Читаем без скачивания Летучий Голландец - Ричард Кнаак

В глубине души Хамман Таррика за нее боялся. Урсула становилась беспечна. Именно такое поведение привлекает внимание Сына Мрака.

«Есть новости. Надо поговорить». Он пересказал ей то, что узнал от своих недавних гостей, кое-что опустив, полагая, что сейчас ей это ни к чему. Таррика хотел, чтобы Урсулина вошла в контакт еще с некоторыми из них, а если забить ей голову лишней информацией, это будет только отвлекать. Майя и ее буффон спутник заявили бы, что он утаивает информацию, как Макфи. Но Таррика считал, что ему виднее.

«Беспокойства-то вам сколько, — заметила Урсулина, когда он закончил. Она лишь слегка утратила безмятежность. — Сочувствую вам, Хамман».

«Прибереги свое сочувствие, лучше окажи услугу. Мне, надо, чтобы ты связалась с другими». Он перечислил ей имена, чтобы убедиться, что она их не забыла.

«Я их всех помню, — ответила она с очевидным раздражением. — Что им нужно сказать?»

«Скажи им, чтоб следили за предвестниками. Скажи им, я считаю, что призрачный корабль уже плывет. Скажи им, чтоб выслеживали так называемого Летучего Голландца».

Это окончательно привело ее в чувство. В следующем вопросе появился даже оттенок беспокойства: «Вы что-то видели?»

«Нет, но, думаю, скоро он появится».

«А дальше что будем делать?»

Таррика с удовлетворением отметил, что Урсулина начинает вести себя, как прежде.

Ему хотелось, чтобы она родилась в его время, тогда легче было бы вместе работать.

«У меня есть идея. Одна из тех, которые собирался использовать Макфи. Я хочу поговорить или, если можно, поймать ангела смерти».

Она знала, что он не имеет в виду Сына Мрака: «Ты серьезно? Он же — знамение…»

Внезапно их разговор прервался ужасным грохотом. Таррика пытался сохранить свою сосредоточенность, но чувствовал, что комната Урсулины как будто тает. Последнее, что он увидел — это обнаженная женщина, ладонями закрывающая уши, чтобы приглушить грохот. К несчастью, звук находился у нее в мозгу, так как его источник существовал где-то в квартире негра.

Не в состоянии контролировать связь дальше, Хамман Таррика прервал контакт. Он открыл глаза и наконец понял, что шум — это звонок телефона. С растущим раздражением он потянулся к стоящему рядом кофейному столику и схватил трубку.

— Хамман Таррез слушает. — Таррика едва вспомнил свое здешнее имя.

— Таррика! Клянусь кровью Карима! Что ты так долго не отвечал?

— Рииз? — Голос был очень характерным, не ошибешься.

Рииз — один из тех, кто считает, что больше всего надежды избежать псов Сына Мрака у тех, кто встречается с себе подобными как можно реже. Таррике он звонил не чаще раза в год.

— Таррика! Я его видел. Сын Мрака почти схватил меня.

Весь гнев от того, что прервали его работу, мгновенно испарился, когда Таррика осознал, что ему говорят.

— Ты видел Сына Мрака?

— А кого же еще! Он был в том ресторане, куда я часто забегаю до работы. Один из…

— Твой образ жизни доведет тебя до беды, Рииз. Я тебя предупреждал…

— Оставь свои проповеди, Хамман. Мой образ жизни не слишком отличается от твоего. — Голос второго эмигранта звучал так пронзительно, что Таррике пришлось отодвинуть трубку подальше от уха. — Ты будешь слушать или нет? Я мог связаться и с кем-нибудь другим.

— Конечно, буду. Я очень хочу узнать, как тебе удалось так легко одолеть Властелина Теней?

Рииз был далеко не самым компетентным из Странников. В каком-то смысле его решение просто жить среди людей одной жизни не лишено мудрости.

На другом конце провода Рииз, успокоившись, сказал:

— Это было совсем не легко, Хамман. Он там сидел… просто сидел и ел, клянусь Каримом. Никто не видел, что он совсем иной. О боги! Он был там самым высоким, одет в странные старомодные одежды, в мантии, которая шевелилась, как живая. И никто не обращал внимания! На худой конец, они должны были видеть его глаза!

Таррика обдумывал это краткое описание предполагаемого Сына Мрака — А что глаза? — спросил он.

— Черные, как тень, из которой он пришел. И нет зрачков. Клянусь, мне казалось, они меня проглотят, когда мы встретились взглядом.

— В ресторане?

— В ресторане. — Рииз сглотнул. — Дай мне рассказать все как было, пока не забыл.

Рииз описал свои попытки скрыться и как Сын Мрака играл с ним. Властелин Теней отразил его атаку, как будто стряхнул букашку с рукава. Этот высоченный тип расспрашивал его о Конце. Какое-то время Рииз боялся, что его победитель оторвет ему кисть, но потом случилась поразительная вещь.

