Читаем без скачивания Вся жизнь – оверштаг - П. Сычёв

Санто-Доминго

Когда паруса испанского галеона затерялись вдали, Нэрт засел в каюте над картой Эспаньолы. Замерив циркулем расстояния от острова Саона до Санто-Доминго, он задумался. Прихватив с собой карту, Нэрт вышел на мостик. Дон Педро не прекращал вертеть подзорной трубой, осматривая горизонт.

– Дон. – Нэрт подошёл к штурману и, развернул карту. – Как считаешь, мы можем успеть завернуть к Санто-Доминго и убраться оттуда, пока наш крестник чинит паруса?

Дон только взглянул на карту и, обведя глазами далёкий берег, качнул головой:

– Почему нет? Ты ведь не собираешься лезть под пушки форта? Если даже мы никого не встретим в море, то просто взглянуть на город нам только на пользу, а испанцы могут и перепутать нас со своим галеоном.

– Я тоже так думаю, – Нэрт критически осмотрел такелаж, – просто поднимем испанский флаг. А если будет возможность, подойти к какому-нибудь испанцу, поднимем «Весёлый Роджер». Ветер всё так и дует с юга, до Санто-Доминго дойдём быстро, а вот оттуда придётся идти в галфвинд вдоль берега.

Погода понемногу начинала портиться, окрепший ветер, лохматя гребешки волн, грозился притащить тропический дождь. «Приватир», взяв курс на Санто-Доминго, расталкивал в стороны крутую волну, словно драчун, пробирающийся сквозь толпу к месту драки.

Узнав о возможной встрече с каким-нибудь кораблём, Дик ушёл в офицерский кубрик, точить свои абордажные сабли. Вся его команда, получив соответствующие распоряжения, заняла часть опердека и квартердека.

Эспаньола вновь приближалась, бугрясь изгибами далёких холмов. Нэрт взобрался на верхнюю площадку баковой надстройки, заняв удобную позицию для наблюдения, и с методичностью метронома обводил подзорной трубой линию берега. На галеоне уже подняли испанские флаги, и теперь «Приватир» ничем не отличался от других испанских кораблей. Очень далеко впереди начинали просматриваться очертания испанского города, где-то там, ещё неразличимый на фоне склонов, находился форт, подходить к которому Нэрт не хотел. Но вот, наконец, в окуляре подзорной трубы мелькнули марсели какого-то корабля, спешащего в Санто-Доминго. Спешащему в порт кораблю предстояло пройти примерно столько же, как и «Приватиру», вот только он шёл в крутой бакштаг, борясь с встречным ветром и течением, галеон Нэрта, напротив, летел полным ходом на всех парусах. Когда стало видно, что это флейт под испанскими флагами, Нэрт сложил трубу и велел свистать команду к бою.

На мостике Дон Педро лукаво улыбался, рассматривая испанский флейт в трубу.

– Знакомого приметил Дон?

– Ага. Знавал я его, когда ещё очень давно занимался контрабандой в Испании. Он тогда совсем новенький был, охотился на нас, – Дон усмехнулся, – вряд ли там сейчас тот самый капитан, скорее всего, отправили этот флейт сюда на вечные времена, обратной дороги через океан он не выдержит.

– По-моему, приличный ещё корабль.

– Это он, я этот флейт узнаю из тысячи. Два года от него бегал, – Дон усмехнулся, – а давай его заберём и продадим французам? В общем-то, он очень ходкий, может быть, даже шустрее нашего «Приватира», вот только годочков ему уже прилично, да если в боях потрепали его, то нам он только как трофей сгодиться, а французы его должны с удовольствием купить.

На мостик один за другим поднялись боцман, Джолли Дик и Диксон. Нэрт ещё раз смерил взглядом расстояние до испанского корабля и дал рулевому поправку к курсу, затем, осмотрев своих офицеров, загадочно улыбнувшись, спросил:

– Ну что, друзья, – подмигнув Дику, Нэрт перешёл на деловой тон, – Джолли, по возможности берём флейт как трофей, поэтому всех, кто против нас, – за борт. Мэт, определи матросов, кто останется на флейте и поведёт его за нами, Диксон, заряжай верхнюю палубу картечью, на нижней палубе даже не суетись. Подходим как можно ближе, меняем флаг и, – Нэрт улыбнулся, – сами всё понимаете.

«Приватир» шёл на пересекающихся курсах с испанским кораблём, где-то там, на виду у всего города и форта, но в недосягаемости фортовых пушек, курсы должны пересечься.

Нэрт намеренно рассчитал встречу в таком месте, чтобы на испанском флейте не могли заподозрить неладного. Галеон как бы идёт в порт, и флейт должен уступить путь. Скорее всего, флейт возьмёт на пару румбов левее, увеличивая ход, тогда «Приватир» пройдёт параллельным курсом в нескольких кабельтовых. Но, Нэрт не собирался проходить мимо.

