Читаем без скачивания Дамы любят погорячее - Светлана Алешина

— По данным разведки, — продолжил Валерка с легкой улыбкой, закурив еще одну сигарету, едва успев потушить первую, — компаньоном покойника была и есть некто Лейла Таирова. Каким таким макаром они оказались в одной лодке, разведке, увы, неизвестно. Работают они вместе уже шестой год, и вроде все у них в деловом смысле всегда было нормально, да только вот три месяца назад Смеловский загорелся идеей отпочкования. Захотел выйти из общего бизнеса и открыть свой собственный, практикуясь исключительно на добавках для спортсменов. В то время, как госпожа Таирова, по тем же агентурным сведениям, наоборот, хотела фирму расширить. Понимаешь, к чему я клоню? — спросил Валерка.

— Ты хочешь сказать, что между компаньонами пробежала черная кошка? — осторожно поинтересовалась я.

— Вот именно, — подхватил Валерка. — Не думаю, что госпожу Таирову порадовало желание компаньона отсоединиться. Ты, надеюсь, понимаешь, что это означало: из общего дела будет изъята половина капитала, да к тому же какая-то часть клиентов непременно уйдет, особенно крупных клиентов.

— И что? — спросила я. — А твоя разведка случайно не знает, почему это вдруг он решил уйти от этой самой Лейлы?

— Нет, об этом разведка молчит, предоставляя прекрасную возможность тебе самой разобраться в этой запутанной истории, — произнес Валерка.

— Спасибо, я весьма польщена, — хмыкнула я. — Ну а ты-то сам что думаешь?

— Ну, что я могу думать, — пожал плечами Гурьев, — надо тебе отправляться на свидание с этой самой Лейлой Таировой.

— Ну и? Приду и что скажу ей? Здравствуйте, мне, мол, хотелось бы узнать, не вы ли отравили своего компаньона Игоря Смеловского? Так, что ли? Или спрошу: не было ли у нее мотива его травить и при этом подставлять Марину?

— А хоть бы и так, — выразительно посмотрел на меня Гурьев. — В конце концов, может, тут не только месть и зависть, но еще и ревность? А? Ты вот знаешь, какие у нее были отношения со Смеловским?

— Будто ты знаешь! — Ядовито ответила я.

— Нет, — согласился Валерка, — но надеюсь узнать после того, как ты пообщаешься с этой дамой.

— А если я не хочу? — спросила я. Мне и правда почему-то очень не хотелось с ней видеться, не знаю, то ли предчувствие, что ничего путного из этой встречи не выйдет, то ли неуверенность: а что, мол, если она со мной и разговаривать не захочет? Кто я такая, почему она должна отвечать на мои вопросы о своих отношениях со Смеловским?

— Что ж, — пожал плечами Валерка с самым беззаботным видом, — тогда твою подружку посадят лет этак на пятнадцать.

— Это запрещенный прием, — сердито ответила я.

— Вот уж ничуть не бывало, — проговорил Валерка. — Это просто констатация факта. Ты сама хотела помочь ей, влезла в это дело сама и меня втянула, а теперь вдруг передумала. Неужели стало скучно?

— Нет, — вздохнула я. — Сама не знаю, что со мной. Конечно, я поеду на встречу с этой теткой, постараюсь вызвать у нее доверие, но очень сомневаюсь, что у меня из этого получится что-то путное.

— Ты, значит, не веришь, что возможна версия убийства на деловой основе?

— Как это, на деловой основе? — переспросила я Валерку. — Ты бы хоть формулировки поточнее выбирал, — язвительно посоветовала я.

— Неважно, ты ведь поняла, что я хотел сказать, — отмахнулся Валерка. — Так что давай не ной, иди собирайся, я тебя к ее офису подброшу.

— И потом, Валера, — я все еще не спешила собираться, — ты уверен, что в случае смерти Смеловского все переходит Таировой? А что, если он переоформил завещание и оставил свою долю в бизнесе кому-нибудь другому?

— Вот, и об этом ты тоже постараешься узнать у Лейлы, — подхватил Валерка, — а также еще и о том, мог ли быть у этой женщины такой мотив, как месть, ревность или зависть, была ли она знакома с Мариной и что думает по поводу ее персоны, замужем ли и кто ее муж, как она относилась к тому, что Смеловский собирался выходить из общего дела…

— Помедленней, пожалуйста, я записываю, — проворчала я, бросила на Валерку негодующий взгляд и, встав из кресла, пошла собираться.

— Кстати, — крикнул мне вслед Валерка, — тебе и придумывать легенду не надо, скажешь, что мы собираем материал для передачи!

— А мы его собираем? — Я вернулась и посмотрела ему в глаза.

— О! А разве нет?! — воскликнул Гурьев.

