Читаем без скачивания Куда пойдет Путин? Россия между Китаем и Европой - Александр Рар

Позже Путин подробно испросил Мангольда, какие практические выгоды могли бы получить немецкие фирмы на российском рынке в случае создания зоны свободной торговли. Разумеется, они бы извлекли большую пользу из открытия нового рынка, так как, в отличие от России, обладали высококачественной конкурентоспособной продукцией, которая была бы освобождена от налогов на ввоз, обременительных тарифов и сертификатов. Казалось, Россия готова на большие уступки. Страна для собственной модернизации срочно нуждалась в технологическом сотрудничестве с прогрессивной Германией — любой ценой.

В это же время Германия дала старт собственной инициативе, направленной на Россию. Президент Вульф и министр иностранных дел Вестервелле отправились туда, чтобы договориться о правовом сотрудничестве. Берлин пытался наполнить партнерство по модернизации удобоваримым содержанием. Разумеется, понятно, говорил Медведев, что за этим снова стоит желание поучать Россию демократии. Но инициатива со стороны германской дипломатии была так умно подана, что он её поддержал. Немцы заявили, что всё должно развиваться только по взаимному согласию. Само собой разумеется, что вопросы экономического права выдвинулись на передний план, так как кровным интересом Германии была помощь России в борьбе с коррупцией.

Почти через 30 лет после разделения Восточной и Западной Европы Берлинской стеной свободный Запад громогласно потребовал её сноса. Жителям Восточной Европы должна быть предоставлена свобода, в том числе и свобода передвижения. Однако как раз к 50-й годовщине возведения Берлинской стены Евросоюз начал строить на восточной границе забор из колючей проволоки от нежелательных мигрантов. Американцы, японцы, израильтяне, албанцы, жители Латинской Америки и Северной Африки попадают в Евросоюз без всякой визы. Русские, в отличие от них, стоят перед западными посольствами в очередях за въездными документами и вынуждены проходить унизительные процедуры.

Россия еще 10 лет назад выказала готовность отменить въездные визы для граждан Евросоюза. Германия прекрасно подошла бы на роль ответственного за отмену визовою режима для российских граждан, приезжающих в ЕС. Разумеется, должны быть урегулированы технические предпосылки, такие как введение более защищенного от подделок биометрического паспорта, достигнута договоренность о реадмиссии нелегальных мигрантов и отмене утомительных процедур регистрации. После этого двусторонняя отмена визовой практики снесла бы последнюю стену на востоке континента. Связи между гражданами стран ЕС и России могли бы стать настолько тесными, как еще никогда в истории. Это был бы самый конструктивный вклад, который Запад может сделать для образования российского цивилизованного общества.

В то время как ЕС представляет себе сотрудничество с Россией только на базе общих ценностей, Германия и Россия в прошлом уже успешно сотрудничали на другой основе. Однако Берлину требуется больше доверия к его российской Realpolitik со стороны стран Евросоюза, находящихся в плену исторически сформировавшихся представлений о России как о враге.

Глава 4. КТО ПРАВИТ РОССИЕЙ?

Кто скрывается за группировкой Смольного?

Патрон Путина — Разведчики сплачиваются — Либеральная империя — Штурм Кремля

Отправной точкой для понимания становления сегодняшней власти в России является Смольный — одно из самых символических мест в российской истории. Церковный комплекс в XIX столетии был задуман как монастырь. Вместо этого там создали Институт благородных девиц. Историческое значение Смольный приобрел, став резиденцией большевистского правительства после Октябрьской революции 1917 года. Здесь располагалась штаб-квартира Ленина, где революционер, пробравшись из Германии в Россию, почти 100 лет тому назад готовил захват власти. После переезда правительства в Москву Смольный стал бюро местного аппарата Коммунистической партии. Иностранных посетителей охотно проводят в левое крыло здания. Поднявшись по лестнице, они попадают в аскетично обставленный рабочий кабинет Ленина, служащий сейчас музеем. Мало кто из гостей знает, что в течение 75 лет после Ленина в правой части здания также писалась история. После развала Советского Союза Смольный стал резиденцией городского правительства Санкт-Петербурга. С 1990 по 1996 год там, в располагающихся вдоль длинного коридора соседних кабинетах, работала группа незаметных мужчин с бесцветными биографиями, которым в скором времени было суждено изменить историю России.

Сама Россия едва ли заметила этих городских чиновников Комитета по внешнеэкономическим связям и их шефа Путина. Ни о чем не говорили и имена его сотрудников. Кто бы к тому моменту мог подумать, что в Комитете по внешнеэкономическим связям собрался круг людей, которые через 10 лет захватят всю власть в российском государстве?

