– Да, хорошо. Я знаю, что иногда откладываю одну работу ради другой работы...
– Иногда?..
– А также я знаю, – на этот раз Надя перекрикивала Таину, – что мне все еще нужно выбрать проект для «Единомышленников», хотя я чувствую, что не могу найти что-то реально важное, а также закончить с домом, получить водительские права и все такое. Но я могу делать это и восполнять все то, что упустила в Красной Комнате. – Надя встала и поцеловала Таину в лоб. – Но я ценю, что ты беспокоишься обо мне. А теперь я дам тебе поспать.
Тай вздохнула. Надя была уверена, что та все еще беспокоится за нее. Она не знала, что еще может с этим делать.
– Ладно, – сказала Таина. – Я забила на это. Но не думай, будто это значит, что я не волнуюсь, хорошо? – Надя благодарно улыбнулась, прежде чем повернуться, чтобы уйти.
– О, и последнее, – добавила она, когда Надя была на полпути к двери. – Когда ты расскажешь об этом Джанет?
Надя застыла у дверного косяка.
– Джанет? – Она даже не думала об этом. Надю захлестнула волна вины. В чем она должна чувствовать себя виноватой?
Не то чтобы она пыталась заменить Джанет Марией. У девушки могли быть и мама, и мачеха. Это совершенно нормально.
Но что, если Джанет не так отнесется к этому? Надя вспомнила тот вечер, чудесный ужин и все время, которое Джанет потратила на то, чтобы упаковать для нее все в доме Хэнка, хотя это, вероятно, было очень эмоционально беспокойным для самой Джанет. Обидела бы Надя чувства Джанет, если бы она принесла дневник Марии?
Может быть. Даже наверняка. В любом случае оно того не стоило. В конце концов она сказала Тайне, что не стоит предпочитать прошлое настоящему. Нет, речь шла только о том, чтобы вернуть то, что у нее украли. Это воодушевляло. Это не значило, что она меньше ценила Джанет.
– Не думаю, что я буду это делать, – сказала Надя, не оборачиваясь. – Думаю, это должно остаться между нами, понимаешь?
Позади нее воцарилась тишина. Надя начала интересоваться, не заснула ли Таина за две секунды, да еще при включенном свете.
– Хорошо, – наконец сказала Таина. – Увидимся утром.
– Спокойной ночи, Таина. – Надя щелкнула выключателем верхнего света у двери. – Люблю тебя!
– Да-да, – ответила Таина уходящей Наде. Надя улыбнулась. Это был способ подруги сказать: «Я тоже тебя люблю».
НАДЯ ЗАКРЫЛА дверь в свою комнату и плюхнулась лицом вниз на кровать. Она выдохнула. Это был долгий день – прекрасный, но какой же долгий. Уже почти наступило завтра. Возня с пространственно-временным континуумом творит странные вещи с вашей производительностью. Надя чувствовала себя хрустящим тостом. Но как будто очень довольным тостом? Это были потрясающие именины. Теплые и уютные.
Повернувшись на бок, Надя приподнялась на подушках. Вокруг довольно скудно; большая часть вещей, которые она использовала для украшения домашнего пространства, все еще запечатана в коробках на первом этаже дома Хэнка, в двадцати кварталах отсюда. Но Наде не терпелось сделать это место по-настоящему своим. У нее было так много идей, как здесь все украсить.
В основном она планировала устроить все в пастельных тонах. Надя хотела чувствовать себя так, будто находится в Хрустальной лаборатории, даже когда ее там не было.
Надя скатилась с кровати и буквально заставила себя переодеться из костюма Осы в пижаму (всеми любимую футболку большого размера из турне Джанель Монэ Electric Lady, которую Надя стащила у Шей, когда та раз в два года чистила свой гардероб. Ее столько раз стирали, что она казалась мягче пледа).
«Таина просто беспокоится о тебе», – подумала Надя, вытирая лицо салфеткой. Надя ценила то, что друзья не хотели, чтобы она перегрузилась. Не их вина, что им трудно понять, насколько это важно для Нади.
Она положила дневник на серый складной столик в своей комнате. Еще раз взглянула на позолоченные буквы на титульном листе, прежде чем закрыть его и выключить свет. Ей хватит времени, чтобы разобраться во всем, и начать можно уже с завтрашнего дня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 7
Когда ты можешь летать, время летит вместе с тобой
У НАДИ не хватало времени.
