Это и понятно, что владеющее ресурсами государство не хочет отдавать их полностью в распоряжение иностранным компаниям. Ведь энергоресурсы – не только вопрос налогов и роялти, но также экономического и социального контроля внутри страны и политического – за ее пределами. Примером тому является «Газпром», который за счет высоких доходов от экспорта дотирует население и промышленность России, а также все чаще играет роль внешнеполитической дубинки. Прямой контроль государства над ресурсами дает больше возможностей использовать природную ренту по своему усмотрению.
Сейчас три четверти доказанных запасов углеводородов в мире приходится на ОПЕК и Россию – страны, все более закрывающие свои недра от иностранцев. В России недавно этот подход ощутили на себе участники проекта «Сахалин-2» Shell, Mitsui и Mitsubishi, которые в конце 2006 г. согласились продать контрольный пакет компании-оператора проекта «Газпрому».
Через десять лет большая доля добычи будет осуществляться национальными нефтяными компаниями, не только в странах ОПЕК, но и за ее пределами – в Мексике, Бразилии, России или Казахстане. Это приведет к изменению баланса на нефтяном рынке. Суверенные компании станут оказывать большее влияние на ценообразование и будут стараться поддерживать цены на оптимальном уровне. Для стран-производителей нефти это отличный шанс воспользоваться своими ресурсами и задать восходящий сырьевой тренд, который можно быстро конвертировать в твердую валюту. Хотя, существуют и риски, которые проявятся как непредвиденные случайности. Если национальные компании не смогут обеспечивать необходимый объем инвестиций и применять сложные технологии, которые потребуются для разработки все более сложных месторождений, особенно «нетрадиционной» нефти, то они окажутся в проигрыше. В этом случае без «семи сестер» уже никак не обойтись. Надо отдать должное этим компаниям, накопленные средства они упорно вкладывают в разработку высоких технологий добычи сложных месторождений.
2.5. Пессимизм полезен для роста цен
России выгоден самый пессимистический вариант развития глобальной энергетики. В этом случае тренд роста цен на энергоносители только стабилизируется, и будет постоянно расти. Чтобы и дальше наслаждаться плодами высоких цен на нефть, России нужно вести себя на международной арене как можно агрессивнее, чтобы рынки считали ее опасной. А еще нужно делать все возможное, чтобы усилить нестабильность на Ближнем Востоке.
Главная неприятность для западных стран импортеров нефти – это высокие цены на нефть и газ. Не надо даже грубо давить на покупателей. Достаточно российским руководителям почаще встречаться с Уго Чавесом, Ким Чен Иром, Лукашенко и теми, кто придет им на смену, а представителям следующих кремлевских администраций – почаще вспоминать идеалы Че Гевары. Полезно будет также поддерживать движение «Хезболла» и Иран – хотя бы только на словах. Этого достаточно для создания «геополитического напряжения», которое рынки не преминут отразить в высоких ценах на нефть.
Хотя и страны-импортеры не будут сидеть сложа руки перед лицом растущей зависимости от стран ОПЕК и России. США, ЕС, Китай, Япония и Индия уже собираются перевести заметную часть автомобилей на этанол, интенсивно развивают ядерную энергетику. Конкретные цели уже поставлены правительствами этих стран. Если все пойдет, как задумано, рост импорта энергоносителей в страны ОЭСР может остановится к 2015 г. А к 2030 г., хотя потребность в углеводородном топливе и будет выше, чем сейчас, причин для роста цен на нефть останется гораздо меньше [48].
А стараться страны-импортеры нефти будут тем усерднее, чем выше будет пресловутое «геополитическое напряжение». А значит, выгода для России от дружбы с Чавесом и «Хезболлой» окажется лишь кратковременной. Как только импортеры все-таки найдут выход, тренд тут же оборвется. Был ли предсказуем такой результат? Как один из вероятных сценариев, да. Еще в конце 2005 г., когда доктрина России – как «энергетической империи» – была официально провозглашена, стало понятно, что Евросоюз и США никогда не поставят себя в полную зависимость от одного поставщика энергоресурсов. Напротив, чем громче будут греметь «имперские гимны», тем интенсивнее потребители займутся диверсификацией источников сырья. И тем более актуальной станет идея мощного картеля потребителей, способного давить на самодовольную сырьевую провинцию [49]. Но, когда именно это произойдет, не знает никто.
