А я задумалась. Мое состояние явно не нормальное. Провериться точно надо. Мало ли какой вирус подхватила. Вирус… Опять вспомнился давний кошмар. Опять охватили сомнения, что это был не дурной сон, а вещий. Но даже если и так, хорошо хоть мне не придется мечом против зомби переть. Меч? Точно! Я же могу проверить! И как я раньше не додумалась? Вот дура! Еще год назад могла убедиться и развеять или подтвердить все свои сомнения.
Злясь на саму себя, открыла в интернете карту своего города, увеличила нужный мне район и нашла тот самый университет. Однако, сколько я не проверяла, не нашла я «Боевых бурундуков», что обосновались в этом учебном заведении в моем кошмаре. Не было. Их не было. А ведь это единственный факт, что я могла подтвердить. Остальные персонажи, что встретились мне во второй попытке, не могли быть найдены, так как я не знала даже их фамилий, не говоря уже об адресах.
Стоп! Вторая попытка. Почему эта мысль неприятно зарапнула мозг? Как будто я что-то забыла. Стоп! Эта мысль у меня уже была когда-то. Кажется, год назад, летом, я думала так же, что я что-то забыла.
Так, если не можешь что-то вспомнить, вернись назад. В моем случае, начнем с начала кошмара.
Первая попытка, она же обучение. Перемещение на параллельную Землю вместе с автобусом, бегство от зомби, встреча с двойником-Ариной, получение знаний, погибшие люди, кроме одного паренька, Юры, недолгое проживание в домике-даче, поход в город, смерть. Конец первой попытки.
Вторая. Я помню, что подготовилась, вооружилась, чутка мышц подкачала, а потом пошла из города, взяв с собой «хвостик». Были еще и другие, но с ними наши пути быстро разошлись. Тихая и размеренная жизнь в поселке, который деревня, военные, Юра, смерть.
Третья попытка….
Только попытавшись восстановить в памяти кошмар, я поняла, что не помню. Не помню третью попытку.
Нет, я знаю, что проиграла. Я точно умерла в третий раз, поэтому и удивлялась, когда очнулась в больнице, шарахалась от людей, подозревала весь мир, но… Сейчас я не могла вспомнить подробностей, как прошла моя третья жизнь, как именно я проиграла и умерла. Почему? Я прекрасно помню первые две, но третью забыла, осталось только осознание проигрыша. Мягко говоря, это было подозрительно. Что-то не так.
Сомневаясь в самой себе, легла спать, подумав, что надо будет и голову проверить. Амнезией попахивает.
В больницу шла, как на подвиг. Очень не хотелось. Бесила сама мысль, что придется куда-то идти, сидеть в очереди в маске, общаться с врачом, анализы потом еще сдавать. Но пошла. Ибо надо.
И удивилась. Только сейчас до меня дошло, что я не хромаю. Я шла на столько обычно, привычным шагом, что даже не заметила этого. Но ведь хромала раньше, когда перестала? Задумалась. Не помню. Летом точно хромала, потому что Леша мне этим подтыкал. Осенью… тоже хромала. Вроде. Сейчас зима, снег, скользко, я должна была падать со своей, контуженной на коленную чашечку, ногой, но этого не было. Значит, осень или зима? А почему я не замечала этого? Так хотела поправиться и ходить нормально, но когда получила желаемое, не заметила. Что за нафиг? Опять амнезия? Или это из-за моего раздражения? Точно, я ж бесилась постоянно, когда тут на ногу смотреть? Надо бы уточнить этот момент у врача.
Как и думала, я бесилась. Еле дотерпела до своей очереди, нетерпеливо постукивая ногой, все хотела плюнуть и уйти. Когда меня вызвали в кабинет, бросила взгляд на часы. Двадцать минут. Я ждала только двадцать минут, но почему мне казалось, что прошла вечность?
— Здравствуйте, — поздоровалась женщина-врач. — Ну, рассказывайте, что у вас случилось?
— Бесит! — вспыхнула я, начав вываливать все, что накопилось. — Все бесит. И работа, и люди, и друзья, и собака моя, сволочь! И я похудела, хотя ем нормально. В последнее время даже больше обычного ем, но все равно вес теряю. И нога моя, хромая, неожиданно поправилась, я даже не знаю когда. И мыться я теперь не люблю, даже умываться бесит. А, и кажется у меня провалы в памяти. Вот.
