с собой спящего сказочника. Али во сне хмурился и пытался кому-то доказать, что в разбитой лампе сидит джин и что три золотых за нее – уникальное предложение.
– … Нет, ты просто не понимаешь, от чего отказываешься!… Не… Нет… Да подожди ты! В ней сидит джин, я тебе говорю!… Вот так вот трешь и!… – бормотал сказочник во сне.
Невольно улыбнувшись, я начала успокаиваться.
Это был всего лишь очередной кошмар, меня никто не поглотил, со мной все хорошо… Ох, и приснится же такое безумие!
Утерев рукавом рубашки оставшиеся слезы, я села на плаще и осмотрелась.
Было холодно, костер почти погас. Подкинув в него немного веток вперемешку с магией, я уже решила ложиться обратно, как заметила, что чего-то не хватает.
Обведя взглядом весь лагерь, освещенный вновь ожившим костерком, я поняла, что этого «чего-то» действительно не хватает. Инквизитора нигде не было. Ни его плаща, ни сумки… но лошадь его на месте, значит, не сбежал.
Куда он мог деться, интересно? В кусты обычно с походными сумками не ходят. Хотя, кто его знает, что ему там нужно для этого процесса?
Усмехнувшись про себя, я улеглась спать дальше. Беглец вернулся еще раньше, чем я успела заснуть.
– Ну ты и кикимора, – шепнула я, принюхиваясь к стойкому запаху рыбы и тины.
– Сама не знаешь, что теряешь! – вздохнул инквизитор, укладывая на место свои сумки.
– Нет бы в чистой и теплой воде в трактире вымыться, понесло же тебя в эту чащу! – проворчала я, разглядывая мокрое чучело. Посмотрите только на эту довольную морду!
Арланд не ответил, молча завалился на свое место и уставился в небо счастливым взглядом человека, у которого только что сбылась мечта. Не выдержав, я улыбнулась его виду, и закрыла глаза, собираясь спать дальше.
Однако, стоило мне окунуться в сонную темноту, как меня снова охватил странный сон. Очутившись между дремой и явью, я вспомнила все до последней детали. Мне стало так страшно, что я заставила себя вырваться оттуда, открыть глаза.
Ночное небо, звезды, еще тлеющие ветки… все в порядке.
– Все в порядке? – спросил Арланд.
– Можно я задам тебе глупый вопрос? – спросила я, поворачиваясь к инквизитору.
– Только если очень глупый, – он улыбнулся.
– У вас в поместье есть человек, которого родители называли Мышонком?
Инквизитор медленно повернулся ко мне. Он долго и пристально смотрел на меня, прежде чем ответить.
– Почему ты спрашиваешь?
– Мне приснился странный сон. Там был Дейк и ребенок, похожий на Сеймура, – рассказала я. – Почему-то я называла ребенка Мышонком. Или кто-то другой называл, кем я была во сне.
– Дурацкий сон, – проговорил Арланд и лег ко мне спиной. – Спи.
– Ты не дашь мне чего-нибудь? Стоит мне закрыть глаза, я снова вижу все это, – попросила я.
Инквизитор молча сел и стал рыться в своих сумках. Найдя то, что искал, он подошел ко мне и вручил небольшую бутыль. Попробовав, я узнала напиток, который он дал мне в нашу первую встречу, когда на меня напала Дороти.
– Что это? Отличная штука! – сказала я, делая добрый глоток.
– Святая вода, – уклончиво ответил Арланд. Но то, что я пила, не могло быть водой.
– Разумеется, – фыркнула я, возвращая ему флягу.
Когда я передавала ему флягу, случайно коснулась пальцами толстых перчаток. По коже побежали мурашки, я не знала от чего: возможно, из-за чар, которые были наложены на его одежду. Возможно, из-за чего-то другого.
Арланд сделал вид, что ничего не заметил, и вернулся к себе.
Меня кольнуло странное, незнакомое чувство. Я легла спать, чувствуя себя на редкость паршиво. Однако, страшные сны меня больше не преследовали.
На следующий день мы продолжили путь, теперь мы ехали, не останавливаясь и не сворачивая. Али и Арланду пришлось толкаться вдвоем на белой кобылице, а я ехала одна, ехидно ухмыляясь, поглядывая на них.
Наш путь лежал по прямой и не сворачивал к постоялому двору, где мы должны были остановиться прошлой ночью, потому до «Лошадиной Косынки» мы добрались быстрее назначенного срока. Уже в два часа дня мы были на месте, что несказанно радовало, учитывая, что ночь получилась довольно рваной. Быстренько отыщу вещицу, нужную Лорену, и завалюсь досыпать.
Этот постоялый двор от прочих отличала только оригинальное название и вывеска, с которой посетителям кокетливо улыбалась серая лошадь в яблоках и в голубой косынке в белый горошек. В остальном он был как две капли воды похож на прочие, у меня даже возникло дежавю.
Разобравшись с лошадьми, мы зашли в зал и заказали комнаты. Оставив вещи в спальнях, мы спустились в зал, чтобы пообедать. Али, не имевший за душой ни гроша, но зато обладавший неиссякаемым обаянием, уговорил инквизитора оплатить ему обед, а меня – выпивку.
В спокойной обстановке мы разговорились.
– Так кого ты ищешь, не пойму никак? – спросил Арланд у сказочника, когда тот закончил рассказ о своей судьбе.
– Кудеяра! Он же приехал на материк подвиги совершать, а какие будут подвиги, если о них никто не споет? Да и пропадет он здесь без меня, как пить дать пропадет! Наивное дитя из царской семьи, ни порядков здешних не знает, ни правил. Его в первый же день обманут и обчистят, мага простодушного…
– Гхм. Судя по тому, что ты рассказывал про его мамочку, простодушный он вряд ли… – хмыкнул Арланд.
О царице Охмараги мы уже такого наслушались, что при одном упоминании о ней представлялся бог хаоса и смерти, пришедший на землю в таком странном обличии.
– Брось, царица при более близком знакомстве милейшее существо в мире! – отмахнулся Али. – Главное не пялиться на ее длинные уши. А они, скажу я вам, с локоть, да еще торчат в обе стороны! Ну, так о чем я? – он сделал большой глоток из кружки и откусил от своего куска мяса. – Кудеяр с такими родителями света белого не видел, все учился. Сын легендарных героев просто не может быть слабаком! Но одно дело занимать свое законное место на пьедестале сильных мира сего, и совсем другое – жить среди людей! На Кудеяре ведь не написано, что он сын правителя Охмараги, здесь его за одну только внешность заклюют, не то что не прославят! Без меня он здесь не справится и славы ему не видать, как своих ушей!… Хотя нет, уши-то он свои как раз видеть может, хе-хе!
– И где ты его искать собираешься? – спросила я, отпивая из своей кружки. – Куда ты дальше поедешь?
– Искать его где, не знаю, а собираюсь я в Генсенгт. Там скоро ярмарка
