В глазницах кишели белые черви и личинки, они выползали из них, вгрызаясь в лицо, заполняя рот… в воздухе висел тяжёлый, гниющий медный смрад трупа…
«Хорошо ещё, что он не кастрирован» отчего-то подумал оперативник.
Рылов закричал, а потом отвернулся и согнулся в три погибели, не в силах проблеваться.
«Псих. Псих. ПСИХ!!!!»
Услышал вкрадчивый голос над своим ухом.
– А ты думал, Сеть и дример – как в книжках о фальшивых отражениях, оперативник?
Рылов развернулся.
– Ты… – он снова глянул на труп. – ты урод, ох бля, ты же псих, подонок, ублюдок сраный…ты убил его..
– Да. Он умер мучительной смертью. – три гадюки раскрыли пасти, демонстрируя ядовитые клыки, с которых капала слюна. – как умрёшь и ты…
Из его руки рванулась ярко-алая нить, словно сотканная из неона. Она ударила в воздух рядом с Рыловым и, словно соприкоснувшись с чем-то твёрдым, отпрянула, но… над оперативником вдруг растёкся оранжевый купол.
– Кокон! – безумно и радостно взвизгнул змееголовый и ломанулся к куполу.
Рылов не успел понять, что происходит, как Спящий, выставив вперёд руки с когтями, рубанул ладонями по прозрачно-оранжевой стене кокона и прорвал её. По краям разрывов побежал синий огонь и начал шириться, пожирая кокон и файрвол, как обычный огонь – бумагу.
В считанные секунды вирус пожрал кокон и Рылов оказался беззащитным. Он попытался вытащить виртган, заряжённый различными вирусами, выхывающими глюки, сбои и так далее, но здесь… они были бесполезны. Пистолет пеплом рассыпался в его руках.
– Твоя смерть, может, будет и более быстрой. – прошипел Спящий. Он стоял перед оперативником, но не атаковал. Выжидал. впитывал запах животного страха, исходившего от Рылова.
– Сука! НУ ДАВАЙ, МАТЬ ТВОЮ!!! – заорал вдруг Рылов.
Змееголовый зашипел.
Рылов увидел, как вены на руках Спящего вдруг вспухли, словно набухая изнутри. Раздался треск вспарываемой ткани и вены лопнули, орошая кровью чёрную с жёлтым землю, плоть разошлась и как огромные, стальные сухожилия из лопнувших вен, из обеих рук, развернулись две хромированные змеи.
Робо-змеи.
Зависнув в воздухе, они раскрыли усаженные металлическими шипами и иглами пасти, а позади головы каждой из них раскрылся гребень из лезвий.
Лицо змееголового приобрело более человеческие, даже, совсем человеческие очертания и теперь было лицом подростка с шевелюрой из бритв, а под кожей лица, исказившемся в маниакальном оскале, пробегали судорожные волны.
Парень улыбался.
И это было самое страшное, что только видел Рылов.
«псих»
Змеи, раскручивая металлические пружинящие кольца, рванули из рук Спящего к беззащитной плоти.
Опер попытался увернуться, собрав в кулак все силы и волю, но… змеи оказались быстрее, и достали его. Рылов орал, орал и тогда, когда одна змея впилась ему в пах, в нежную плоть, расплескивая тяжёлые рубины, а другая – в кисть правой руки, дробя кости.
Он кричал и захлёбывался своим криком, как блевотнёй….
– Нет, – перебивая его, кричал уже и Спящий. – я не убью тебя, о нет, ты, ты пройдешь со мной по всему аду, о да, по всему аду!! – он засмеялся. – ПО ГРЁБАННОМУ АДУ!!!
Змеи отпустили его. Рука превратилась в лохмотья, а по порванным штанам расплывалось красное пятно.
В глазах Рылова более не было разума.
Не было разума и потом, когда змеи обвили его всего, полностью погребая его в своеобразном стальном коконе.
А Спящий с пустыми глазами и животной, звериной улыбкой, обнажавшей жёлтые зубы, смеялся, смеялся и смеялся, провожая оперативника в Ад.
Смех этот всегда блуждал в голове полоумного, пускавшего слюни, Рылова, которого, после его экстренного выброса в реальность, поместили в психиатрическую клинику. Он сошёл с ума, от того, что он пережил в сознании Спящего до… и после того, как спящий развернул змей…и потом… после – было в тысячу раз хуже…это был Ад.
Ведь тот смеялся, смеялся, смеялся…
Смеялся.
И его оскал.
Всегда будет отпечатан на плате его памяти.
Оскал сумасшедшего.
Спящего.
Смех…
Смех….режет, как бритва, солёно-синяя…
Смех…
Оскал.
But I can't wake up,Trapped in the wake of a…Dream, you're all killers, always fuckin'Pushing me, insulting me, I've overcome,I've found the strength of gods in meCrushing, all unwilling, this is soUn-stoppable…Hard as nails, hook that holds, reach downAnd find the strength of many in youI hope I never wake up…Dream sewing, filters, distort reality of whatIs mine throughLight this mind awakensI draw the line from then and now,Awake and dreaming,Forgotten past and future becomes my…Dream, you're all killers, always fuckin'Pushing me, insulting me, I've overcome,I've found the strength of gods in meCrusHing, all unwilling, this is soUn-stoppable…Hard as nails, hook that holds, reach downAnd find the strength of many in you…I hope I never wake up….
Часть первая писалась под вдохновением этих замечательных исполнителей
Slipknot, Mudvayne, Korn, Linkin Park.
В тексте использованы фрагменты песен группы Mudvayne.
Часть названия была инспирирована названием альбома группы Drakkar «The Razorblade God»
