Читаем без скачивания Наследница (СИ) - Ростов Олег

— С чего ты решил?

— Как с чего? Я вот ни с кем в губы не целовался. И признаюсь тебе, хотя мне очень стыдно, что я не знаю, как это делать. Я даже не спрашивал никого об этом.

— Наверное, нужно было спросить?

— Да, сейчас я тоже так начинаю думать. Надо было! И, наверное, у умудренного таким опытом. Я смотрю, ты уже спросила. И попробовала. Хороший Эллия у тебя учитель был. Вот только интересно было бы взглянуть на него. Это кто же такой смелый выискался? — Что ты несешь, идиот? Сам себе говорил я. Но не мог остановиться. Обида на себя, на Эллию, что она оказалась искуснее меня, стыд за самого себя и даже презрение к самому себе волной ударили мне в голову. А воображение начало рисовать картинки, как Эллия целуется с мужчиной. Я даже постарался заглянуть ему в лицо, но так и не увидел его. Почувствовал, как у меня мелко задрожали руки и я покрылся холодным потом.

— О чем ты, Святослав?

— Ни о чем. — Все очарование пропало. Мне захотелось вернуться назад в лагерь. Мне было стыдно смотреть ей в глаза. И я очень ревновал ее. Я только сейчас понял, что такое ревность. Может это и есть любовь?

— Эллия, давай вернемся назад.

— Святослав, посмотри на меня! — я посмотрел. — Что я сделала не так?

— Ты все сделала так. Все нормально. Давай просто вернемся назад. Прошу тебя.

Она кивнула. Назад мы вернулись молча. Я помог ей слезть с лошади. Поймав ее за талию. Поставил на землю. Мне хотелось уйти. Не смотреть в ее глаза. Так как в них была тревога.

— Эллия, мне нужно идти. Кое-что сделать. Там как раз близняшки тебя ждут. Пока.

Я развернулся и чуть ли не бегом, как последний трус, проскочил на другой конец лагеря. Ушел в лес. Долго сидел на каком-то пне. Как мне быть? Я же мужчина. Это я должен был научить ее. А как я могу ее научить, если сам не знаю? Но откуда она знает, да еще так??? Просидел до вечера. Прошел в нашу с Фредериком и Араторном палатку. Вечером в лагере было веселье. Пела Лидия, ей подпевали. Танцевали. Я не пошел. Лежал, уткнувшись в тюфяк. Именно в тюфяк. Даже мысль пришла «Тюфяк лежит на тюфяке»! Нужно встать, сходить туда. Извинится перед Эллией. Но я лежал. Потом резко встал, вышел из палатки. Мой жеребец был уже расседлан. Оседлал снова.

Эллия Александра

— Да что случилось?!

Нервно заламывая пальцы рук, переминалась с ноги на ногу, провожая тревожным взглядом Святослава, который ни с того ни с чего как будто обиделся на меня.

Всё же так хорошо шло… бой с братцем прошёл на ура — я видела, как на меня смотрел Слав, но при этом не теряла концентрацию и с лёгкостью одержала вверх над Фредериком. Однако самонадеянностью я не страдаю, и точно могу сказать, что половина победы принадлежала простой неожиданности. Никто из моих близких родственников и друзей не мог предположить, что я владею оружием! Уверенна, что Федя, как называет брата папа, был бы намного собраннее, если бы меньше веселился и воспринял сразу меня, как умелого противника.

Как только победа досталась мне, я от бедра, как учила бабуля, ощущая жгучий взгляд Слава, заняла своё законное по праву рождения место и схватилась за персики, опять же не просто так!

Не отводя пристального взгляда от своего жениха, медленно вонзила зубки в плоть сочного фрукта, чувствуя, что его сок намного слаще обычного… только из-за сверкающих предвкушением глаз молодого мужчины, который, казалось совсем недавно, пустил мне под юбку пчелу, а потом приказал задрать её для виноватого, но искреннего поцелуя, оставшись в моём сердце навсегда…

От воспоминаний участилось дыхание, а к щекам прилила кровь. Лидия пела грустную медленную песню, а мне совершенно не хотелось идти в тёплую компанию родственников. Даже компания Медеи и Марины не поднимет мне настроение.

— Что же я сделала не так? — Тихо прошептала я, упустив из виду Слава.

Нет… определённо я выполнила все бабушкины инструкции, а в её мастерстве быть Женщиной, уж точно сомнений никаких возникнуть просто не могло! Я и губы искусала, чтобы они были как можно мягче и краснее, пока момент для первого раза медленно наступал, и взгляд свой не отводила от «субъекта», медленно скользя по мышцам Слава, помня, что жених «молод и горяч», как говорила Богиня Зари, «поэтому не стоит скромно опускать его в пол, словно твоему предмету обожания больше сорока лет… только мужчины в возрасте любят чувствовать себя властными и сильными…».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Твою дивизию, — ругнулась, вспомнив папины излюбленные словечки, внезапно поняв причину неудачи — лошади! Не надо было это делать на лошадях! Приникнуть к мужскому торсу «в трепетной ласке» мне было совсем неудобно, поэтому и получилось всё как-то неуклюже с моей стороны… Точно! Это всё лошади виноваты и одна глупая принцесса!

