о том, что права претендовать на руку и сердце «уральской принцессы» он может лишиться. Вполне вероятно, он даже допустил «утечку». Юсупова же, защищая честь рода, сыграла на опережение и объявила о свадьбе сама, чтобы избежать кривотолков от разгневанного Архипова. Проблема в том, что все это произошло не просто при свидетелях, а в присутствии представителей, как минимум, трех Великих кланов.
— Цугцванг какой-то получается, — задумчиво протянул Павел. — Ау!.. За что⁈
Этот шлепок был куда более техничным и болезненным, чем недавняя «пощечина». Разве что пришелся по руке.
— Нечего таскать огурцы из тарелки! — потребовала Лена. — Потерпи, через пару минут нормально поешь.
— И опять Архиповы…
— Ну да, — согласилась Кошкина. — «Войны никто не хотел — война была неизбежна…».
Павел задумался. Вот ведь тот самый случай, когда он ни в чем не виноват (а в чем виноват — не доказано и «свалено» на Архиповых), но Юсуповы упрутся. Вопросы чести в клановом обществе всегда были очень и очень остры. По крайней мере, когда подобные ситуации выходили в общественное поле. Фактически «уральская принцесса» создала ситуацию, когда ее семья отступиться себе позволить не может. Мол, кто тут посмел отвергнуть нашу кровиночку? Мы что, недостаточно хороши⁈ А если спустить подобное на тормозах, то слишком у многих может возникнуть вопрос: «А где еще Юсуповых подвинуть можно⁈». И да, одиночный случай картину мира не поменяет существенно. Но на весы «этих можно бить» ляжет еще один камушек. И кто знает, когда именно эта чаша перевесит?
— И поэтому они объявили о свадьбе в СМИ… — констатировал Павел.
Ну да, можно ли придумать лучшую декларацию намерений и… решимость идти до конца.
Парню было очень интересно, как родственники воспримут подобную игру? Они ж тоже на развилке: либо заставить Павла согласиться и тем самым признать, что их приперли к стенке, либо упереться и получить конфликт на ровном месте с Юсуповыми. Нет, понятно, что история обществу будет подана красиво и благолепно. Но кому надо выводы сделают.
Впрочем, подумать обо всем этом можно и завтра. Сегодня у Павла в планах была куда более приятная программа.
* * *
— Очень зря.
Это были первые два слова, что выдала Светлана за последний час.
А ведь в небольшой комнате (ее собственной!) произнесено за шестьдесят минут было очень много чего. В основном, главой клана.
— В этом нет моей вины, — ровно ответил Игорь Георгиевич.
На лице его не было эмоций. Вот еще, демонстрировать слабость перед какой-то, пусть и очень нужной клану, а все же соплюшкой, он не собирался. Однако значимости его словам вполне придавало время, что он затратил на монолог.
— Возможно, — кивнула аналитик, вот уже несколько месяцев отстраненный от любых семейных проектов (ущерб еще только предстоит подсчитать!).
Девушка тоже не разменивалась на демонстрацию чувств. Как и Павел, когда было нужно, она прекрасно умела держать масочку. Однако взгляд на замершего около входа отца она-таки бросила. Тот послал ей едва заметную невеселую улыбку.
— Ты нам поможешь? — поинтересовался Глава.
Тренированный слух Волконской на автоматически выделил едва слышные обертоны в голосе Председателя Правления.
— Вы уже пытались, — коротко констатировала она. — Кто?
— Виктор.
Светлана задумалась. Старшего брата, хоть они и не были слишком уж близки, Павел уважал. Так что выбор был неплох.
— Что пошло не так?
Игорь Георгиевич чуть резе чем надо втянул себя воздух и чуть медленнее чем обычно выдохнул.
— Он отказался разговаривать с Павлом.
Анатолий Георгиевич, при разговоре присутствовавший, только кивнул.
Удивительный отказ получился. Ничуть его старшему сыну не свойственный. Даже без объяснения причин. Он просто сослался на… секретность! Пришлось пробовать договариваться с дочерью…
Пару часов назад, в тот редкий случай, когда отец смог пообедать со своими детьми, Глава заявился прямо посреди трапезы с новостью о свадьбе своего племянника. Ожидаемую реакцию на такое событие показал только Сергей.
— Этот неудачник и на Юсуповой⁈ — распахнул он глаза. — Куда катится мир!
Младший сын отчего-то Павла невзлюбил с самого детства. Он ценил в людях лишь силу и полезность клану, а Паша не обладал ни тем, ни другим. Когда же молодой человек не получил достойного его положения поста, поток подколок превратился едва ли не в открытое презрение. Это стало настолько заметным, что при всем поощрении здоровой, а иногда и жесткой, конкуренции в клане, психологи были озадачены корректировкой поведения младшего отпрыска Анатолия Георгиевича.
— Сын, — осадил тогда Сергея отец.
— Что «сын»⁈ — неожиданно не выдержал тот. — Что вы все возитесь с этим неудачником⁈
На лице его промелькнула нешуточная… обида⁈ Привычный чуть надменный образ дал трещину лишь на миг. Но всем собравшимся этого хватило.
— Неудачники не открывают многомиллионные компании, — чуть устало констатировал Глава, заставив Свету едва заметно шевельнуть бровью.
Впрочем, ничем более она своего удивления не выдала.
— И не занимают в них ответственных постов, — закончил «гость». — Запомни это, Сергей Анатольевич.
Молодой человек почтительно кивнул. Светлана тоже. Оба своим мыслям. Девушка прекрасно понимала, что если бы ее расчеты не показали, что Павел идеальная кандидатура на этот пост, то он бы получил обещанную ему за нахождение средств долю и все. В чем сама девушка боялась себе признаться, так это в том, что ее уверенность была построена не на строгой логике и фактах, а на эфемерной вере в брата. Для аналитика ее уровня — такое недопустимо. Но она действительно не могла просчитать брата.
Впрочем, она прекрасно понимала, что это воспитательный момент — не стоит недооценивать противника. Так что сам Глава (с вероятностью в девяносто три процента!) от планов своих не отказался. Просто сейчас следовало как можно скорее разрулить эту ситуацию. Впрочем… Почему бы не сделать ее еще интереснее?
— Я думаю, что Павел справится, — негромко констатировала девушка.
Сергей едва заметно покривил губы.
— В крайнем случае, я готова отписать ему свою долю в компании.
На этом моменте скривился уже Игорь Георгиевич. И понять его можно было вполне. Стоит только девчонке притворить угрозу в жизнь, и контроль над активом полностью переходит к «уральцам». А с него за потраченное на возвращение предприятия в «лоно семьи» спросят родичи. Слишком уж затянулась история. И вложено в нее сил гораздо больше, чем можно просто списать.
— Светлана… давай… не будем горячиться, — негромко попросил Глава.
Да, уже попросил.
