пришла Вилике очередь напрягаться. Она сжала ручку фарфоровой кружки. Детектив сузил глаза, догадываясь об ответе по её внезапному напряжённому состоянию.
– Я так и предполагал. Расскажите мне всё, что знаете. И поверьте, моя работа станет более полезной для вас.
– Это тайны нашей семьи, и вас они не касаются.
– Вилика Маржиновна, я всё понимаю, однако без этой информации мы зашли в тупик. Тогда больше ничем не могу вам помочь. – Он встал и отвернулся, чтобы уходить.
– Стойте! – Вилика тоже встала.
Детектив повернулся.
– Присядьте обратно. Я расскажу.
Он, сдерживая улыбку, сел за столик.
– Родители давно уже не любили друг друга, но развестись не могли, чтобы не запятнать бизнес отца. Всё-таки хозяин большой строительной компании должен быть примерным семьянином, чтобы внушать доверие инвесторам и другим нужным людям. Это… началось, когда мне было всего десять. – Она замолчала и допила остывший кофе.
– Продолжайте.
– Однажды я услышала, как отец ругал мать. Кричал, оскорблял. Позже выяснилось, что у неё был любовник. Шли годы. Отношения между родителями стали совсем ледяными. Когда мне исполнилось шестнадцать, мы с Крисом и Макром, – указала взглядом на телохранителей, – начали следить за матерью. Зачем? Не могу точно сказать. Хотелось докопаться до истины тайн нашей семьи. Наверное, чтобы не поступать так в своей жизни. Я… очень любила отца.
– И что вы узнали? – детектив даже глаза расширил.
– Мы многое узнали. Сделали снимки её встреч с ним. Он – бандюга, мафия нашего города. Вернее, мафиози. Всё показала отцу. Папа сильно огорчился, сказав, что мать не права, став любовницей такого отморозка, и что я не должна никуда выходить без своей охраны.
Как-то его люди заметили нас. Была погоня, но Бусин, мой водитель, ушёл от неё. Дальше я отошла от всего этого, углубившись в учёбу, тренировки и свою музыку.
А месяц назад её застрелили перед нашим домом. Я чётко всё видела из окна. Это была его машина, его люди.
– Кого?
– Этого мафиози. Это он приказал своим людям убить ма… мать.
– Ясно. Я примерно всё это и предполагал. И возможно, и вашего отца убили эти же люди, а не конкуренты.
– Дело в том, что Маркус и конкурент также.
– Стоп. Кто такой Маркус? И что значит конкурент?
– Это он, мамин любовник. Я прочла его имя в её телефоне. И он также имеет строительный бизнес, только меньше, чем наш. И ему этот тендер тоже выгоден. Если бы Маркус выиграл, он расширился и стал реальным конкурентом нашей компании.
– Ясно. Вы знаете, где его найти?
Вилика кивнула.
– Мы с моей охраной были у его офиса. Это на окраине города.
– Можете написать адрес? – Комер придвинул к ней блокнот и ручку.
Девушка написала.
– Я попытаюсь ещё нарыть информацию по его делам, связям и тому подобному. Возможно, узнаем, были ли бандиты этого Маркуса там, где упал самолёт с вашим отцом.
– Как вы думаете, отец мог остаться в живых, если его тело до сих пор не нашли?
– Это… наверное, из ряда чудес, но будем надеяться. Главное, прошло уже столько дней, и он никак не вышел на связь.
– Отец умел прыгать с парашютом. И он был в нашем самолёте. Возможно, он ударился головой, и у него амнезия?
Комер не хотел огорчать девушку словами о невозможности такого и решил поддержать.
– Вилика Маржиновна, понимаю вашу боль и острое желание поверить в чудо. И знаете, я тоже в него верю. Давайте верить вместе. Постарайтесь ничего пока не предпринимать.
– Но как же! – она распахнула глаза. – Я собралась лететь туда, где упал наш самолёт, и искать отца.
– Не стоит спешить. Давайте я всё разузнаю о Маркусе и его передвижениях, приказах банде, и тогда решим, что делать.
– Ладно, – в голосе Вилики послышалось уныние. – Только, пожалуйста, постарайтесь побыстрее. – Она достала из рюкзака чек и выписала кругленькую сумму.
Тут пришла детективу очередь расширять глаза.
– Мне за мои услуги платит ваше доверенное лицо.
