— Я не желаю разговаривать с тобой.
— Послушай, Милли, я пришел извиниться. Знаю, ты обиделась на меня, но я могу все объяснить, правда!
Она закатила глаза.
— Что именно ты намереваешься объяснять, Крис?
— Это насчет Луизы… Я понял, Милли, что совершил ошибку. — Он посмотрел на свои ботинки, потом оглянулся по сторонам и, убедившись, что Люси отошла от них подальше, чтобы не мешать разговору, с покорным выражением лица продолжил: — Мне не просто в этом признаваться, но ты нужна мне, по-настоящему нужна.
— Зачем, Крис? Чтобы вовремя забирать твои костюмы из химчистки?
Он не ожидал такого отпора и нахмурился. Обычно после размолвки Милли готова была растаять от его первого покаянного слова, но сегодня что-то пошло не так.
— Что с тобой, Милли? Ты неважно себя чувствуешь?
— Как насчет твоей подружки, Луизы Тернер?
— Ну, у нее есть деньги, и немалые. — Крис пожал плечами. — И выглядит она неплохо. Но по сравнению с тобой… Нет, Милли, малышка, я понял, мне нужна в жизни только одна женщина — ты. Я люблю тебя, девочка.
Милли заметила, как кончик его носа чуть заметно дернулся влево — верный знак, что он врет, — и удивилась, что когда-то находила этого мужчину привлекательным. Подумать только, она убила на этого скользкого типа почти два года своей молодости!
— Нет, Крис. Ты любишь пиво. Ты любишь футбол. Ты любишь рок-н-ролл. Но меня ты не любишь.
— Брось, Милли, перестань! Не надо…
Колокольчик возвестил о появлении нового посетителя, но Милли не обратила на него никакого внимания, пока подошедшая Люси, не ткнула ее пальцем в бок.
— Что такое? — негодующе спросила она и тут увидела Деза. На секунду она перестала дышать — до того он был великолепен. Одетый в белую с коричневой отделкой тенниску, подчеркивающую ширину его плеч, и легкие полотняные брюки, он походил на спустившегося с Олимпа бога, решившего замаскироваться под случайного прохожего.
— Привет, Милли! — Дез ослепительно улыбнулся ей.
— Люси, прими у Дезмонда заказ, — негромко сказала она, боясь взглянуть ему в глаза. Но Люси отошла в самый дальний угол и сделала вид, что ничего не слышит.
— Милли, давай пообедаем вместе, — сказал Дез и придвинулся к ней. — Сегодня.
Запах его одеколона окутал ее, вызвав в памяти образ обнаженного мужского тела, прижимающегося к ней. Она тряхнула головой, пытаясь прогнать видение.
— Нет, Дез.
— Милли, пожалуйста. Только пообедаем. — Его голос был мягкий и обволакивающий.
Милли хотелось забиться в угол и заскулить. Противиться ему было выше ее сил, но она решила проявить характер.
— Нет.
— Милли сегодня обедает со мной, — неожиданно вмешался в разговор Крис, о котором она совершенно забыла. — Мы пойдем в «Синюю пещеру», Милли, твою любимую. Пожалуй, я даже угощу тебя омаром. Не целым, конечно, в последнее время я несколько поиздержался.
— Смотри, какой шикарный кавалер, — немедленно откликнулась Люси.
Милли посмотрела на него уничижительно.
— Крис, уходи, пожалуйста.
Дез подошел сзади, поигрывая напряженными мышцами.
— Ты слышал, что леди сказала, приятель? Оставь-ка лучше ее в покое.
Милли почувствовала, что двое мужчин готовы вступить в схватку, за обладание ею. И испытала легкое головокружение от этой мысли, но тут же напомнила себе, что слабость и беспомощность не доведут ее до добра.
— Тебе тоже лучше уйти, Дез, — собрав все свое мужество, произнесла Милли.
— Мне? Но почему? — Дез выглядел глубоко оскорбленным. — Почему ты хочешь, чтобы я ушел? Нам надо поговорить. Давай пойдем куда-нибудь. — Он взял ее руку и начал поглаживать, заставив Милли, задрожать от волнения. — В тихое спокойное место. Например, в «Каньон-хаус».
«Каньон-хаус» считался самым дорогим рестораном в городе и помимо первоклассного сервиса предлагал изумительный вид на Крэнвилл с вершины горы. И, кроме того, их фирменным десертом был потрясающий шоколадный мусс… Из последних сил, противясь искушению, Милли затрясла головой.
— Нет-нет.
— Милли, пожалуйста, — уговаривал Дез.
— Дай же возможность человеку высказаться, — вмешалась Люси.
— Милли, не слушай этих двоих! — потребовал Крис.
Неожиданно их прервал громкий голос:
— Что надо сделать, чтобы получить здесь чашечку кофе? — Рядом с ними стоял высокий седовласый старик.
Люси бросилась обслуживать посетителя, а Дез и Крис продолжили препираться. Милли стояла между ними, не глядя на спорящих. Она закрыла уши руками, чтобы ничего не слышать, но они кричали, швыряя друг в друга ее имя, как остро отточенные кинжалы.
Милли! Милли! Милли!
Как она попала в столь унизительную ситуацию? Разве хоть один из них озаботился ее чувствами, поинтересовался, чего она хочет? Конечно, нет. Да и с какой стати. Она сама и то никогда не ставила свои интересы превыше всего.
Разве что в последний уик-энд на Мерри-Айленде… Когда она постучала в дверь номера пятьсот двадцать четыре, то думала только о себе. Как-то вдруг перестала беспокоиться, что скажу о ней люди, и сделала что-то исключительно для себя. Это был первый совершенно эгоистичный поступок в ее жизни, и она чувствовала себя потрясающе.
— Замолчите оба, — сказала Милли. Никто не обратил внимания на эти слова.
— Замолчите, вы оба, — повторила она, повысив голос.
Это достигло цели. Мужчины уставились на нее. Тогда Милли подняла руку и указала на входную дверь.
— Уходите немедленно, оба!
— Милли, я… — начал Дез.
— Милли, ты… — прогнусавил Крис.
— Прекрасно, тогда уйду я, — заявила она и решительно направилась в комнату для сотрудников, расстегивая на ходу форменный халат.
— Милли, что ты делаешь? — закричал Крис. Она появилась уже без халата, в джинсах и легкой зеленой кофточке, держа в руках сумку, и пошла к двери.
— Милли, куда ты идешь? — Дез следовал за ней по пятам.
— Заниматься своей личной жизнью. И если вы этим не довольны, то я не собираюсь выслушивать ваши возражения. — С этими словами она вышла на улицу и окунулась в яркий солнечный свет, в шум городских улиц и в ту долгожданную свободу, которой так жаждала и так страшилась.
Она шла быстро, потом, не в силах сдерживать захлестнувшую ее радость, побежала. Не будет больше тихой, покорной Милли. Отныне она хозяйка своей судьбы и ни один мужчина — даже Дезмонд Мейер! — не сможет остановить ее.
— Что ты хочешь сделать? — Люси замерла, не донеся гамбургер до рта, и изумленно уставилась на Милли.
— Хочу бросить работу в «Букс энд Брукс», чтобы иметь возможность целый день заниматься в школе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
