— Пока они не добили многоножек — нападаем сбоку! — скомандовал я.
От одного из противников налетчики уже избавились, но все равно воевать на два фронта было непросто. Сати удачно сковала одного из противников искрами, и я быстро избавился от него, воткнув кочеранг в голову.
— Прикройте! — приказал я юниорам и Бхоль.
Забравшись на уступ, я бросил кочеранг в сторону двоих практиков, которые сражались с последней многоножкой. Удара сзади они не ожидали. Оружие глубоко вошло в спину одного из воителей. По пути назад мой кочеранг чуть не схватил какой-то безумный закатник, но оружие лишь звякнуло о его железную перчатку.
Противников стало значительно меньше. Многие из них получили различные ранения, да и ци истратили. Я охотно подставлялся под каждый удар огненной стихии, парируя духовные удары воронкой. Мой резерв тоже просел, но понемногу удавалось восстанавливать ци. У Сати дела были хуже. Она переключилась на обычное фехтование, используя лишь один Барьер. Потратилась значительно. А ведь ей еще температуру в котле доспеха приходится поддерживать.
Одним за другим я выбивал врагов то навязывая скоростной ближний бой, в котором с кочерангом мало что могло сравниться, то совершая мастерские броски на дистанции. Юниоры получали раны разной степени тяжести, но мы не могли приказать им отсиживаться в сторонке. Без них нас бы сразу смяли, да и не послушались бы нас юные воины. Они сражались за свою жизнь и за жизнь товарищей.
Под конец остатки отряда, который отправили за нами в подгорные катакомбы, осознали, что потеряли преимущество в мощи. Часть сражались до последнего, а парочка лисов вознамерились удрать. К счастью, брошенный кочеранг нашел свои цели. Одного Бойца-закатника в доспехе, похожем на Стальной кулак, мы ковыряли довольно долго. Но в итоге Бхоль удалось пронзить его сердце, пробив броню Разрезом. Гаденыш, поняв, что ему конец, применил технику Последний Жар. Мы спешно убрались подальше, но взрыв в таком замкнутом пространстве все равно жахнул нехило. Обрушился потолок и один из проходов полностью завалило. На некоторое время у меня пропал слух. К счастью, мы успели отойти на безопасную дистанцию, и никого не придавило камнями. Ну а в этом лабиринте имелись другие ходы, ведущие к базе.
Битва внутри пика Грозового Облака завершилась, подгорье затихло. Лишь стоны раненых, шепотки юниоров, да далекое шебуршение поедающих камень многоножек разрезало сгустившуюся гробовую тишину.
Пещеры были полны летающих частичек души, которые неплохо развивали Дао. Дикие духи слетелись на пиршество, пожирая тела. В разных местах валялось духовное оружие и покорёженная броня. Упавшие камни повредили многие паровые доспехи. Часть выгорели из-за вырвавшей на свободу горячей стихии из котла. Хотя чужая броня, как и оружие — спорное усиление. Придется долго и муторно переделывать под свое ци. Лучше новые доспехи использовать или никакие, чем чужие. Но для начала следует пережить нападение.
Глава 8
— Ищите зелья исцеления, добивайте врагов! — скомандовала Сати.
Раненых среди детей было много, а запасы Бальзама подошли к концу. Юниоры и единственный выживший ученик собрались в тупике с единственных выходом, который охранял десяток юниоров. Сати подыскала им копья и другие длинные оружия, коими было удобно бороться с многоножками. Вглубь мы идти не собирались, но твари еще могли припереться на запах или шум.
Многие припасы, как и мы, практики хранили в огненном измерении. К счастью, у одного из поверженных нам удалось найти сумку с целебным Бальзамом горного уровня. Мы с Бхоль быстро обработали раны, помогая друг другу с перевязкой. Большую часть лечебной мази отдали юниорам. В одном из углов я обнаружил расплавленные останки золотого медальона, внутри которого уже не было духа поддержки. Похоже, осталось от того закатника в дорогой броне. На пару золотых покатит, должно быть.
Вдруг где-то поодаль раздался мощный взрыв. Казалось, всю гору тряхнуло. С потолка посыпалась крошка, только улегшаяся пыль снова поднялась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Братья и сестры сражаются… — произнесла Сати, сжав кулаки.
