Клео Рэй: Увидев такую поддержку, я ощутила сильное желание ответить, сказать всем, что со мной все в порядке. Я спросила Самсона, не ответит ли он за меня, но он сказал, что я не должна ничего публиковать, пока наш адвокат не оценит ситуацию.
Он убрал телефон, потому что нужно было обсудить кое-какие дела. Мой дядя – практичный человек и отлично умеет общаться в напряженных ситуациях. Я очень уважаю это его качество.
Самсон Гриффит: Из-за внимания прессы и банального любопытства у Клео каждый час прибавлялись тысячи новых подписчиков. Я поговорил с администраторами в Instagram и YouTube и убедил их не блокировать ее страницы, пока она под арестом. Я напомнил им фразу в нашей Конституции: «Невиновен, пока вина не доказана».
Клео Рэй: Нет, я не хотела, чтобы мои страницы удаляли. Пусть я не могла публиковать новый контент – но по крайней мере старый все еще оставался актуальным и показывал людям, кто я такая.
Самсон Гриффит: Клео пользовалась популярностью у нужной аудитории. Ее видео и посты были острыми, но не вызывающими споров. Ее образ был довольно цельным, она была сестрой Sister Super-Fit и Ray-of-Sunshine Trainer. Ее публичный образ не мог причинить ей вреда, зато, вероятно, помог бы в суде общественного мнения.
Клео Рэй: Он сказал мне, что ему звонили мои спонсоры, и он убедил их сохранять спокойствие.
Самсон Гриффит: Полиция уже провела обыск в квартире Клео, изъяла ее ноутбук и другие устройства. Я сказал ей: «Это будет нелегко, но я знаю, что ты боец. Ты прошла долгий путь благодаря упорству и выдержке. Убежден, ты справишься. Я верю в тебя».
Клео Рэй: Когда он произнес: «Я верю в тебя», я снова сломалась.
Самсон Гриффит: «Моя вера в тебя сейчас не самое главное. Гораздо важнее твоя уверенность. Лично я допускаю, что этот случай может сделать тебя сильнее. И коль уж это происходит с тобой, именно от тебя зависит, как повернуть ситуацию, найти в ней возможности».
Факт оставался фактом: миллионы людей, день назад не слышавшие имя Клео Рэй, теперь знали о ней.
Клео Рэй: Он был мне как отец, я не собиралась ему лгать. Я стала рассказывать ему о том, что произошло на озере, но он остановил меня. Он не хотел об этом слышать.
Самсон Гриффит: Я сообщил племяннице, что нанял Алану Белкнап. Это имя было ей известно. Думаю, это дало Клео реальную надежду.
Клео Рэй: Я смотрела шоу на Netflix о ней или об одном из ее дел. Я видела ее допрос свидетелей в суде. Действительно остро, и она была полностью в этом. Что, должна сказать, серьезно взволновало меня. Потому что Алана Белкнап немного пугающая. И это хорошее качество, если она ваш адвокат.
Самсон Гриффит: Я предупредил: «Имей в виду, следователи могут откопать удаленные электронные письма и текстовые сообщения, вещи, которые, как вы думали, были похоронены, что поставило бы вас в неловкое положение – или еще хуже. Теперь ты знаешь, что, по их мнению, ты сделала, так что спроси себя: есть ли нечто такое, что может вернуться бумерангом и навредить твоей версии?»
Клео Рэй: Когда у вас с кем-то такая тесная эмоциональная связь, как у меня с Бек, вы говорите и пишете эмоциональные вещи. Да, я предполагала, что среди отправленных мной текстовых сообщений и электронных писем, вероятно, найдутся и такие, которые будут использованы против меня. Ничего такого, о чем я вспомнила бы сразу, потому что, когда я что-то удаляю, это навсегда вылетает у меня из головы.
Самсон Гриффит: Я поинтересовался у Клео, говорила ли она со своими родителями. Она ответила: «Нет, и не хочу этого делать». Я попытался ее вразумить: «Послушай, в сложившейся ситуации тебе нужны все, кого ты можешь привлечь на свою сторону. И, учитывая, где мы находимся, религиозность твоих родителей может сыграть нам на руку».
