- А в чем тайна? - Не совсем понял Дима, беря со стола свой кофе.
- Да ни в чем, собственно. - Лина так широко и искренне улыбнулась, что не ответить ей было просто невозможно. - Просто, я даже не верила, что смогу устроиться. А меня взяли! - было видно, что Лина искренне рада этому.
Дима и сам, почувствовал непонятную радость, встречаясь с ней глазами, только от того, что ей так явно хорошо было.
- Поздравляю.
- Спасибо, - кивнула она. - Только Лене не говори, ладно? Она может проговориться. - Лина, будто смутившись, посмотрела в сторону.
- Правда? Не знал, что у меня сестра - болтушка. - Усмехнулся мужчина. - Но, не переживай, не скажу, это же твое дело, решать.
- Она не болтушка, - еще больше смутилась девушка, опуская голову. Ее пальцы нервно крутили какое-то кольцо на пальце. Довольно дорогое, как отметил Дмитрий с неприятным ощущением в душе. - Просто... я... я никому не говорила об этом. Ты первый. - Лина вздохнула и поднесла к губам чашку, словно пытаясь скрыться за ней.
Дима промолчал, глотая свой кофе. Он понял, кто имелся в виду под "никем". И это было странно. Что же у них за отношения, если Лина своему парню о работе, которой так радуется, не рассказывает?
- Извини, не стоило тебя втягивать в свои причуды. - Лина отставила чашку дрогнувшей рукой. - Я тебе никто, просто, поделиться захотелось.
- Лина, это не причуды. - Дима уверенно и твердо посмотрел на нее, но девушка не поднимала головы.
Тогда, поддавшись порыву, Дмитрий решил ее привлечь внимание другим способом. Ему не нравилось, когда девушка переставала улыбаться. И потерянность на ее лице - не нравилась. Мужчина протянул руку, накрывая ее ладонь своею. Лина удивленно посмотрела на их руки, а потом, широко открытыми от изумления и еще чего-то, мелькающего в глубине, глазами, посмотрела в упор на Диму. - И ты - лучшая подруга моей сестры. Так что, совсем мне не чужая. Я никому не скажу, если не хочешь. Ведь, иногда открыться мало знакомому человеку легче, чем самому близкому другу.
Он говорил спокойно и уверенно, не показывая девушке, как ему нравится держать ее ладошку в своей руке. И как хочется погладить тонкое запястье пальцем, ощущая биение пульса, так, что вторую руку, под столом, в кулак сжать пришлось, но голос и лицо не выдавали этого.
- Спасибо, Дима. Ты прав, отчего-то, тебе мне это было сказать легче. Да и вообще, так хотелось хоть с кем-то радостью поделиться. - Немного неловко, но с робкой улыбкой ответила Лина. Помолчала какое-то время, продолжая в глаза смотреть, и руку не забирала. А потом, словно спохватившись, дернулась, вызывая в мужчине легкое чувство потери. Но он не сопротивлялся, как ни хотелось бы. - Мне пора, перерыв заканчивается. - Начав быстро собираться и отводя глаза, сообщила она. - Пока.
Лина встала, и еще раз обернулась к нему, стараясь взглядом не встречаться.
- До свидания, Лина. - Кивнул Дмитрий. И с сожалением смотрел в ее спину, наблюдая, как девушка уходит.
Лина ни разу не оглянулась.
*************************
Лина старалась собраться с мыслями, хоть это было и трудно. Девушка зашла в офис компании, куда устроилась на работу, и села за свой рабочий стол. Еще раз осмотрелась с восхищением, не веря, что это правда. И усмехнулась своему глупому восторгу.
Это не была, какая-то, особо престижная работа. Да что там говорить, она устроилась секретаршей, причем, временно, на месяц, пока на фирме большая часть сотрудников в отпуске. Но это не имело значения. Это была ее первая работа, и нашла Лина ее совершенно самостоятельно. Валентин не только не принимал в этом участия, но даже и не знал еще. И, если девушке очень повезет, то и не узнает.
У мужчины сейчас были какие-то проблемы на фирме. Клиент из Канады заказал серьезную программу и попросил сократить сроки выполнения, обещая, разумеется, за это отдельную плату. И Валик напрягал всех сотрудников, но и сам проводил на работе почти все свое время, уверенный, что Лина занимается в библиотеке университета, готовясь к экзаменам и заканчивая свой проект.
Лина, в общем-то, так и делала, только экзамены она уже сдала, а по последнему, ей, все же, поставили автомат, потому, что и проект девушка сделала успешно. И, как раз выходя с кафедры дизайна, она и увидела в холле главного корпуса доску объявлений с вакансиями на лето для студентов.
Нельзя сказать, что эта доска появилась на стене только в тот понедельник. Отнюдь, она всегда там висела. Просто Лина не обращала на нее внимания, смиренно подчиняясь ходу своей жизни. Однако сейчас в ее душе правил оптимизм и, поддаваясь порыву, девушка подошла. А когда увидела объявление о месте секретаря на месяц, да еще и так близко от университета - рука сама потянулась к телефону. Лина устроилась на работу в тот же день. И до сих пор не верила, хоть и приходила на работу уже неделю. Рабочий день не был полным, так как и работы в компании было не очень много в этот период. Она работала с девяти и до четырех, плюс, ей был положен перерыв, от которого она не отказывалась, потому что уходить раньше - смысла не было.
Валик забирал ее из университета только в пять. Ему она сказала, что ей дали еще одно задание. И это было не совсем ложью, просто сроки выполнения задания по администрированию она несколько приуменьшила. Ей было стыдно, но совесть замолкала под напором счастья от первого самостоятельного выбора в ее жизни. Она не зависела в этом от Валентина. И ощущение независимость, пусть и в такой мелочи - пьянило.
Но не от этого ощущения у нее сейчас дрожали руки, и колотилось сердце. Лина глубоко вздохнула, пытаясь успокоить нервы. Даже таблетки, которые продолжал заставлять пить ее Валик, хоть и раз в день, не справлялись с этой нервной дрожью.
Девушка плохо переносила чужие прикосновения, особенно мужские. Очень плохо. Каждый раз, когда кто-то прикасался к ней, она вспоминала тот вечер, когда ее пытались изнасиловать. Даже Валентин долго пробивался к ней после того, как она вернулась домой. И не понимал, почему она на каждое его прикосновение и поцелуй - плакать начинает и замирает, словно в испуге. Думал, что из-за пребывания в стационаре. Боялся, что с ней там что-то сделали. Но Лина его успокаивала, правда, о причине своей реакции не рассказала, опасаясь, что Валик взбесится и найдет того ухажера, маминого. И чем такая встреча могла закончиться, ей было страшно думать. Лина объясняла все нервами. Постепенно, это чувство притупилось, стало полустертым, каким-то приглушенным. Хотя, порою, когда она вновь впадала в депрессию, слезы опять катились из глаз, а горло перехватывало спазмом. И Валентин не знал, что тогда делать, боясь подступиться и все ухудшить. Но это быстро проходило. Она привыкла к его прикосновениям, поцелуям, ласкам. Хотела их.
