дышат. Может завалить. Борис Аркадьевич хорошо изучил его. Знает, куда можно наступать, а куда лучше не стоит. Там у него золотишко припрятано. С миноискателем вы его вмиг найдёте.
Юрковский кивнул, быстро строча ручкой в блокноте.
— Спасибо… Ты ещё говорил о каких-то подставных лицах на Чукотке и в Магаданской области. Не назовёшь их?
— А не будет вам? — усмехнулся Саша. — Главную информацию я вам дал. Не желаете сами немного потрудиться? Вы уже многое знаете про него. Если наберётесь терпения и поработаете с его документацией, вы все его связи с цеховиками сможете вскрыть. Алмазы и золотишко это всё так… Небольшой запас на чёрный день. Главное у него в других местах зарыто. Он мужчина состоятельный, но я не хочу лишать вас удовольствия самостоятельно сделать интересные открытия.
Он насмешливо фыркнул, увидев выражение лица Юрковского:
— Не воображайте себе, что вы меня завербовали! Я решал собственную проблему, а то что при этом и вам кое-что перепало, это чистая случайность! Скажите спасибо и за это!
Юрковский коротко глянул на сидящего напротив начальника и откинулся на спинку стула:
— Не скажешь, откуда у тебя сведения?
— Не скажу. — покачал головой Саша. — А если будете настаивать или, не дай бог, угрожать мне ответственностью за укрывательство сведений по уголовному делу, я вам это дело вмиг развалю.
— Саша, Саша! — нахмурился Сергей Владимирович. — Чего ты опять раскипятился? Никто тебе не угрожает и не собирается угрожать. Подполковник Юрковский очень опытный следователь. Знает, как распорядиться уже имеющимися фактами. Так ведь, Александр Максимович?
Тот вздохнул, закрыл свой блокнот и поддакнул:
— Так точно, товарищ полковник. — он поднялся из-за стола. — Я закончил. Если я вам не нужен…
* * *
Когда за Юрковским закрылась дверь, Сергей Владимирович легко вскочил на ноги, раскрыл портфель, стоявший на соседнем стуле, выудил из него два каких-то непонятных устройства размерами со спичечные коробки с резиновыми присосками, подбежал к окну, прикрепил их на оба высоких стекла оконной рамы и дважды щёлкнул микровыключателями. После этого он громко щёлкнул каким-то тумблером у себя в портфеле, быстро подошёл к двери, выглянул в коридор, снова закрыл дверь и запер её на ключ, который достал из кармана своего пиджака.
Саша наблюдал за всем этим, сидя на уголке стола и болтая ногой в воздухе:
— Меры предосторожности? — усмехнулся он.
— Да, меры предосторожности. Вопрос у меня к тебе очень уж деликатный.
— А почему вы? Почему дядя Коля сам не позвонил и не попросил о встрече?
— Николай Гаврилович имеет опасение, что в последнее время его телефоны начали прослушивать. И потом, он сказал мне, что хочет подстраховаться. Если с ним что-нибудь случится, он хочет, чтобы я принял над тобою шефство. Я немножко вам помогал со стороны при переезде. Надеюсь, вы с Мариной Михайловной не заметили моей помощи…
— Не заметили. Что за вопрос такой, что вы тут такую таинственность развели?
— Если помнишь, я сказал, что у меня два вопроса имеются. После разговора с Юрковским остался один. Я уже понял, что ты и дальше сохраняешь нейтралитет. Так ведь?
— Так. Я действительно не стою ни на чьей стороне. А вы неплохо информированы.
— Да, Николай Гаврилович доверяет мне. Надеюсь, придёт время, и ты станешь доверять мне не меньше, чем он. Ну да ладно. К делу!
Он порылся в портфеле, выудил из неё чёрный конверт из-под фотобумаги, бросил его на стол перед собой и сложил на нём руки.
— Сначала предыстория… — он поднял глаза к потолку, собираясь с мыслями. Саша слез со стола, обошёл его и уселся на тот стул, на котором до этого сидел Юрковский.
— Неделю назад Николай Гаврилович зашёл в кабинет к одному своему товарищу, который имеет некоторое отношение к внешней разведке… — начал он. — На столе у него он случайно заметил одну фотографию, которая его заинтересовала. В числе прочих людей на ней была видна некая женщина. На фото она была видна со спины, но тем не менее Николай Гаврилович насторожился. Ему показалось, что он узнал Марину Михайловну. Не буду тебя долго мучить, но ему удалось разговорить этого своего товарища и подвигнуть его на то, чтобы тот показал ему и остальные фотографии. В этом конверте светокопия одной из них. Взгляни…
Он подвинул конверт к Саше. Тот нахмурился, услышав о внешней разведке. Он взял конверт, открыл его и вытряхнул на стол фотографию. Нетерпеливо перевернув её, он некоторое время молча изучал её, а потом откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.
— С ратуши снимали?
— С какой ратуши?
— В Ля Кабане (2) ратуша единственное высокое здание. Все остальные строения максимум трёхэтажные. Угол такой, что понятно, что снимали откуда-то сверху. Пользовались телеобъективом хорошего качества.
— Я не знаю, что такое Ля Кабане, но подозреваю, что это какой-то населённый пункт. Правильно?
— Да, это деревушка на юге Франции. Тринадцать тысяч жителей. С чего это внешняя разведка заинтересовалась нами?
— Их интересовал не ты и не Марина Михайловна, а тот мужчина, который на фотографии снят анфас. Я думаю, что ты и эта девушка случайно попали в кадр. Точно так же, как Марина Михайловна на другой и Мира Данелько на третьей фотографии. Насколько я понял из пересказа генерала, этот мужчина довольно известная личность на Западе. Его наши держали в поле зрения, а потом он внезапно исчез. Как уж они его снова нашли, об этом тот генерал не распространялся… — он помолчал, строго глядя на Сашу. — Так значит это всё же ты?
— Я, — кивнул Саша. — Девушку на фотографии зовут Харри. Она прислуживает у нас в доме. Мужчина этот год назад был начальником службы безопасности в Ватикане. Зовут его Дональдом Праттом (2). Вскоре после нашего визита к Папе Римскому в ноябре 70-го года, он оставил службу в Ватикане и сейчас играет в Ля Кабане какую-то не до конца понятную роль. К себе в дом мы его не пустили, и он поселился на окраине Ля Кабане неподалёку от клиники. С утра и до позднего вечера он теперь пасётся у нас на территории. Помогает, чем может. В том числе подметает двор клиники и чинит нашу машину, когда она капризничать начинает. Ну и отпугивает любопытных и дураков. Сам себя он считает кем-то вроде биографа нашей семьи. — Саша усмехнулся. — Новый Левий Матвей…
— Значит ли это, Саша, — осторожно начал Сергей Владимирович, — что вы с Мариной Михайловной хотите переселиться на Запад?
— Нет, пока таких планов у нас нет. Мы с ней затеяли всё это только для того, чтобы