— Да, — кивнул я и огляделся.
Юниоры неплохо устроились в закутке. Орденцы из старшей группы дежурили в проходе, ощетинившись разнообразным колюще-режущим оружием.
— У меня еще есть силы, поэтому я пойду — покидаю немного кочеранг сверху. Может Харудо удастся выцепить. А ты выполняй приказ настоятеля.
Я развернулся, однако Сати схватила меня за край орденского одеяния, которое зияло многочисленными прорехами:
— Вы никуда без меня не пойдете, господин Кон!
— А как же юниоры?
Сати осмотрела ряды защитников. Один из юношей почти одного со мной роста проговорил:
— Мы справимся с блудными многоножками. Ступайте и как следует наподдайте негодяям!
— Сидите тихо и никуда не высовывайтесь, — кивнула Сати и передала одному из парней свой орденский медальон. — Келстигнусс, позаботься об освещении.
— Слушаюсь, хозяйка… — ответил дух безрадостно.
У мелких не было контрактных духов, так что они не могли нормально осветить все пещерные закоулки.
— Старший Брат Ли, только обязательно вернитесь! — проговорила бледная Хана, сжимая перемотанную шею.
— Разумеется!
Мы с Сати оставили юниоров в пещере и двинулись обратно, петляя по мрачным коридорам, полный пирующих диких духов, которые старались не упустить ни одной частички души. Чебуль побежал за нами, иногда останавливаясь по пути. Как и люди, звери тоже могли поглощать искры.
Самочувствие мое было скверным. Многочисленные раны, обработанные мазью, предательски ныли, усталость давала о себе знать. Впрочем, Сати вымоталась еще больше. Девушка порой запиналась в полутьме, с трудом переставляя ноги. Ее, конечно, не стоит пускать на передовую, но как прикрытие может быть полезна. Я планировал занять какую-нибудь позицию и метать кочеранг сверху. Оставалось надеяться, что облачники еще держатся. Воевать в одиночку против целого Ордена и пары банд даже для Сумасшедшего Ли чересчур.
Каменные двери у выхода были разбиты на куски. Мы осторожно прокрались к проему, ведущему наружу и осмотрелись. До нас донеслись звуки сражения. Никто не следил за входом в катакомбы, поэтому мы проползли к краю обрыва, откуда открывался неплохой вид на разные Облака.
Дом Юного Облака пылал ярким пламенем, как и многие постройки Главного Облака. Казалось, горел даже камень и черепичная крыша, пылали статуи, деревья и теплицы. Центральная пагода Главного Облака рухнула, превратившись в груду покореженных обломков камня и дерева. На основной площади в сплошной скале виднелся огромный кратер диаметром несколько метров, объятый пламенем. Все вокруг него было снесено. Главное Облако уменьшилось немного — от пика откололся кусок. Рядом с кратером валялись изломанными куклами трупы налетчиков. Кто-то использовал в этом месте Последний Жар. Наверное, отголоски именно этого монструозного взрыва дошли до нас через каменную породу.
В одном из чудом сохранившихся каменных залов Главного Облака еще кипело сражение. Часть облачников сумели занять оборону. Адепт Широиши активно насылал на нападающих алые волны. А вот настоятеля Лин Бо нигде не было видно.
Налетчики носились по Облакам, хватая все, что под руку попадется. Храм на Облаке Знаний также пылал. Его, судя по всему, обнесли подчистую одним из первых.
Заметив внизу пробегающего с сумкой Рекрута с нашивкой Серого Лиса, я приподнялся на уступе и метнул кочеранг. Снаряд попал точно в голову. Налетчик рухнул оземь и вскоре перестал шевелиться. Я вернул оружие и снова вжался в камень, стараясь, чтобы меня не заметили.
— Какой идиот выпустил демона!? — раздался громкий ор приказного порядка. — Сворачиваемся и уходим! Живее!
Из-за пика на невысокой скорости вылетело огромное монструозное существо, окутанное оранжеватым барьерным покровом. Оно походило на помесь дракона с летучей мышью — так мне и описывали снежных виверн. Уродливая клыкастая морда, перепончатые крылья и длинный драконий хвост.