– Я знаю, а это лично от меня. И прошу, пусть наш разговор и дела останутся только нашими. – Девушка сделала такой недвусмысленный акцент на последнем слове, что Комер осознал: Вилика не доверяет никому, даже Ладину. Он кивнул и встал.
– До встречи, Вилика Маржиновна.
– Я жду от вас новостей.
Детектив ушёл.
Девушка заказала канапешки, фруктовый салат и зелёный чай, а парням – сэндвичи и ещё по кофе.
Они поели и отправились на кладбище к могиле матери. По дороге заехали в цветочный магазин. Вилика купила двадцать два алых тюльпана.
Крис и Макр следовали за ней как тени. На кладбище никто не проронил ни слова. Она долго сидела у могилы и просто молчала. Теплоты между ней и матерью никогда не было. Вилика была копия отца, даже цветом волос, и такая же смелая, своенравная и упрямая. Сейчас ей хотелось посидеть у могилы матери, подумать о своих дальнейших действиях. Телохранители стояли чуть поодаль. Они знали обо всём: о холодности отношений между дочерью и матерью, о любви к отцу и его к ней, о бойцовских навыках Вилики, о её железной воле и многом другом. Да, они были с ней с её юности и могли бы даже считаться друзьями, но долг охранять хозяйку был превыше всего. Бусин же по большей степени был личным водителем, хотя иногда тоже охранял Вилику, так как обладал такими качествами и изначально был нанят Маржином Миграевичем из одного агентства вместе с Крисом и Макром.
Она встала и повернулась к ним.
– Мы не будем тупо ждать новостей от Комера, – голос Вилики был замогильным.
Парни сразу подошли.
– Мы это знали. Вы никогда не были обычной девушкой, которая будет ждать у моря погоды, – произнёс Крис.
– Да, сейчас едем к Баку.
(Бак – друг девушки, гений в своём деле, хакер).
Прошло меньше часа, как вся компания уже расположилась в удобных стульях в подвале высотки вокруг худенького паренька в очках, сидящего у дюжины мониторов. Его тонкие пальцы летали по клавиатурам.
– Так-с, Вилика, этот подонок звонил твоему отцу за несколько дней до трагедии. Вот, смотри сама, – указал на центральный монитор. – Пять звонков. А вот Маржин Миграевич набрал его, и звонок продолжался две минуты. Значит, мало того, что Маркус его доставал звонками, так они ещё и общались. Возможно, поругались.
– Скорее всего… – протянула девушка.
Охрана помалкивала. Они никогда не лезли в дела хозяйки, если их не спрашивали.
– Бак, как думаешь, он причастен к автокатастрофе?
Паренёк пожал плечами и отхлебнул чай.
Посмотрел на неё. Она побелела.
– Знаешь, не всегда золото то, что блестит.
– Согласна. Слишком очевидно, что это он. Маркус же не дурак, чтобы так подставляться. Но зачем же тогда он звонил отцу всю ту неделю?! Они никогда не общались и вообще были врагами.
Вилика тоже отпила чай из своей кружки.
Бак встал и, так как всегда был нервным гением, стал ходить по крошечной комнате из одного угла в другой.
– Ты права. Маркус точно не дурак. Он суровый мужик. Под ним банда из сотни отморозков.
– Но… я видела его людей, убивших мою мать.
– И это тоже странно. Зачем ему так светиться? Да ещё и убивать свою любовницу, – Бак виновато бросил взгляд на подругу. – Прости, не подумал.
– Да нет, успокойся. Это же, правда, хоть и горькая. Ладно, спасибо за инфу, мы покатили.
Бак суетливо вытащил из ящика стола какой-то маленький прибор.
– Вилика… возьми.
– Что это?
Девушка с интересом разглядывала чёрный пластиковый жёлудь.
– Это такая своеобразная рация – связь со мной. Нажми на крышку.
Она нажала, и послышалось шипение.
– Говори в него.
– Бак?..
Паренёк достал из кармана такой же жёлудь.
– Я.
Вилика улыбнулась.
– Спасибо. А не проще ли позвонить?
– Мобильник не всегда может быть под рукой. А этот жёлудь неприметный, и ты можешь носить его на ключах или на запястье, на своём браслете. Он маленький и не будет мешать. А главное, если тебе срочно я понадоблюсь, всегда буду на связи и помогу.
Вилика сразу прицепила его на кожаный браслет на левое запястье. Жёлудь был сделан брелоком.
– Сам сделал?
Тот кивнул.
– Ты настоящий гений. – Улыбнулась.
– Ага. –