2.6. Педаль газа
Разговоры о возможном создании организации, которая была бы подобна ОПЕК, велись с конца 2006 г. Тогда эксперты НАТО заявили в своем докладе, что Россия может создать картель стран – экспортеров газа, куда могли бы войти также страны Центральной Азии, Алжир, Катар, Ливия и Иран. Россия занимает первое место в мире по запасам газа, Иран – второе, Катар – третье. Всего эти страны располагают примерно 60 процентами мировых запасов газа [50].
В 2007 г. разговоры о создании такого картеля начались снова, после того как Иран предложил России создать «газовую ОПЕК». Россия нашла более размытую формулировку – создание группы по согласованию цен на газ, и первым шагом к созданию такой группы будет защита интересов газовых экспортеров.
И вот 21 октября 2008 г. председатель правления Газпрома А.Миллер сообщил, что Россия, Иран и Катар договорились о сотрудничестве при заключении экспортных контрактов на газ. Фактически в этот день была сформирована большая газовая тройка (major gas troika). Три страны договорились о формировании специального комитета из представителей Ирана, России и Катара. Комитет будет обсуждать вопросы реализации совместных проектов в области геологоразведки, добычи, транспортировки и продажи газа.
В своем первом заявлении major gas troika поставила всех перед фактом – «эпоха дешевых углеводородов закончилась», и тройка будет исходить именно из этого факта в своей работе. В общем, педаль газовых цен будет только вдавливаться «в пол» как говорят водители. Какой прекрасный ценовой тренд искусственного образования! Создатели тройки надеятся, что «газовая ОПЕК» сможет, подобно Организации стран экспортеров нефти (ОПЕК) защищать интересы экспортеров и производителей газа, регулируя цены на топливо на мировых рынках. ОПЕК может влиять на стоимость нефти путем введения специальных квот на ее производство в странах, входящих в организацию. Таким образом, ОПЕК регулирует баланс спроса и предложения на мировом рынке.
В отличие от настоящей ОПЕК, газовому картелю договариваться о цене газа будет не так просто. Ведь контракты на поставки газа – долгосрочные, а на нефть – краткосрочные, поэтому стоимость газа контролировать сложнее. Кроме того, многие потребители газа, в том числе Евросоюз и США, неоднократно выступали против создания «газовой ОПЕК», опасаясь монополии на рынке. А Конгресс США пошел дальше, заявив, что картель представляет собой «глобальную организацию по вымогательству и рэкету».
После того, как major gas troika распространила известие о формировании газового картеля, можно было с уверенностью сказать, что оно вызовет критику со стороны США и стран Евросоюза. Ведь в такой ситуации они практически утратят свое влияние на газовый рынок. Для России, наоборот, картель будет выгоден – это же растущий ценовой тренд на газ. С одной стороны, в рамках «газовой ОПЕК» легче защищать свои интересы, в том числе в отношении цен на газ. С другой стороны, участники газового картеля всегда смогут договориться о разделе сфер влияния. Так что не исключено, что в недалеком будущем газовые войны с Украиной, или, скажем, с Белоруссией, будет вести не «Газпром», а целая «газовая ОПЕК». А гуртом и батьку легче бить.
2.7. Всепоглощающий тренд
Современная экономика уже совсем не та, которая была при классическом капитализме Карла Маркса. Современная экономика – это экономика представлений и ожиданий [51.]. Представления об экономике у правящей элиты формируют ожидания у населения. Однако на практике представления сильно расходятся с ожиданиями, как в меньшую, так и в большую стороны. И прекрасный пример тому кредитная политика Центрального банка.
Центральный банк России официально объявил, что в четвертом квартале 2008 г. российским компаниям предстоит погасить не менее $47.5 млрд. иностранных кредитов. Несмотря на мировой финансовый кризис и отток капитала из России в третьем квартале, привлечение и пролонгирование иностранных кредитов российскими компаниями и банками составило около $75 млрд. А вот $50 млрд., зарезервированных во Внешэкономбанке на рефинансирование корпоративных кредитов, может оказаться недостаточно уже в 2009 г. [52]. Если в третьем квартале 2008 г. Россия должна была погасить $60.4 млрд., то в четвертом – как минимум $48.7 млрд. Впрочем, выплаты по внешнему долгу могут оказаться и больше. Если возникнет необходимость погашать заимствования «до востребования» или те, по которым «график не определен или отсутствует», за этот период российской экономике может угрожать уже $203.4 млрд. выплат по внешнему долгу. Существуют опасения, что если внешние займы будут недоступны, $50 млрд., выделенных через ВЭБ на рефинансирование внешних заимствований российских корпораций, может и не хватить.
