class="p1">Я почувствовал, как невольно пересохло во рту. Тётка говорила чётко и внушительно. Как непреложную истину. А может, она и сама в это верит? Гм, а может, так это тут и есть?
— Это понял. Но… Тётя, раз я такой вредный, может, и правильно будет меня… Того. В расход?
На скулах тётки сыграли желваки, она прошлась по кухне и вновь пристально просканировала вид за окном, после чего вернулась на прежнее место:
— Твои родители были ненормальными… то есть, экстрасенсами. И их уничтожили. На Дурслей взгляд карателей не пал, тебя также не заметили. Пока… Но если заметят, то могут «зачистить» и нас.
— Тётя, повторяю. Раз я такой проблемный да опасный для вашей семьи, зачем я вам? Сдали бы в детдом, а проще — придавили бы где-нибудь в уголке, ну не знаю. Наняли бы этого… киллера что ли?
Петунья хмыкнула:
— Всё-таки как-то умудряешься смотреть дурацкие фильмы, хоть телевизоры и перестали сгорать. Так вот, заруби себе на носу, живëм не в фильмах — я не могу так поступить. Причин много, скажу позже. Но ты должен мне подыгрывать, как сегодня. Да-да, вот именно такое непонимающее выражение — самое подходящее…
— Дадли и дядя не знают?
— Не знают. И не должны узнать! И никаких дурных мыслей о киллерах и чём-то подобном. Ты меня хорошо понял?
Я сделал «покорное выражение лица» и печально вздохнул:
— Да, тётя Петунья…
Углы рта тётки дёрнулись, но она успела прикусить нижнюю губу, чтобы не дать появиться улыбке. Тем не менее, кончик носа смешно дёрнулся, а на щеках на миг появились ямки.
— Балбес!
Через полминуты передо мной появилась глубокая тарелка с рагу, а тостер, звонко щëлкнув, выбросил два ровно прожаренных хлебца. Властный жест рослой женщины отправил меня всё это съесть.
Сама же Петунья начала сыпать ложки сахара в широкую банку с водой. Поймав мой вопросительный взгляд, щёлкнула по ней ногтем и лаконично выдала:
— Старую из фляжки выльешь. Эту перельёшь. К пяти чтоб был.
Вот как. То ли разрешают погулять, то ли вообще отправляют? Так, жевать тщательно, никуда не спешим. Думаем. Байка об экстрасенсах и охотящихся на них инквизиторах понятна. Раз уж перестал бояться страшную тётку, разгадав её игру, пусть боится гипотетических злодеев. Аллергия? Ну, возможно, выплески магии действительно негативно могут действовать. Память тут же подкинула какие-то красные полоски и волдыри, что остаются на руках и лицах людей, что пытаются хватать его, ругаются или просто громко кричат. (Вот почему жабёнок-то! Поверье есть, что кожа у жаб ядовитая. Не показывал никому Гарри свою ловлю комаров, хе-хе…)
Может, десятилетнему ребёнку и впрямь вполне было бы её достаточно. Но она совершенно не объясняет странного показного негатива, которому тетка предлагает «подыгрывать». Они для Вернона и Дадли? Возможно. Ещё и определённо для старухи Фигг, что всё-таки живёт в доме напротив.
Если «экстрасенсорика» вредна, почему я спокойно хожу в школу? Ведь там точно высока вероятность проявления. Да и злодеям вычислить проще. И таких «если» с ходу ещё куча появляется. Впрочем, тётка ловко всё скрыла под обещаниями раскрыть позже, да и в целом старалась особо не врать. Экстрасенсы, значит. Ну ладно, будем набирать информацию для выяснения подробностей.
Глава 7. Зельеварение для бедных
Обильный завтрак всё ж таки оказался для непривыкшего к таким объёмам желудка тяжеловат. Ощущение «живот набок перекосился» — странно и неприятно. Кажется, съел бы ещё несколько ложек — и пришлось бы тащить его по полу, как мешок картошки. Но хоть обошлось без болей. Пока обошлось, бог весть, что там будет через полчаса.
Подволакивая ноги, я потащился в свой чулан, какое уж тут гуляние. На фоне сознания зудело поттеровское удивление, мол зачем вообще всё съел-то? И память подкидывала, что он никогда не доедал, несмотря на негодование Дурслей, да ещё вычерпывал то, что пожиже.
Ну что же, буду знать. Как-то под разговор не учёл этот момент. Да и по моей прошлой жизни тарелка была вполне употребимой. Не привык ещё, что здесь организм мелкого пацана.
Но вот что мне действительно инстинктивно захотелось, так это «комарятины». Вспомнились вчерашние ощущения, и теперь казалось, что магия должна как-то то ли взбодрить, то ли компенсировать переедание.
Паук отозвался без проблем. Надо всего лишь всмотреться в угол, вытянуть руку и сложить несколько раз пальцы требовательной щепотью.
Комары тоже не подвели, при первых же звонах паутинки полезли из щелей. Интересно, а что их вообще держит-то там? Ведь без команды особо не показываются. Может, паук их как-то пасёт? По крайней мере, звенеть паутиной именно он меня научил… Точно! Он так и подманивает обычных мошек, а Гарри уж вослед сообразил подражать. Непродолжительная охота — и жадно насосавшиеся крови комары расселись над головой.
Пиу-ууу — звон паутинки с пристальным вниманием на одном комаре, и именно этот комар взлетает. Отлично. Чавканье языка, движение которого взгляд едва успевает ухватить, и магический вкус растекается по нёбу, вызывая мощное слюноотделение. Расстояние стрельбы языком навскидку оценил как 35–45 см… Гм, далеко за пределами длины нормального языка, но вот для чего вообще нужна такая радость, пока ума приложить не могу. Что это вообще? Частичная трансфигурация? Частичная анимагия? Какой-то специальный родовой дар Поттеров? Детская магия, создавшая какую-то неведомую хрень? Ох, ладно. Накапливаем сведения. Пока катастрофически мало данных.
Пять солёных комаров зашли на ура, тяжесть в желудке разом отступила, но после этого в недрах пищеварения как-то подозрительно заурчало, заставив насторожиться. Появилось инстинктивное понимание «достаточно».
— Ну ёлки! А что с остальными-то комариками делать? Рассыплются же сейчас да развеются… Пауку отдать?
— Ну что, Джонни, устроишь пир горой? Э? «Джонни»?
Да, имечко, конечно, мальчишка пауку дал «уникальное». С воображением у парня так себе, а вот эксперименты уже ставил. Больше одного магического комара в сутки паук просто не усваивает. Нет, если отправлять в паутину, хватает всех, вот только через десять минут они осыпаются пылью, как и просто брошенные.
— Это значит всего лишь, что у Джонни яда магоконсервирующего — всего на один укус. Чтобы прикинуть скорость возобновления его ядовитой субстанции, отправлять будем намагиченных комаров не скопом, а с паузами. Скажем, через два часа, через три, четыре. Посмотрим, в общем. Записать надо будет и засечь время. Вот только сейчас этих куда деть?
О! Идея. Сахар — хороший консервант, может, он и магию как-нибудь удержит? А тётка как раз приготовила хорошую порцию.
Я схватил фляжку, где ещё побулькивали остатки вчерашнего сиропа, и метнулся на
