Читаем без скачивания Смерть по объявлению - Дороти Сэйерс

— Ныряй, Арлекин, ныряй!

Гибкое тело скользнуло через струи воды, коснулось поверхности и проплыло под водой, словно рыба. Уиллис затаил дыхание. Трюк был выполнен просто совершенно. Он даже позабыл на мгновение свою ненависть к этому человеку и стал бешено аплодировать вместе с остальными. Дайана бросилась вперед к пловцу, как только тот появился на поверхности.

— О, ты просто неподражаем! Восхитительно! Арлекин, я обожаю тебя! Забери меня к себе домой!

Арлекин наклонил к ней свое лицо в маске и поцеловал в губы. Мужчина, которого звали Дики, попытался его оттащить, но оступился и свалился прямо в фонтан, под вопли и дружный смех окружающих. Арлекин перевесил высокую девушку через плечо.

— Приз! — закричал он. — Это мой приз! Потом он мягко опустил ее на землю и взял за руку:

— Бежим! — прокричал он. — Бежим, и пусть попробуют нас догнать, если смогут!

Произошло настоящее столпотворение. Уиллис увидел сердитое лицо Дики, когда он пробегал мимо, и услышал, как тот проклинает все на свете. Кто-то схватил Уиллиса за руку. Он вырвался и побежал по алее из роз, вдогонку за Дайаной и Арлекином. Потом зацепился за что-то ногой и упал. Его кто-то обогнал и помчался дальше вперед. Уиллис приподнялся, обнаружил, что его голова запуталась в капюшоне; он начал лихорадочно стаскивать с себя ткань, пытаясь освободиться.

Кто-то дотронулся рукой до его плеча.

— Пойдемте, мистер Уиллис, — проговорил мягкий голос ему прямо ему на ухо. — Мистер Брэдон попросил, чтобы я проводила вас домой.

Наконец ему удалось скинуть капюшон со своей головы и встать на ноги.

Прямо перед ним стояла Памела Дин. Женщина сняла маску, и глаза ее светились озорством.

ГЛАВА 5

УДИВИТЕЛЬНЫЕ МЕТАМОРФОЗЫ МИСТЕРА БРЭДОНА

Лорд Питер Уимзи находился в гостях у мистера Паркера, своего зятя. Чарльз Паркер служил в Скотленд-Ярде и состоял в должности главного инспектора.

Уимзи по-домашнему расположился в большом уютном кресле, напротив него сидела его сестра. Леди Мэри Паркер была занята вязанием жилета. На подоконнике, поджав ноги и куря трубку, сидел сам мистер Паркер. На удобном столике аккуратно стояли пара графинов и сифон для содовой воды. На камине, свернувшись клубком, спал кот.

— Вот и ты стал одним из простых смертных рядовых служащих, Питер, — проговорила леди Мэри.

— Да. Я даже зарабатываю свои четыре фунта стерлингов в неделю. Забавно! Впервые я заработал собственный цент! Каждую неделю, когда я получаю конверт с деньгами, я смотрю на него с особой гордостью!

Леди Мэри улыбнулась и взглянула на своего мужа, тот тоже улыбнулся ей. Сложности, которые обычно могут возникнуть, когда бедный мужчина женится на богатой женщине, в их случае были сведены практически на нет усилиями Мэри. Она распоряжалась всем имуществом. А точнее, вверила все деньги своим братьям, чтобы те, в свою очередь, передали их ее детям. Также доверенные должны были выделять Мэри четверть той суммы, которая практически приравнивалась к заработкам ее мужа в течение этого периода. Таким образом, был установлен баланс, и никого не беспокоила очевидная ненормальность того, что мистер Паркер был почти полным бедняком по сравнению со своим маленьким сыном, Чарльзом-Питером, и своей дочерью, малышкой Марией-Лукастой, которые мирно посапывали в своих кроватках на верхнем этаже. Мэри нравилось управлять таким образом своим скромным доходом, это и правда приносило свою пользу. Сейчас она занималась патронированием своего богатого брата со всей ответственностью, которую человек чувствует перед другим, просто владеющим деньгами.

— Но в чем же все-таки дело? — поинтересовался Паркер.

— Если бы я знал. Я и ввязался во все это только из-за жены Фреда Арбатнота — Рейчел Леви, — откровенно признался Уимзи. — Она знакома со стариком Пимом, и, когда они вместе обедали, тот рассказал ей о найденном письме Виктора Дина. Женщина посоветовала Пиму пригласить какого-нибудь частного детектива, который бы взялся за расследование этого дела. Пим заинтересовался ее предложением и спросил, не может ли она кого-то порекомендовать. Рейчел ответила, что знает такого человека, и согласилась поговорить со мной. Конечно же, она не упоминала моего имени. Вот так все и было.