Я вздохнула, покачала головой и все-таки пошла собираться. Через сорок минут, то есть около половины третьего дня, мы подъехали к одной из высоток в так называемой деловой части города, принадлежавшей некогда полностью какому-то институту, а теперь предлагающему свой кров за наличность различного рода организациям.

— Ну, давай, удачи тебе, — произнес Валерка. — После обеда она должна уже быть здесь, точно знаю. Поднимешься на седьмой этаж и увидишь вывеску. Вечером созвонимся. Пока.

— Пока, — ответила я и вышла из машины.

Что ж, компаньон Лейла, значит, компаньон Лейла. Я вздохнула и вошла в высотку.

Охранник встретил меня довольно хмуро, поинтересовался, куда я направляюсь, кто я такая, велел показать документы и подозрительно осмотрел меня, пожелав узнать, назначено ли мне, затем спросил, зачем мне в «Арист», потом, услышав, что я с телевидения и хотела бы взять небольшое интервью, по крайней мере, договориться о большом, буквально приказал мне записаться в большом толстом журнале посещений и отнял у меня паспорт, заявив, что вернет, когда я буду уходить. Я было хотела запротестовать, но он выглядел так внушительно в своем камуфляже, так решительно запер мой паспорт в ящик своего стола, что я не стала тратить время впустую. Только после всех этих многочисленно-унизительно-подозрительно-дотошных процедур и расспросов он наконец разрешил мне пройти.

Я кинула на него уничтожающий взгляд, заявила, что, если с моими документами что-нибудь случится… Впрочем, он не дал мне договорить, хмыкнув и показав ручищей, в каком направлении мне двигаться. Я подчинилась. Настроение было испорчено вконец. Минут пять прождала лифта и, когда вошла в него, отделанного зеркалами, даже поразилась выражению своего лица. Да уж, если с таким фейсом я появлюсь на пороге кабинета этой самой тетки по имени Лейла, боюсь, она меня просто выкинет из окна, ну, на худой конец, выставит вон, и будет права. Надо что-то срочно делать… Поэтому на седьмом этаже я сначала зашла в довольно чистый туалет, постояла у окна, пытаясь подумать о чем-нибудь приятном, глубоко подышала, порылась в сумочке и, на свою удачу, нашла там кусочек шоколада. Я вышла из туалета, съела шоколад, и, немного пройдясь по длинному и тоже вполне чистому коридору, относительно успокоилась. Посмотрелась в зеркало и убедилась, что могу улыбаться, пусть и не искренне, но довольно широко, и направилась к металлической двери с ярко-красной табличкой, сообщающей, что здесь-то и находится фирма «Арист».

Я осторожно постучалась, повернула ручку и открыла дверь.

Глава 7

— Входите, — сказала мне приятной внешности девушка, по всему видно, секретарша, сидящая за прекрасно оборудованным столом с компьютером, факсом, модемом, принтером и парой телефонов.

— Здравствуйте, — шагнула я в небольшую, но просторную комнату с ковровым покрытием на полу, диваном у стены напротив рабочего стола девушки, с большим окном с вертикальными жалюзи, календарями на стенах, цветами по углам, с кондиционером, небольшим холодильничком в уголке, столиком, на котором размещалась посуда, чайник и кофеварка, и двумя дверями рядом друг с другом.

На одной табличка с фамилией Игоря, на другой, соответственно, с фамилией Лейлы.

— Здравствуйте, — вежливо-заученно улыбнулась мне зеленоглазая брюнетка в строгом синем костюме. — Вы по какому вопросу? Присаживайтесь.

— Спасибо, — поблагодарила я и села на уголок дивана, поближе к секретарю. — Я к госпоже Таировой, с телевидения.

— Но ее сейчас нет. — Девушка сделала извиняющееся личико. — Она должна подойти минут через тридцать. — Она пристально посмотрела на меня. — А вы… Извините, вы не Ирина Лебедева? — осторожно спросила она.

— Да, — улыбнулась я в ответ, — я Ирина Лебедева.

— О, — выдохнула девушка, — то-то я и смотрю, что ваше лицо мне как-то по-особенному знакомо. — Ее улыбка стала немного смущенной. — Но разве вы договаривались с Лейлой Михайловной?

— Нет, — ответила я. — А как ваше имя?

— Таня, — произнесла она.

— Нет, Танечка, мы с Лейлой Михайловной не договаривались, все это так, я бы сказала, с наскока. Дело в том, что мы собираем материал для передачи об Игоре Смеловском, своего рода этакое журналистское расследование. — Я слегка усмехнулась. — Поэтому я приехала переговорить насчет интервью: ведь, насколько мне известно, они сотрудничали не один год.

— Это так, — подтвердила Таня.

— А вы, Танюша, давно здесь работаете? — поинтересовалась я.