Вывалив все, уставилась на врача, ожидая услышать ответы на свои жалобы. Лицо женщины не порадовало. Напряженное какое-то было.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что? Все плохо? — напряглась я в ответ.
— Не обязательно, но давайте вы останетесь в больнице, сдадите анализы. Когда все выясним, сразу скажем вам, — уклонилась от ответа врач.
Эта отмазка напрягла еще сильнее. Но я согласилась. Если все плохо, то надо выяснить, что не так. Чем раньше узнаю, тем быстрее вылечиться смогу.
Попозже, ко мне забежала Маринка. Мы общались по телефону, потому что ее не пустили ко мне. Изолированный этаж был. Так что я скинула ключи в окно, попросив присмотреть за Слипом. Хоть и гад блохастый он, а все равно люблю. Подруга успокоила, что обязательно присмотрит, даже к себе собаку заберет для удобства, а мне наказала, чтоб лечилась хорошо.
Лечилась. Я даже не знаю, от чего мне лечиться надо. Но согласно кивнула. Это был единственный способ побыстрее попрощаться с Мариной. Даже разговор по телефону раздражал.
Когда Марина ушла, я осмотрелась. Меня просили не покидать палату, чтобы медсестры могли сразу взять анализы, а не искать меня по всему этажу. И вообще, настоятельно просили сидеть на своем месте и не гулять, во избежание. Типа, если я здорова, так на этаже больные есть, могу заразиться, лучше не рисковать. Бесило! Поселили среди заразных, а еще сиди и не вякай!
Но, на удивление, больных было мало. В моей палате только одна женщина, хотя коек было аж шесть. Когда ходила в туалет, в других палатах тоже не заметила большого скопления. Это что, этаж для редкой болезни? Какой? Я даже у соседки информацию не могла получить, так как ее тоже поселили тут, чтобы пройти обследование.
О, да! Она тоже от этого бесилась. Прямо, как и я…
15. Вопросы и ответы (2)
Через несколько часов пришла Марина и передала через санитарок мои вещи. Не могла же я вообще без ничего в больнице лежать, еще не известно на сколько это растянется. Начальнице я уже позвонила и предупредила о больничном, так что работа потерпит.
Когда шла со своими вещами обратно в палату, столкнулась с мужчиной, шедшим из туалета.
— О, и вас загребли, — воскликнул он.
— Загребли?
Я не понимала, о чем он говорит, и это раздражало.
— Ну, на улице, — мужчину явно злило мое непонимание. — Полицейские.
— Нет, я сама пришла, — раздраженно ответила придурку. — Заболела.
— Ну и дура!
— ?
— Теперь хрен отсюда выйдешь, увезут, как и остальных.
— Куда?…
— А фиг его знает, но я тут уже пару дней. Заметил, что никого не отпускают, зато увозят для дальнейшего лечения. И ни с кем из старых пациентов я связаться не смог.
— Почему?
Почему увозят? Куда? Зачем? Ничего не понимаю.
— А вот увезут и узнаешь, сам не в курсе. Меня вот завтра с утра увозить хотят.
— А отказаться?…
— А хрен откажешься, свяжут, как буйную, — мужик раздраженно махнул руками и ушел.
Фига себе, зоопарк на карнавале! Я ж просто анализы приехала сдать и лечение пройти. Какое там увозить? Еще и вяжут? От слов мужика в душе расцвели маковым цветом сомнения и подозрения. Теперь косилась на медперсонал так, будто они собираются всемирный заговор устроить.
Повалялась пару дней на койке. Со скуки бесилась и чуть ли не выла. А эти гады врачебные анализы взяли, а мне ни слова. Сволочи!
За эти два дня успела поиграть во все игрушки на мобильнике, попереписывалась со всеми друзьями и перечитала все новости в интернете. Новости не радовали.
Война, которая изначально, как стычка на границе выглядела, ужесточалась. На нас нападали все страны с юго-запада, мы защищались, количество трупов росло каждый день. Европа так же стала агрессивнее. Ей лекарства поступали, но мало и редко, что очень волновало европейцев.
С востоком было спокойнее. Китай так же развернул производство лекарств, помогая соседям, так что с той стороны волнения были не сильными.