Хмуро разглядывая стоянку для пикника, ещё раз проанализировала ситуацию, убеждаясь, что спешить никогда не стоит в таких серьёзных делах.

— Всё же подстраховаться не мешает, — опять тихо заговорила сама с собой, принимая решение — прежде чем ещё раз поцелую жениха, необходимо поинтересоваться, что ему так не понравилось, что он сбежал от меня, как угорелый? А то, догадки-догадками, а причина неудовольствия у Слава может разниться с моей кардинально…

Нервно рассмеявшись, направилась в сторону, куда только что быстро ушёл Святослав, уверенная, что всё будет хорошо, стоит только найти своего жениха!

Святослав

— Слав, ты куда? — обернулся, на меня смотрел Фредерик.

— Фредерик. Мне нужно в Аквалон.

— Что случилось?

— Ничего не случилось. Просто мне нужно в Аквалон. Скажешь своим и моим родителям. Хорошо?

— Слав? Что случилось. Там Эллия, тебя выискивает. У нее глаза тревожные. Вы что поругались?

— Нет. Короче, братишка, мне нужно ехать. Ты предупредишь родителей?

— Хорошо. Предупрежу. Но я вижу, что, что-то случилось. Мне как другу можешь рассказать?

— Не сейчас Фредерик. Расскажу обязательно. Если наберусь духу. Мне нужно побыть одному. Пожалуйста, брат.

— Но сейчас уже почти ночь!

— Ничего, я аккуратно. Возьму пару факелов.

— Может мне сестру позвать?

— Только не ее. Не спрашивай.

Взял из связки пару факелов, один поджог от уже горевшего. Вскочил на коня. И двинулся к столице. Я впервые почувствовал в себе неуверенность. А что будет, если дело дойдет до брачной постели? Она будет учить меня???

Послышался топот копыт. Кто-то догонял меня.

— Святослав, стой! — Я услышал голос дядьки. Остановил коня. Он подъехал. Я не хотел смотреть ему в глаза. Мне было стыдно. Стыдно до боли.

— Смотри мне в глаза! — резко скомандовал он. Я посмотрел. — Я жду. Рассказывай.

И я рассказал ему все. Мы так и сидели на конях, а я ему рассказывал. Когда я закончил. Он, как мне показалось, вздохнул облегченно.

— Слазь! — сказал дядька и сам спрыгнул со своего скакуна. — Пойдем потихоньку, прогуляемся. Поговорим. Это мое упущение, Святослав. Сейчас вернемся, и ты будешь вести себя, как ни в чем не бывало. А вернемся в Аквалон, я тебя кое-куда свожу. Там тебя и целоваться научат и всему остальному.

— Кто?

— Одни веселые женщины!

— Это, которые в борделе?

— В борделе, но не в каком-то, а в особом.

— Дядька, а ты ходишь в этот бордель?

— Я нет. — Засмеялся он. — Мне нет в этом нужды. Мне вполне хватает матери твоей невесты. Поверь. А вот тебе нужно!

— Почему? Это же получиться, что я предам Эллию?

— Ничего не предашь. Поцелуи это конечно хорошо. Я тебе даже скажу, где Эллия научилась целоваться. Хотя не думаю, что прямо так хорошо. Это тебе так показалось. А опытный, скорее всего, сразу поймет, что перед ним совсем еще соплячка. Это она у Богини научилась. Та ей рассказал, то, да се. Понятно? — Я кивнул. — Так что Эллию ни в чем не подозревай. А вот тебе нужно хотя бы какого-то опыта набраться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Почему?

— Понимаешь. Одно дело, когда ты ляжешь в постель с женщиной, уже познавшей любовь мужчины. И не важно, кто из вас будет ведущим, а кто ведомым. Даже если она, то ничего такого в этом нет. Другое дело невинная девушка, которая ляжет в постель с мужчиной впервые. А вот здесь кроется опасность, в первую очередь для нее. Она будет ожидать от этой ночи что-то необыкновенное. То, что ей должен дать мужчина. Если ты все сделаешь правильно и красиво, то откроешь перед ней целый мир чувственной любви. Но можешь и наоборот все испортить. Если сделаешь все грубо, а ты можешь, по неопытности, из-за нетерпения и так далее, то наоборот закроешь ее. Она потом от тебя бегать будет, и на супружескую кровать смотреть с ужасом и отвращением. Вся любовь моментально исчезнет. Оно тебе надо? Не надо.