— Он сделал что? — перебил его Таррика, не в состоянии поверить тому, что сказал дальше Рииз.

— Практически просил у меня прощения. Вроде как сообщил мне, что он не хотел, чтобы это все случилось. Затем он согнулся, как будто кто-то его бил. Клянусь, так это все и выглядело.

Рииз повторил описание последних мгновений, проведенных с незнакомцем в мантии. Сын Мрака вел себя, как сумасшедший, метался, будто на него со всех сторон нападали враги.

— Я сбежал, пока он не пришел в себя.

— Очень разумно. — Сам Таррика воспользовался бы ситуацией лучше, может, связал бы противника.

В этой встрече было что-то очень странное. Уж очень все это было не похоже на те немногие описания Сына Мрака, которые собрал Макфи. Пожалуй, Таррика ожидал, что он будет больше похож на настоящую тень. На это указывал и его второй титул. Из описаний он помнил, что Властелин Теней был созданием смутным, временами неразличимым.

С небольшими исключениями, Сын Мрака, которого встретил Рииз, мог сойти за любого из них.

А если не Сын Мрака, то кто?

— Хамман, ты слушаешь?

— Рииз, где ты его встретил?

Его собеседник описал место, и он записал адрес, так, на всякий случай.

— Да, я знаю, где это. Интересно…

— Интересно?! И все? Интересно?! Я чуть жизни не лишился. Навсегда!

— Не думаю.

— Ты там не был, Хамман.

Конечно, это правда. Но Таррика начинал думать, что опасность грозила Риизу только из-за его попыток освободиться.

— Я говорю так потому, что считаю, тот, с кем ты столкнулся, был совсем не Сын Мрака.

— Тогда кто? Уверен, он не из наших. Новый вид Рошаля?

Это вполне вероятно. Может, Властелин Теней использует теперь охотников, более схожих с человеком. И все же негр сомневался.

— Может, и так. Но у меня другая теория, Рииз. Я как раз кое с кем говорил об этом, когда ты позвонил. Думаю… конечно, это пока только догадка, но сейчас ты сообщил о первом появлении самого ангела смерти.

— Лодочника?

— Если ты предпочитаешь этот титул, то да. — Он подождал реакции Рииза, но тот молчал.

— Полагаю, что в моей теории есть смысл. Сын Мрака никогда не был замечен в, раскаянии.

— Значит, это Конец.

Пока он не услышал, как его собеседник произнес эти слова, до него не дошло полностью их значение. Они совпадали с тем, что говорил этот клоун, Гилбрин. Несколько секунд никто не сказал ни слова, затем, очень спокойно, Хамман Таррика сказал:

— Да, скоро.

Рииз снова заволновался:

— Это нечестно! Я так мало взял от этой жизни. Только я устроился, чтоб жить в свое удовольствие.

Хоть он и прожил дольше в этом варианте земного мира, чем его собеседник, и больше успел сделать, Таррика был с Риизом полностью согласен. Это несправедливо. Они не заслужили, чтобы так скоро их вырвали с корнем. Тем не менее в сравнении с основной проблемой это было мелочью: их всех снова рассеет, а их будущее определится все тем же подбрасыванием монетки.

Все почувствуют приближение Конца, даже возродившиеся на несколько столетий раньше. Они почувствуют их через связи, соединяющие их с теми, кто будет свидетелями катастрофы. Сквозь линейное время тяжело общаться, но ужас летит по этим связям очень легко. Прыжок не произойдет до самого последнего момента окончательного разрушения, а до той поры он, Рииз, Майя де Фортунато, шутник и все остальные уже почти сойдут с ума, ведь никогда нет уверенности, что они снова перенесутся. И, что более важно, существовал страх, что это — последний мир, что после разрушения этого варианта не останется ничего.

Навсегда.

Никто не мог объяснить, как происходит процесс перескакивания. Даже Макфи не все знал. Сначала с невероятной силой начинает давить в груди, затем грандиозное чувство перемещения, затем, пустота, кажется, что беглец перестал существовать. Если ему повезет, он возродится в новом мире и в конце концов восстановит свою индивидуальность.

Если же нет, то он никогда не узнает.

Почему некоторые не переходят в следующий вариант, не понимал никто. Все только молились, чтобы им повезло.

— Встретимся у ресторана через час, — скомандовал он Риизу, — можешь подождать внутри, можешь — снаружи, как хочешь.

К его удивлению, Рииз даже не спорил.

— Я могу попасть туда часа через два. Я, мне нужно кое-что достать.

— Прекрасно. Тогда у меня будет время разобраться с некоторыми деталями. У меня есть кое-какие идеи, но сначала лучше осмотреть место вашей встречи, а потом уж все это обсудить. Думаю, можно определенно считать, что твоего друга поблизости больше не окажется.