Читаем без скачивания Кровавые узы - Кей Хупер

Дайана чувствовала, что он обеспокоен и знала почему, поэтому продолжала смотреть на Холлис.

— Я помню, — медленно произнесла она.

Холлис кивнула.

— Мы были в… очень плохом месте.

— Коридоры. Много дверей. Ты сказала, это была психиатрическая клиника.

— Да. Что случилось после того как меня вытащили?

— Как тебя вытащили?

Холлис кинула удрученный взгляд на Демарко через плечо.

— Риз подумал, что у меня неприятности.

— Я не думал, я знал, — невозмутимо добавил он.

Дайана перевела взгляд на Демарко.

— И ты просто… вытащил ее?

— Кажется, да.

Дайана некоторое время изучала это холодное, красивое, невозмутимое лицо, затем перевела взгляд на более теплое и выразительное лицо Квентина.

— Это интересно.

— Я тоже так подумал, — сказал Квентин. Но было очевидно, что он не желает развивать эту любопытную тему, так как сразу добавил: — Но я хочу знать, как вы двое оказались в старой клинике. Особенно если учесть тот факт, что ее сравняли с землей.

— Действительно? — удивленно переспросила Дайана. — Ее больше не существует?

— После того, что там случилось, владельцы собственности едва дождались, пока соберут все улики и объявят, что этот участок больше не является действующим местом преступления. И тотчас же отправили туда бульдозеры. Здания были уничтожены, все, что можно было сжечь — сожгли. Остальное было похоронено и похоронено очень глубоко. Последний раз, когда я слышал об этом месте, они собирались привезти туда тонны почвы и посадить деревья для лесничего хозяйства. Никто не хочет там ничего строить. Никогда.

Дайана нахмурилась.

— Не знаю, перемещалась ли я когда-нибудь раньше в сером времени в место, которого не существует.

— Но ты ведь называешь его серым временем — не серым местом, — заметил Демарко. — И для этого должна быть причина. Оно может быть не скоординировано с нашим временем, или же вообще являться другим измерением. Есть множество теорий о том, что время не линейно и параллельно может существовать несколько измерений.

Дайана аккуратно освободила одну руку, чтобы потереть затылок. Она чувствовала себя очень усталой и напряженной, а мысли путались, что мешало здраво рассуждать.

— Ладно, это возможно. Я уже думала о такой вероятности. Но тогда почему мы попали именно в это место — в каком бы времени или измерении оно не находилось — если произошедшее там уже закончилось раз и навсегда?

— Может это моя вина. То, что там случилось… — проговорила Холлис. Ее взгляд метнулся в сторону, где стоял Демарко. — Прошло не так много времени, и со всеми этими делами, которые шли одно за другим, у меня особо не было возможности… разложить все по полочкам. Думаю, это место так глубоко засело в моей голове, что нас обеих просто втянуло туда. У меня все еще бывают ночные кошмары из-за случившегося в той клинике.

Теперь нахмурился Квентин.

— Я не виню тебя. Но то, что я знаю о способностях Дайаны, подсказывает мне — если вы двое оказались в том месте, это произошло не из-за старых воспоминаний, а потому что есть какая-то связь с тем, что мы делаем сейчас. С этим расследованием. С этим убийством.

Холлис пристально посмотрела на Дайану и повторила свой вопрос:

— Что случилось после того, как я ушла?

— Ничего необычного — сначала. Появился проводник. Девочка, около тринадцати лет. Сказала, что ее имя Брук.

— Брук, — очень ровно повторил Демарко.

Его лицо не изменилось, но он едва заметно поменял положение и сложил руки на груди.

Квентин кинул быстрый взгляд на Демарко, а затем проговорил:

— Если это одно и то же лицо, то Брук была одной из… жертв Сэмюеля. Хотя мы так и не нашли тело, но был свидетель, который видел как она умерла. И по его словам, это была ужасная смерть.

И Дайана вспомнила. Вдобавок к чтению всех отчетов, она поговорила с Квентином о деле и знала, что Демарко провел больше двух лет под прикрытием внутри «церкви». Она и представить не могла, как много сил требовалось, чтобы притворяться кем-то так долго и не потерять свое настоящее «я». Даже более того — он был вынужден ничего не предпринимать для защиты невинных жертв. Жертв, которых, прекрасно знал. С которыми, вероятно, был близок.

Таких как Брук.

— Мне жаль, — обратилась к нему Дайана.

Демарко едва заметно кивнул, но ничего не сказал.

— Что Брук сказала… или сделала? — спросил Квентин.

Дайана сосредоточилась, чтобы вспомнить.