Биографии членов группировки Смольного похожи друг на друга. Владимир Путин был пауком в этой сети. В 70-х годах он учился на юридическом факультете Ленинградского государственного университета. Анатолий Собчак был одним из его преподавателей. После учебы Путин подался в КГБ, выучился на агента внешней разведки и в 1985 году на пять лет был заслан в ГДР, где стал свидетелем развала коммунистического режима. Не дожидаясь воссоединения Германии, Путин вернулся домой — но и там трещали по швам система, государство, а с ними и секретная служба. Казалось, карьере Путина пришел конец, когда его бывший профессор Собчак, избранный мэром, пригласил его на пост председателя Комитета по внешним связям мэрии Санкт- Петербурга.

СССР распался, старую партийную элиту изгнали. Пестрая, наскоро сколоченная кучка из активистов по правам человека, коммунистических «перевертышей» и политически неграмотных интеллектуалов в одночасье оказалась в городском парламенте и решила взять под контроль правительство Собчака в соответствии с новым принципом разделения власти — Россия же стала демократией! В их окружении Путин чувствовал себя чужим, так как демократы не доверяли ему, как бывшему сотруднику КГБ. В Комитете по внешней торговле царил хаос. Вследствие национальной экономической катастрофы общественная жизнь и обеспечение города Санкт-Петербурга постепенно разваливались. Московский центр помочь не мог — он сам боролся за выживание. Путин тогда продавал бесценное сырье на Запад, неоднократно обменивая его на продукты питания. Эти, стоящие на грани законности сделки в будущем чуть не стоили ему карьеры. Обвинения в коррупции за тогдашнюю деятельность еще долго преследовали его.

В Комитете внешней торговли Путин полагался на молодых профессионалов: например, на 25-летнего честолюбивого юриста Дмитрия Медведева, который консультировал его по всем каверзным вопросам, а также 30-летнего Игоря Сечина, работавшего в 80-х годах в специализированном внешнеторговом объединении «Техноэкспорт». Это он поставлял оружие во время «освободительных войн» в Мозамбик и Анголу — последним клиентам СССР в холодной войне в Африке. Со своим «специальным» внешнеэкономическим опытом и владением французским и португальским языками Сечин мог послужить говорящему по-немецки Путину необходимым дополнением. Согласно неофициальным данным, Сечин, как и Путин, еще во время своего обучения в Ленинградском государственном университете был завербован внешней разведкой. Все последующие 20 лет Сечин бессменно находился рядом с Путиным.

Номинально сколоченная Путиным группа, состоявшая из юристов и хозяйственников, связанных со спецслужбами, работала на мэра Собчака. Популярный правовед считался двигающей силой демократических реформ в постсоциалистической России «номер два» — сразу после президента Бориса Ельцина. В отличие от Ельцина, Собчак не был ни политическим разрушителем, ни истинным демократом, ни сторонником развала Советского Союза. Главный ельцинский реформатор Анатолий Чубайс как-то назвал Россию «либеральной империей». Эта идея исходила от Собчака, хитрого политика, который хотя и верил в либеральную и свободную Россию, однако пытался подстраховать свою реформаторскую политику привлечением старых спецслужб. Под его эгидой в Санкт-Петербурге была создана политическая система, через 10 лет распространившаяся на всю страну. Она состояла из симбиоза либеральных рыночно-экономических реформ, новых капиталистических предприятий, а также спецслужб и связывала политическую власть с деньгами и контролем над стратегическими индустриальными отраслями.

В обязанности реформаторов вменялось разрушение старой советской системы. Они должны были направить приватизацию государственной собственности в нужное русло, установить механизмы работы рыночной экономики и, не в последнюю очередь, привлечь в страну западных инвесторов. Из круга реформаторов появились новые предприниматели и банкиры, которые лавировали между городским правительством и деловыми структурами, постоянно используя их политические связи. Третья группа в политическом истэблишменте Санкт-Петербурга того времени состояла из еще активных и уже бывших офицеров спецслужб — отошедших от дел шпионов с разумным реалистическим чутьем и финансовыми амбициями. Последние зачастую владели соответствующими языками и заграничным опытом, которых не хватало другим претендентам. Действующая сеть спецслужб была необходима Собчаку, чтобы покончить с опасной мафией, открыто претендующей на власть и напрямую угрожающей проведению реформ в стране. Многие офицеры спецслужб, попавшие в то время с помощью Путина в городскую мэрию, сделались успешными предпринимателями постсоветского Сан кт- П етербурга.