– То-то! Твой славный, царствие ему небесное, прадед постригся в монахи только из-за того, что не смог вытащить Шомона живым из пекла Бремульской битвы! Этот же – стал монахом, причем… – Клеман замялся, – но это потом, в том числе и для того, чтобы спустя почти много лет вернуть долг тебе.
Ги смотрел на коннетабля широко раскрытыми, еще по-детски наивными, глазами.
– Успокойся, малыш! Я старше тебя, знал твоего отца… Он смог бы гордиться тобой, если бы был жив! Да и сейчас, я уверен, он смотрит с неба и говорит всему небесному воинству: «Глядите! Это мой сын!».
– Спасибо на добром слове, мессир Жак. Могу ли чем-нибудь вознаградить этого монаха? Даже не знаю его имени.
– И, слава Богу, что не знаешь… всё, но со временем. Пока самым лучшим для него подарком будет то, что ты забудешь его лицо и то, что он – потомок дворянского рода де Шомон.
– Не понял?
– Со временем, надеюсь, поймешь. Как и многое другое, что может поначалу показаться плохим и не соответствующим идеалам рыцаря, но, крайне нужного короне.
– Благодарю Вас, мессир Жак, за добрые слова.
Жак де Клеман улыбнулся и, потрепав светлые волосы Ги, добавил:
– Как себя чувствуешь? Рана не серьёзна?
– Мелочь. Только мякоть мне слегка зацепил, паскудник!
ГЛАВА XI Письмо к королю
– Вот и хорошо. Тут, такое дело… возьмешь письмо с докладом королю, своих людей, и в путь сегодня же! Коней выбери самых лучших среди трофейных, некоторые есть очень знатные, даже в стальной броне! Просто мечта! – Клеман причмокнул языком от удовольствия, сказав о трофейных конях. – И, про счет об убытках не забудь. Король щедро награждает свои верные мечи!..
В ночь отряд, ведомый Ги де Леви, выступил в Париж. Дорогу проделали быстрым маршем, делая короткие привалы, питаясь солониной и рискуя загнать коней.
В Париже он оказался к утру пятого дня перехода, но практически сразу, лишь немного приведя в порядок пыльную одежду, влетел во дворец короля, громко крикнув часовым:
– Срочное письмо королю от мессира Жака де Клеман!
Рыцари, осмотрев внимательно оттиск печати с гербом Клемана, пропустили Ги к королю…
Несмотря на раннее утро, Филипп был уже на ногах. Всё в той же комнате, где и увидел его Ги де Леви, он вместе со своими советниками снова рассматривал какие-то документы, делал заметки на листах пергамента, выслушивая доклады бальи и Прево о поступлении налогов. Доложили о прибытии гонца. Филипп поднял голову и сказал:
– Впустить немедленно! Олухи! Я жду известий от Клемана!
Ги вошел, поклонился, подошел к королю и, встав на одно колено, протянул письмо.
Филипп мельком взглянул на него и, нервно сорвав печать, стал вчитываться в депешу Клемана. Чем больше он читал, тем веселее становилось его лицо.
Один раз, правда, мелькнула легкая тень, толи испуга, толи чего другого, но в целом король остался доволен содержимым донесения. Он несколько раз бросал быстрые взгляды на Ги, чем вгонял де Леви в краску смущения.
– Ты, шевалье де Леви, не обманул наших ожиданий! Мало сказать! Ты приятно удивил нас!
Король жестом приказал де Леви встать рядом и пригласил советников подойти к нему ближе.
– Сеньоры! Представляю Вам молодого рыцаря Ги де Леви! Этот рыцарь, словно бешеный лев, наскочил на самого Меркадье и чуть, жаль, не укокошил правую руку моего врага – короля Ришара Кёрдельон! Клеман пишет, что сей молодой рыцарь весьма грамотно организовал лагерь для армии мессира Клемана, провел умело разведку и определил слабые места врага. Именно атака, предпринятая сеньором Клеманом по плану мессира де Леви, завершилась полнейшим разгромом англичан и освобождением Амьена.
Советники обступили Ги, наперебой поздравляя его.
Филипп кашлянул, давая понять, что еще не закончил:
– Мы приятно поражены Вами, мессир де Леви. Мы счастливы, видеть Вас в рядах королевского войска. Моим ордонансом Вы будете назначены командиром большой роты, с правом самостоятельного ведения боевых действий на границах Пуату, Марша и Ангумуа.
Ги еще раз поклонился королю. Филипп махнул рукой, давая понять, отпускает пока Ги де Леви.
Ошарашенный он уехал из дворца и разместился в том же постоялом дворе, что и первый раз. Не успели обалдеть рыцари его отряда от рассказа Ги, как к нему подошел невзрачного вида монах и на ухо произнес:
– Король требует вас немедленно. Идете только вы один. Никто. Повторяю, никто не должен знать, куда и зачем вы идете. Равно, как и то, о чем вы будете говорить с Его величеством.
Ги быстро встал и пошел за монахом. Оруженосцы и несколько рыцарей решились сопроводить своего господина, но резкий взгляд Ги заставил их сидеть на местах…
ГЛАВА XII Шаг в ближний круг
Король сидел в кресле, придвинутом к камину. Он протянул свои длинные ноги к огню и щурился от удовольствия, когда неприметный монах привел к нему Ги де Леви.
– Присаживайся к камину, шевалье. – Просто, словно своему близкому знакомому, сказал король.
Монах придвинул стул. Ги присел на край стула, устремив взгляд на Филиппа. Мало, кому выпадает честь сидеть в присутствии короля!
– Мой верный рыцарь. Ты, шевалье Ги, теперь мой верный паладин. Надеюсь, я могу так тебя называть, но, более того, считать тебя таковым? – Спросил король.
– Сир!– вскочил де Леви.
– Спасибо, мессир Ги. Теперь сядь и, пожалуйста, больше не вскакивай, я решил с тобой поговорить о многих вещах.
Ги сидел и слушал, не перебивая.
– Мне известна история твоего рода…
ГЛАВА XIII В которой король Филипп приоткрывает свои мысли Ги де Леви
– Твой род относительно молод. Первый твой предок, монсеньор Годфруа «Рыжий» де Леви был конюшим и щитоносцем моего деда, короля Людовика Воителя. Народ и враги звали