Клео Рэй: Я отвела взгляд, кивнула и ничего не сказала. Потом спросила, через сколько времени мы узнаем, выдвигаются обвинения или нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Самсон Гриффит: Лично я чувствовал, что окружной прокурор ни за что не оставит это дело без рассмотрения в суде. Оно взорвало средства массовой информации, и понятно, его желание использовать такой интерес для получения политических дивидендов. Тут ему не требовались присяжные, решение о возбуждении уголовного дела было единоличным решением Оуэна Мейсона.
Я не озвучил свои мысли Клео. Просто сказал, что максимальное время, в течение которого человека могут задерживать без предъявления обвинения, составляет сорок восемь часов. Часики тикали.
Именно в этот момент я получил сообщение от своей юридической фирмы.
Клео Рэй: Через двадцать минут его визита пришла срочная новость – мне предъявили обвинение в убийстве первой степени. Дядя Самсон потянулся через стол и обнял меня за плечи, когда говорил мне об этом. Но я не плакала. Я оцепенела, как в тот момент, когда меня только арестовали.
Тогда я почувствовала, что больше всего на свете мне хочется услышать голос Сэнди. Дядя Самсон набрал его номер, но тут вмешался помощник шерифа, потому что звонить запрещено.
Самсон Гриффит: Вошел еще один помощник шерифа, чтобы сопроводить Клео обратно в камеру, а я включил телефон на громкую связь, и она услышала, как Сэнди сказал: «Привет, Самсон!» Прежде чем они успели вывести ее за дверь, она крикнула: «Я люблю тебя! Я очень сильно люблю тебя, Сэнди!»
Признаю, что это было немного опрометчиво с моей стороны. Но я сочувствовал ей, ведь что бы ни случилось с того момента, ее жизнь изменилась навсегда.
Я был почти уверен, что Мейсон приурочил обвинение к моему визиту в тюрьму, понимая, что тогда именно я стану тем, кто сообщит ей.
Оуэн Мейсон, окружной прокурор (Пресс-конференция 14 июля, здание суда Индепенденса): В нашем офисе давно существует процесс предъявления обвинений подозреваемым в совершении преступлений, у нас предусмотрена процедура тщательной проверки всех фактов. Основываясь на том, что мы обнаружили в ходе предварительного расследования, мы удовлетворены доказательствами, свидетельствующими о виновности подозреваемого в инкриминируемом преступлении. Мы взвесили такие факторы, как вероятность осуждения, характер преступления, сдерживающее значение судебного преследования для преступника и общества в целом.
Что касается финансовых затрат на судебное преследование, то серьезность преступления оправдывает это. Это решение было принято после консультаций с моими сотрудниками и офисом шерифа. Мы единодушны и уверены, что это путь к справедливости.
Джейк Кроу, репортер Inyo Register: Один из моих коллег репортеров задал вопрос, который витал в воздухе. Учитывая, что подозреваемой была молодая женщина, без приводов, не замеченная в каких-либо насильственных действиях, зачем посылать за ней команду спецназа? Это не чересчур?
Мейсон ответил, что действия подозреваемой указывали на то, что она готова на многое, дабы избежать поимки, и он не хотел рисковать. Он взял на себя ответственность за это решение.
Эрин Ньюкомб, первый помощник шерифа: После пресс-конференции я отправилась в тюрьму, чтобы проверить Клео Рэй. Думала ли я, что она согласится на сделку и признает вину? Ни секунды.
Брайан Берли, помощник окружного прокурора: Мы знали, что для защиты они привлекут отличного адвоката с семизначным гонораром. Были ли мы напуганы? Нет, мы были мотивированы. Мы знали, что будем выглядеть аутсайдерами в средствах массовой информации, однако это лишь усилило наше желание энергично расследовать дело – справедливо, но энергично.
И мы знали то, чего не знала большая часть мира: в зале суда наш окружной прокурор был суперзвездой.
Дункан Макмиллан: Как адвокат по уголовным делам Алана Белкнап является одной из самых выдающихся и влиятельных женщин в юриспруденции. Частый гость кабельных новостных шоу, она завоевала множество наград и почестей. Ее высокий статус означает, что дела, за которые она берется, неизменно привлекают внимание всей страны. Для обвиняемых это может стать как благословением, так и проклятием.