— Она говорила загадками, что впрочем, типично для большинства проводников. Я поинтересовалась, зачем нахожусь здесь, потому что Холлис так… так сильно отреагировала на это место. Я спросила Брук, почему именно в этом месте мы оказались, если все закончилось и клиника не представляет угрозы, а произошедшее здесь не имеет значения. И она ответила, что все связано.

— Но не ответила как, — проговорил Демарко.

— Нет. Прежде, чем я смогла спросить, она сказала, что я должна найти правду. Я спросила, имеет ли она в виду правду, как она умерла, но девочка ответила отрицательно. Она дала понять, что все началось задолго до ее смерти. «Правда погребена под всем этим» — вот ее слова.

Квентин вновь нахмурился.

— Да, я бы назвал это загадочным.

— Вот именно. Я сказала, что не понимаю, и Брук ответила, что я пойму позже. Затем она прошла в дверь… — Дайана посмотрела на Холлис и пояснила: — В ту открытую дверь.

Холлис кивнула.

— Предполагаю, что ты последовала за ней?

— Да.

— И?

Ей действительно очень не хотелось отвечать, но, наконец, Дайана заговорила:

— И я вернулась сюда, и оказалась в коридоре рядом со своим номером, но все еще оставалась в сером времени. Брук ушла, и я осталась одна. Я открыла дверь в свой номер, по крайней мере, так я думала. Только вот войдя, я оказалась в комнате Квентина.

Дайана неожиданно пожалела, что он держит ее за руку.

Квентин внимательно смотрел на нее и ждал, и Дайана приложила все усилия, чтобы выдержать его пристальный взгляд и заставить свой голос звучать ровно.

— Ты был там и ждал меня. Только вот это был не ты. Ты… это было похоже на тебя. Но я знала, что это не ты.

— А что тогда?

— Я не знаю. Оно… приближалось ко мне, улыбаясь, разговаривая…

Дайана замолчала и пожалела, что чувствует себя настолько обессиленной. Иначе она сохранила бы самообладание и вероятно смогла бы придумать дюжину причин, почему другим нет нужды знать, что случилось. И все то, что она хотела держать при себе, осталось бы тайной. Но Дайана слишком устала, мысли путались, и ей казалось, что этот рассказ может помочь им в расследовании — возможно, все это было не настолько личным, как она полагала.

— Дайана? — Голос Квентина звучал ровно. — Что бы ни случилось в сером времени, что бы ни было сказано или сделано, ты ведь знаешь — это был не я, меня там не было. Верно?

— Да. — Она кивнула. — Верно.

— Мы можем уйти, — предложил Демарко сухим тоном, и Холлис кивнула в знак согласия.

Дайана собралась с духом. Будь профессионалом, черт. Если ты вообще собираешься сделать, хоть что-то полезное…

— Нет, конечно, нет. Это имеет какое-то отношение к делу. Должна быть какая-то связь. Так сказала Брук, а проводники не лгут. Может кто-то из вас сможет ее уловить, потому что сама я ничего не вижу.

— Тогда ладно, — проговорила Холлис. — Расскажи нам, что сказал поддельный Квентин.

— Он сказал… что мы принадлежим друг другу и что он ждал, пока я пойму эту. По его словам я должна принять это, потому что именно так все должно быть. Он знает, что для меня лучше, и я могу доверять ему. — Избегая встречаться взглядом с кем-либо, Дайана поспешно продолжила: — Дело вот в чем: серое время — практически пустое место, между мирами и временами. Поэтому там нет материи, нет цвета или света, нет глубины или измерения. Это место перехода. Как дорога по холодной пустыне. Не место, где вы захотите остаться на более долгий срок, чем необходимо, уж не говоря о том, чтобы жить там.

— Хорошо, — проговорила Холлис. — Я бы точно согласилась, что это не то место, где можно жить. И что?

С трудом подбирая слова, Дайана проговорила:

— Это так же место правды или всегда таким было. Абсолютной правды. Все остальное меняется, но правда остается. Обычно я просто встречаю проводников, и только однажды ощущала там нечто… по-настоящему злое. Но я не сталкивалась с обманом в сером времени, и никто из проводников никогда не лгал мне. По крайней мере, насколько я знаю. Они не рассказывают мне всего, и как я сказала — чаще всего говорят загадками, но никогда не пытаются обмануть. Только не так.

— Ты уверена, что не знаешь, что это означает? Может, какая-то хитрость? — спросил Демарко.

— Нет.

— Как много раз в сером времени у тебя была компания? С этой стороны, я имею в виду.