на безэмоциональную каменную маску, но в сжатых челюстях очевидно читалось неодобрение.
— Командир, это безрассудство. Трое всадников на тракте, кишащем разбойниками. Позволь мне взять хотя бы два десятка бойцов. Мы нагоним вас к вечеру.
Я закончил с седлом и повернулся к нему.
— Твоя задача здесь, Мурранг. Ты остаёшься за старшего, тренировки не должны прекращаться ни на день. Инициаций без меня не проводить, разве если у Фомира будет твёрдая уверенность… хотя, зная его жлобство, не будет. Тренировки, питание, отработка группового взаимодействия. Используй тех немногих инструкторов, которых удалось собрать. Хрегонн отвечает за дисциплину, система должна работать без меня.
— Но твоя безопасность…
— Будет обеспечена твоими молитвами Скафсу, друг. Всё будет хорошо. Моя безопасность зависит от скорости, а не от количества охраны. Большой отряд привлечёт ненужное внимание. Эльфы быстрые и с луками, верно? А я за их спинами.
Я положил руку ему на плечо. Его доспех был холодным.
— Ладно, босс. Спаси этого упрямого орка.
— Это же не абстрактное спасение одного орка.
Квиз вздохнул и нехотя кивнул:
— Возвращайся скорее. Или сообщай вороном, мы выдвинемся и выбьем тебя из лап любой беды.
— Постараюсь не дёргать Штатгаль по мелочам.
Мы вскочили в сёдла, я пригнулся к седлу и пожал Муррангу руку.
Бросив последний взгляд на лагерь, тронул коня. Фаэн и Лиандир беззвучно последовали за мной. Мы выдвинулись, оставляя за собой заспанные казармы, возле которых капралы выстраивали бойцов.
Длинная дорога — это игра в марафон, когда ты держишь темп, а не рвёшь жилы ради лишней минуты, рискуя задохнуться, загнать коней или себя, навсегда потеряв темп.
Наш долгий путь превратился в утомительную гонку. С другой стороны, ехать с эльфами было одним удовольствием. Они не знали, что такое нытьё, Фаэн временами даже читал стихи собственного сочинения, как акын, только поэтический, описывая наш путь и то, что он видит сейчас. Мы довольно-таки шустро неслись по торговым трактам, игнорируя караваны и одиноких путников, трактиры и удачные места для стоянок, которые одновременно с этим могли означать разбойничьи засады.
По дороге лишь закупали пищу, никакого запаса — только то, что съедим вечером и то, чтобы не тратить время на охоту и разделку дичи.
Мы останавливались в сотне метров от тракта, причём Фаэн (вот тут я начал понимать, в чём преимущество речных эльфов) безошибочно угадывал наличие ручьёв с чистой водой. И вот мы останавливались на крошечных заповедных полянках (заслуга Лиандира), чаще всего близ этих ручьёв. Причём попадали туда по таким узким тропкам, разводили костры (это была моя работа), грели пищу и ягодно-травяной отвар (это опять же делал Лиандир) и травили байки (за это отвечал Фаэн). А ещё он показывал карточные фокусы.
— Слушай, Фаэн, а сколько тебе лет?
— У эльфов такое не спрашивают. Скажем так, я не принял участие во Второй магической войне.
— Это которая была пятьсот шестьдесят лет назад? А ты не принял потому, что не родился или потому, что застрял в казино?
— Скажу только, что мне всегда нравилось играть в карты. Карты — это моя страсть. Однажды я выиграл остров.
— И где этот остров сейчас?
— Он сейчас равно там же, где и был. На нём пальмы, змеи и туземные гоблины. Я там познакомился с одной симпатичной гоблиншей. Ух, мы с ней зажигали! А потом про это прознал её папаша и я сбежал с острова на одном бревне, загребая лютней.
Мы ночевали под открытым небом на шерстяных одеялах, подшитых тонкой кожей, греясь у костров. В меру отдохнув и проснувшись до рассвета, кормили коней и двигались в путь.
На третий день, на пустынном участке дороги, из-за кучи камней, поросших колючими кустами, выскочили всадники. Человек десять, судя по рваной одежде и разномастному оружию, обычные придорожные падальщики. Они попытались перегородить тракт, выкрикивая стандартные угрозы.
Анализ.
Противники — десять воинов, предположительно дорожные грабители.
Вооружение — не стандартизировано, доспехи лёгкие фрагментарные или отсутствуют, кони не боевые, а крестьянские, три из десяти хромают, четверо из десяти всадников неуверенно держаться в сёдлах, один едва не упал при выполнении манёвра, тракт перегородили неравномерно, двое отвлеклись, чтобы посмеяться.
Вывод — уровень боевой подготовки низкий, любители.
Учитываемый фактор — нежелательно тратить время на сражение.
Предпочтительная тактика — уклонение от лобового столкновения, методикой «прорыва», допустимо причинение ущерба.
Я даже не сбавил скорость.
— Фаэн, Лиандир, в колонну за мной.
— Давай, я первый, командор, — предложил Лиандир.
— Отставить, у меня особый доспех.
Эльфы поняли меня без слов.
Фаэн, не меняя поэтического выражения лица, выхватил лук. Две стрелы сорвались с тетивы почти одновременно, и двое самых расторопных разбойников рухнули на землю. Я выхватил меч, щита у меня не было, во вторую руку перехватил угловатый гномий нож. Мой конь врезался в строй, как таран. Ударом клинка я отклонил неумелый укол и рубанул ножом по незащищённому плечу.
Эльфы перестроились в колонну, нырнув следом за мной в «пролом».
Разбойники опешили от такой наглости. Они ожидали, что мы остановимся, начнём переговоры, станем откупаться. Пока они приходили в себя, мы уже пронеслись сквозь их жидкий строй и уходили в отрыв. Несколько стрел лениво просвистели нам вслед, но слишком поздно. Они не стали нас преследовать, а мы их уничтожать.
Пустая трата времени.
Вечером третьего дня мы сделали короткий привал у живописного ручья, чтобы напоить лошадей. Лиандир, молодой и горячий, всё ещё был под впечатлением от утренней стычки.
— Мы разделались с ними, как с щенками, командор!
— В первую очередь — анализ. Думать надо быстрее, чем бежать, иначе ты прибежишь туда, куда не готов попасть. Они были неорганизованным мусором, — охладил я его пыл. — Десяток профессионалов создали бы нам куда больше проблем.
Фаэн молча посидел на корточках у воды, его лицо было как всегда невозмутимо. Затем поднялся и буквально растворился среди придорожных кустов. Он вернулся через десять минут, когда мы уже собирались ехать дальше и отчитался:
— Я поговорил с торговцем, обоз которого стал на стоянке на тракте, в полумиле отсюда. Он часто бывает в Матмерсе.
— Что говорит?
— Руководит там некий губернатор Валдрик, человек скользкий, жадный, трусливый, коррумпированный. Его не особенно уважают, но и не ненавидят. Судья, а он в городе один, который вынесет приговор Гришейку, брат его тестя.
— Кумовство… Классика!
— Ага. Любой вопрос решается за деньги. Но есть нюанс.
— Какой?
— Также в городе и пригороде есть несколько банд. Самая крупная принадлежит бывшему военному, за его голову объявлена награда в десять марок. Значит, он в откровенной оппозиции и их можно нанять,
