среди трупов и корабельных обломков до Левкиммы (где был лагерь керкирян), куда и прибыли вскоре после того, как их заметили керкиряне. Керкиряне сначала испугались (дело было ночью), думая, не враги ли это, но вскоре поняли свою ошибку, после чего афиняне бросили якорь.
На следующий день 30 аттических кораблей и корабли керкирян, которые еще держались на плаву, подняли якоря и отплыли к гавани у Сибот, где стояли коринфяне, чтобы убедиться, начнут ли те морское сражение. И коринфяне также вышли в открытое море и выстроились в боевом порядке. Однако они стояли спокойно, не собираясь сами начинать сражение ввиду прибывших из Афин свежих подкреплений и своего весьма затруднительного положения: им нужно было стеречь пленников на кораблях и, кроме того, ремонт кораблей в этой отдельной стране был невозможен. Коринфянам важнее всего было как можно скорее возвратиться домой. Они опасались, что после битвы афиняне считают договор уже нарушенным и теперь преградят им обратный путь.
Итак, коринфяне решили отправить к афинянам несколько человек в лодке без жезла глашатая, чтобы разведать положение дела. Посланцам они велели сказать вот что: «Несправедливо, афиняне, вы поступаете, начиная воевать и нарушая мирный договор. Мы хотим наказать наших врагов, а вы преграждаете нам путь силой оружия. Если вы действительно решили нарушить мир и помешать нам плыть на Керкиру или куда-либо в другое место, то нападайте сейчас и считайте нас врагами». Так сказали коринфяне. А керкиряне на кораблях, услышав эти слова, общим криком потребовали схватить и умертвить посланцев. Афиняне же отвечали так: «Пелопоннесцы, мы вовсе не собираемся воевать и нарушать договор, а пришли лишь на помощь керкирянам, нашим союзникам. Мы не препятствуем вам плыть куда-нибудь в другое место. Но если вы нападете на Керкиру или на ее владения, то мы постараемся по возможности не допустить этого».
После такого ответа афинян коринфяне начали приготовления к отплытию домой и воздвигли трофей на материке у Сибот. Керкиряне же подобрали обломки своих кораблей и тела погибших, вынесенные течением и поднявшимся ночью ветром, который повсюду выбросил их на берег, и также поставили трофей на Сиботах как победители. Обе стороны приписывали себе победу по следующим основаниям: коринфяне остались победителями в морском сражении до наступления ночи, им удалось убрать свои поврежденные корабли и трупы погибших; они также взяли в плен свыше 1 000 человек и привели в негодность около 70 кораблей противника. Потому-то они и воздвигли трофей. Керкиряне же поставили свой трофей, потому что уничтожили до 30 кораблей и по прибытии афинян подобрали на своей земле тела погибших и обломки кораблей, а коринфяне, увидев накануне аттические корабли, стали грести назад, начав отступление, и по прибытии афинян уже более не осмелились напасть на них из Сибот. Так каждая из сторон приписывала себе победу.
Между тем на обратном пути коринфяне хитростью захватили Анакторий, город, основанный совместно Коринфом и Керкирой при выходе из Ампракийского залива. Оставив там своих колонистов, они возвратились затем домой. Из числа керкирских пленников коринфяне продали 800 человек (которые были рабами), а 250 оставили в плену и обращались с ними хорошо, чтобы по возвращении на Керкиру те могли оказать им содействие (к тому же, как оказалось, большинство пленников принадлежало к числу знатнейших граждан города). Так-то керкиряне счастливо избавились от войны с Коринфом, и поэтому афинские корабли возвратились домой. Это стало, однако, первым поводом к войне коринфян с афинянами, поскольку афиняне начали во время перемирия с ними войну на стороне керкирян».
Действительно, к поражению от своих бывших колонистов в первой морской битве и неудовлетворительному результату второй Коринфу прибавилась проигранная Афинам битва при Потидее на Халкидике (432 г. до н. э., примечательна тем, что в ней участвовал великий Сократ); следствием этого поражения стала осада афинянами Потидеи и перекрытие торговых путей из Коринфа в Македонию. Коринф начал настойчиво тревожить Спарту, прося о помощи против Афин; при этом коринфяне, по словам Фукидида, подчеркивали, что афиняне захватили Керкиру силой оружия и владеют ей вопреки их воле, в то время как она «…могла бы предоставить пелопоннесцам значительные морские силы». Афиняне сами осложнили свое положение, притеснив жителей Мегар – те якобы распахали участок священной земли Деметры Элевсинской, приняли беглых афинских рабов и т. д., в итоге для мегарцев были закрыты гавани Афин и всех союзных Афинам городов. Для и без того нищих мегарцев это было жестоким ударом: зерно они получали из своей колонии Византий, и теперь канал поставки был перекрыт, свои ткани и овощи они тоже не могли вывозить; знаменитый афинский насмешник Аристофан позднее прописал в комедии «Ахарнане», как мегарец, чтоб спасти дочерей от голода, последовавшего от этого указа Перикла, посадил их в мешок и заставил хрюкать, чтоб продать на рынке, как поросят: «Афинский рынок, радость ты мегарская! // Мы по тебе скучали, как по матери. // Ну, дочери, отцово наказание, // Ищите хлеба, может, где и сыщете. // Послушайте, не скажут ли желудки вам, // Что лучше – быть голодной или проданной… Я наряжу вас, дочки, поросятами // И так продам. Копытца надевайте-ка, // Чтоб видели, что мать – свинья хорошая. // Клянусь Гермесом, ежели придется вам // Домой вернуться, голода натерпитесь. // Теперь наденьте пятачки на мордочки // И полезайте-ка в мешок живехонько. (Наряжает и сажает в мешок обеих девочек.) Смотрите же, повизгивайте, хрюкайте, // Как подобает поросятам жертвенным… (далее из разговора мегарца с Дикеополем выясняется, что отец продает дочерей на блуд). За связку чесноку одну продам тебе, // За мерку соли и другую отдал бы…» Нечего сказать, хорош повод для насмешек… В итоге совещания всех недовольных Спарта ультимативно предъявила Афинам практически невыполнимые условия (опять проведем аналогию с ультиматумом Австро-Венгрии, выдвинутом Сербии в 1914 г.), результатом которых стало открытие военных действий. Началась Пелопоннесская война.
Глава 6
Пелопоннесская война и Керкирская революция
С началом войны (431 г. до н. э.) афиняне, как пишет Фукидид, «…производили смотр наличных сил своих союзников и отправляли послов больше всего в области за Пелопоннесом: в Керкиру, Кефаллению, Акарнанию и Закинф. Афиняне понимали, что, обеспечив за собой дружбу этих городов, они смогут одолеть пелопоннесцев, окружив их со всех сторон». Из числа афинских союзников «…корабли выставляли хиосцы, лесбосцы и керкиряне, остальные – пехоту и деньги». В начале войны спартанский царь Архидам II (правил в 469–427 гг. до н. э.) вторгся в Аттику и – не могу не процитировать замечательнейшую фразу из книги В. Сергеева «История Древней Греции» – «…произвел опустошения прилегающей к Афинам равнины, порубив и потоптав садово-огородные и фруктовые насаждения» (такое впечатление от этой фразы, что все это делал он один под одобрительные возгласы наблюдавших за этим действом спартанских гоплитов). После его ухода афиняне