Абордажники Дика засели в баковой надстройке, стрелки поднялись на марсы, Флейт начал уходить под ветер, заваливаясь на левый борт, на «Приватире» тоже переложили руля влево, и испанцы в недоумении глазели, как идущий с моря галеон под кастильскими флагами, идёт на пересечение их курса, словно собираясь таранить им борт. Но флейт успел сменить курс, и теперь набирал ход, вспенивая волны под гальюном. Испанцы что-то кричали, по всей видимости, уже сомневаясь в принадлежности галеона к Испанской короне. Если изначально их смутил тип постройки галеона, теперь уже испанцы готовились к бою, превратив палубу в оживлённый муравейник. Бушприт «Приватира» уже раскачивался вровень с грот-мачтой на флейте, сейчас уже было понятно, что флейт быстрее и может ускользнуть, уйдя от Нэрта под прикрытие форта.

На баке абордажники метились в снасти флейта из фальконетов, заряженными кошками.

Наконец, они выстрелили, гарпуня своими крючковатыми снарядами ванты фок-мачты на флейте. Матросы дружно подхватили концы линей и быстро натянули их, словно струны на лютне. Флейт начал медленно поддаваться, матросы толпой тянули концы линей, и в тот же миг с верхних палуб галеона в толпу испанцев с грохотом посыпалась картечь. Нэрт довернул штурвал, направляя галеон прямо в борт флейту, не опасаясь столкновения, так как на флейте пытались увернуться и тоже выворачивали руль. Испанцы не были готовы к такому развитию событий. Уже на виду у форта Санто-Доминго, в своей родной гавани, они подвергались нападению. Часть команды и солдат, сновавшие по палубам были перебиты картечью буквально в упор, к тому же ещё с мачт галеона вёлся непрерывный мушкетный огонь.

Когда первые абордажники, перебросив трапы, получили возможность попасть на борт флейта, им почти никто не оказал сопротивления. С марсов галеона отстреляли все заряженные мушкеты, и стрелки спускались вниз, чтобы идти второй волной на абордаж, канониры же вторично прошлись из фальконетов по палубам флейта, разметая свинцовыми шариками мечущихся испанцев.

Впопыхах, на галеоне Нэрта забыли поднять чёрный флаг, заменив им испанский, и со стороны казалось, в бой вступили два испанских корабля. Да и сами испанцы оказали довольно вялое сопротивление, понеся сразу большие потери при обстреле картечью, многие предпочитали сдаваться. Когда Нэрт перебрался на палубу флейта, бой уже закончился. Дик настороженно расхаживал по юту, оглядывая палубу. Испанцы, сбившись в кучу возле грот-мачты, понуро разглядывали своих победителей. Среди пленных оказался и капитан, он с надеждой смотрел на форт, на гавань, ожидая помощи, но в форте просто терялись в догадках. В море, сцепившись крючьями, стояли два корабля под испанскими флагами и, что там происходит, было не понятно.

Дон Педро с любопытством перебежал по трапу, осматривая рангоут захваченного корабля, и, высмотрев в толпе пленных богато одетого капитана, подскочил к нему с расспросами.

Дон оказался прав, капитан был ему не знаком, и командовал этим флейтом всего полтора года. Тем временем Нэрт распорядился отпустить пленных, предоставив им те шлюпки, что были на флейте, и поторопил боцмана:

– Мэт! Ничего не надо выносить, всё потом! Осмотрите трюмы на случай, если кто прячется, заприте пороховой склад и всё! Ставь матросов, Дон поведёт корабль.

Подойдя к Дону и пленному капитану, он поинтересовался, откуда шёл флейт и что вёз.

– Они ходили на Кубу, принимали участие в рейде против пиратов и заодно оставили в Гаване солдат, поэтому они и не особо сопротивлялись. На корабле много раненных, вот они и сдались. В трюмах пусто, остатки припасов, воды, порох и прочее.

– Ладно, отправляй их всех в шлюпки и принимай команду, пойдёшь в кильватере, на всякий случай не будем менять флаги, вдруг попадётся ещё кто.

Испанцы загрузились в шлюпки и осторожно погребли к берегу, опасаясь зачерпнуть бортами воду. Расцепленные корабли начали расходиться. Идти в сторону французских колоний пришлось при сильном боковом ветре. Поэтому более лёгкий и шустрый флейт, сначала вырвался вперёд, тогда на нём убрали часть парусов, чтобы дать возможность галеону занять место флагмана в строю. Тут-то и появились далеко позади паруса испанского галеона, который не так давно остался латать паруса. Но он был ещё далеко, и если и видел впереди паруса возле Санто-Доминго, то не придал этому особого значения, потихоньку лавируя вдоль берега.