь виновато пожал плечами и пояснил, что сделал всё, что мог. Гарри же на днях вытащил юную Джинни Уизли из ледяной воды, буквально из пасти кальмара.
Тома всегда окутывал покров тайны, мистичности, интриги. Гарри же был прям и прост, как его любимый удар ногой, так называемая «Динамическая Алохомора».
Том не терпел соперничества, стремился во всём стать первым, обойти, задавить, принизить любого, кто мог хотя бы приблизиться к его уровню, Гарри же искренне, до слёз радовался успехам своих одноклассников. Не говоря уж о мистере Малфое.
Когда-то, одиннадцать лет назад, Альбус мечтал, что вырастит из юного Поттера настоящего героя, полную противоположность Лорда Волдеморта. Вот только никак не ожидал, что его мечта выполнится и перевыполнится так скоро. Такого он даже представить себе не мог!
Интересно, мистер и миссис Дурсль согласятся принять на воспитание ещё несколько детей-сирот?..
***
Профессор Снейп скрипнул зубами и в который раз за вечер подавил желание швырнуть в стену что-нибудь тяжёлое. В последнее время в его жизни стало чересчур много Поттера…
Этот ужасный ребёнок, ничем, кроме цвета глаз, не напоминающий мать, Северус ясно видел разницу! Его Лили была непосредственной и общительной, а мелкий Поттер — шумным и навязчивым. Она была вежливой, а он — постоянно кланялся и лебезил! Мисс Эванс была очень старательной девушкой, а её сын оказался каким-то абсурдно-непоседливым — хватался одновременно за десять дел, перескакивал с пятого на десятое, шумел и срывал Северусу уроки. И то, что пока ему удавалось успевать по программе курса Зельеварения ничего не значило! Северус ясно видел цену его «успехам». Вряд ли мальчишка сможет когда-нибудь оценить красоту медленно кипящего котла! Скорее от его воплей вскипят мозги у окружающих!
Чем дальше, тем больше проклятый Поттер напоминал своего мерзкого папашку. Это его увлечение квиддичем. Эти его забеги по Хогвартсу в компании новых Мародёров. Эти постоянные громкие бессмысленные вопли… Поймав себя на мысли, что повторяется, раз за разом возвращаясь к громкоголосому Поттеру, Северус вновь недовольно поморщился, проверил взглядом, как Драко справляется с оттиранием котлов и вернулся к проверке лонгботтомовского реферата.
Лонгботтом, кстати, тоже был той ещё занозой в заднице. Не менее раздражающей, чем Поттер. «Война» между ними двумя и профессором Снейпом длилась уже второй год. И самым кошмарным в ней было то, что ни Поттер, ни Лонгботтом своими жалкими умишками до сих пор не могли сообразить, что война вообще идёт. И имя ей — домашние задания!
Северус категорически отказывался даже в страшных снах представлять, что когда-нибудь поставит Поттеру и его подпевале Лонгботтому «Превосходно». Он и на «Выше ожидаемого» соглашался с большим трудом. В первые два месяца занятий он влеплял обоим хаффлпаффцам «Троллей» за малейшие фактические ошибки и неточности. Потом, когда эти ошибки сошли на нет (не иначе постаралась эта зубрилка Грейнджер — ну не могли же они, в самом деле, за два месяца осилить курс самостоятельно?) — за ошибки в орфографии и пунктуации. Потом — за кляксы. Потом — за излишнюю сухость изложения материала. Потом — за обилие подробностей. Потом — за излишнее цитирование, а затем, за недостаточный список литературы. Потом — за одинаковые, точно под копирку списанные работы. Потом за то, что работа одного ни капли не похожа на работу другого. И каждый раз проклятый Поттер, а вслед за ним и Лонгботтом, кланялись ему и благодарили за науку!
Сейчас на учительском столе лежало три реферата — поттеровкий, лонгботтомовский и третий, написанный ими совместно после первых двух. Все три были сделаны без единой помарки, и Северус, как ни тужился, не мог придумать, к чему бы придраться. Видимо, нужно будет отложить проверку и взглянуть на работы с утра на свежую голову.
Северус тряхнул шевелюрой и, с хрустом потянувшись, поднялся из-за стола. Только сейчас в глаза бросилась неправильность, всё это время зудевшая на краю сознания. Драко не жаловался! Даже шорканья скребка по стенке котла больше не было слышно! Подбежав к крестнику, профессор с замиранием сердца обнаружил, что тот беспомощной куклой повис на стенке котла. Что могло вызвать такой эффект? В котле было испорченное зелье мисс Патил, куда она по ошибке добавила слюну нюхлера… могло ли оно вступить в реакцию с чем-то ещё? Северус принялся лихорадочно перебирать варианты. Возможно, если в течение дня Драко где-то вдохнул пыльцу магического растения семейства златоцветных… если это так, то нужно немедленно…
— Тащи её… хмпф, — причмокнув, пробормотал Драко, окончательно съезжая вниз по стенке котла и удобнее сворачиваясь калачиком. — Винс, крепче держи, уронишь…
Северус шумно выдохнул, сполз по стене и дрожащей рукой утёр с бледного лба пот. Ситуация открылась перед ним совсем под другим углом. Сначала младший Малфой сидел на уроках. Потом дал Поттеру себя уговорить на очередное абсурдное состязание, а теперь ещё сам Снейп