— Твой повествовательный стиль изложения, — проговорил Паркер, — хотя и интересен, но немного эллиптичен. Ты, не растолковывая начала, уже подходишь к Кониу и с трудом можешь остановиться.

— Мне всегда сложно остановиться, если речь идет Деле. Ну, слушай! В понедельник днем, двадцать пятого мая, если быть точным, молодой человек по имени Виктор Дин, работающий наборщиком в рекламном агентстве, компании с ограниченной ответственностью «Пимс паблисити», упал с железной спиральной лестницы в здании офиса, расположенном в части Саусхэмптон-роу и скончался на месте от полученных травм. У него были сломаны шейный позвонок и нога, обнаружены трещина в черепе и множественные ушибы и ссадины. Время трагедии, насколько точно это можно было определить, — 15.30.

— Хм, — отозвался Паркер. — Достаточно серьезные травмы для падения такого рода.

— И я думал так же, пока не увидел эту лестницу. Так вот, я продолжу. Через день после происшествия сестра пострадавшего послала мистеру Пиму фрагмент недописанного письма, которое она обнаружила в бумагах своего брата. В нем Дин предупреждал о том, что в офисе протекала какая-то интрига. Письмо датировано пятнадцатого мая, то есть было написано за десять дней до трагедии, и находилось в таком состоянии, будто автор хотел еще обдумать свои слова более внимательно. Теперь идем дальше. Мистер Пим человек редкой морали... Кроме, конечно, того, что относится к его профессии, цель которой, в общем-то, выдавать ложь за правду ради прибыли...

— А как насчет правды в рекламе?

— Конечно, какая-то правда в рекламе присутствует. В хлебе есть пшеница, но он не состоит из одной пшеницы. Правда в рекламе, — произнес лорд Питер отчетливо, — все равно что обрезки, которые хозяйка прячет подальше от приготовленного блюда. Еда всегда должна смотреться аппетитно для того, чтобы ее захотелось съесть. Все это наталкивает меня на мысль об очевидной разнице между предлогами «с» и «из». Представь, что ты рекламируешь лимонад или, к примеру, компот. Если ты скажешь: «Наш компот изготовлен только из свежесобранных груш» — это будет означать, что для его приготовления понадобились только груши и больше ничего, либо ты заведомо говоришь неправду. Если написать: «Он сделан из груш», не употребляя слово «только», стало быть, он в основном сделан из груш. Ну а если все же сказать: «Сделан с использованием груш», то это будет означать, что в напитке присутствует некоторая доля этих фруктов вместе с огромным количеством других компонентов. Самое интересное — это то, что закон при любом из вариантов этой рекламы будет на стороне рекламодателя. Таковы нюансы нашего родного языка.

— Возьми себе на заметку, Мэри, в следующий раз, когда пойдешь по магазинам, не покупай ничего, где не написано «только из». Посоветуйся с братом, он даст тебе отличные уроки особенностей английского языка. А теперь пусть он продолжит.

— Да. Так вот, молодой человек пишет предупредительное письмо. Прежде чем он успевает его закончить, он падает с лестницы и погибает. Не является ли это тем самым чертовым обстоятельством?

— Подозрительно, но возможно, это простое совпадение. Поскольку ты склонен все драматизировать, позволим этому случаю быть подозрительным. Кто видел, как он умер?

— Я бы сказал, падал. Имея в виду мистера Эткинса и миссис Крамп, которые видели падение снизу, и мистера Праута, наблюдавшего за происходящим сверху. Все их показания очень интересны. Мистер Праут сообщил, что ступени достаточно прочные и что пострадавший не двигался слишком быстро, в то время как другие сказали, что тот слетел, как мешок с картошкой, крепко сжимая в руках Атлас времен. Кстати, книгу потом с трудом удалось вытащить у него, так крепко были сжаты пальцы. Это тебе ни о чем не говорит?

— Только о том, что смерть наступила мгновенно, что обычно и бывает, если кто-то ломает себе шею.

— Верно. Но смотри! Ты спускаешься вниз, и вдруг твои ноги соскальзывают. Что происходит? Ты что, броситься головой вниз с лестницы? Или ты падаешь на попу и продолжаешь катиться вниз таким образом?

— Зависит от многого. Если я действительно поскользнулся, я бы, наверное, сел на попу. Но, если бы я споткнулся, я бы, наверное, слетел прямо головой вниз. Сложно сказать, если ты не знаешь, что на самом деле произошло.

— Хорошо, ты всегда знаешь, что ответить, — заметил Уимзи. — Тогда скажи мне, ты всегда сжимаешь мертвой хваткой то, что у тебя находится в руках, или ты все-таки бросаешь это и цепляешься за перила, чтобы спастись?