– Эй, как насчет перенести все это на потом? – крикнула она из-под маски Осы.
– Зачем, когда у нас при себе спрей от насекомых?! – крикнул в ответ один из приспешников ЦИИ, которые как раз пытались ворваться в головной офис Pym Laboratories Philanthropy в центре города Кресскилла.
По крайней мере, ей казалось, что у нее не хватает времени, а ЦИИ, безусловно, могли бы выбрать для нападения и более подходящее время.
Месяц, прошедший после именин Нади, стал одним из самых напряженных в ее жизни – а ведь она выросла в школе, где отстающими считались ученики, знавшие только четырнадцать различных способов убить человека (вместо необходимых 17-40). И как это раньше Надя никогда не задумывалась над тем, что, для того чтобы стать крутым американским подростком, потребуется столько усилий? Реально много. Как она сможет поддерживать здоровый режим питания и сна при таком объеме работы?
И Наде, в отличие от ее подруг, никогда не приходилось посещать среднюю школу. Они были совершенно на другом уровне занятости.
Вообще-то Надя в семь лет обладала знаниями, эквивалентными интеллекту американского выпускника средней школы. Помимо прочего задумывалась она, в частности, об американской системе государственных школ и о миллиардерах, которые не платили налоги [кстати говоря, Мистер Старк всегда платил налоги. Надя на всякий случай взломала его финансовую отчетность, когда она впервые начала работу над проектом «Единомышленники»].
Дела с домом были почти окончены – Джанет, Бобби и Надя без устали собирали вещи. Столовая, подвал и даже старая пыльная спальня Хэнка отсортированы, упакованы в коробки, каталогизированы и переданы в дар. Все упакованные коробки из дома перенесены в комнату Нади в Pym Labs несколько недель назад. Конечно, она придержала для себя несколько вещей. Старые фотоальбомы Хэнка, несколько коробок с книгами и первый плакат GIRL, изготовленный Надей вручную, переехали в новый постоянный дом Нади. Она продала большую часть. Надя была потрясена, обнаружив, что устаревшая мебель Хэнка середины века нынче в моде среди чрезвычайно модных бруклинцев. За последние несколько недель она видела все больше людей в очаровательно огромных шляпах и крошечных солнцезащитных очках (конечно, неэффективных, но явно опережающих моду), и сломанные кушетки можно «подшаманить», а не просто выкинуть, как она думала. Но она была рада, что все имущество Хэнка найдет новых хозяев.
Одним из немногих мест, оставшихся нетронутыми, была секретная лаборатория Хэнка. Она собиралась решить эту проблему, но каждый раз, намереваясь взяться за нее, обнаруживала, что вместо этого возвращается к дневнику Марии. Надя медленно просматривала список, по одному пункту зараз. Зал науки Нью-Йорка был невероятным. Однако два первых фильма по «Звездным войнам» были в лучшем случае средними. Или эти два были посередине списка?.. У Нади было достаточно проблем и забот, чтобы держать это в голове. Она надеялась, что позже они становятся лучше. (Она пообещала Ин, что они посмотрят следующий вместе сегодня вечером, а сейчас она опаздывает!)
Надя, конечно же, получала удовольствие, отмечая пункт за пунктом. Но она по-прежнему ощущала, что с каждым пунктом в списке она будто... гналась за чем-то, до чего никак не могла добраться. Это было постоянное ожидание новых чувств, размышление об определенных вещах в ее жизни; она ждала, чтобы ей сказали, как относиться к тому, что она недавно сделала... Она просто-напросто не знала, чего ждала. Зато знала точно, что еще не нашла того, что ищет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И Надя так и не рассказала Джанет о своей находке – о лаборатории и журнале.
Не потому, что она не хотела, чтобы Джанет об этом знала. Вовсе нет. Просто Надя хотела пощадить чувства своей мачехи. Надя понятия не имела, что еще могло быть в лаборатории, что могло вызвать у Джанет неприятные воспоминания или эмоции. Хэнк не был хорошим партнером независимо от причин, и Надя не хотела забывать это. И она никогда не хотела, чтобы Джанет чувствовала, будто Надя не ценит всего, что та для нее сделала. Надя считала, что никогда не смогла бы отплатить Джанет за ее доброту, подаренную в последние несколько лет. Казалось, что с дневником Марии все стало чересчур сложно...
