Лэр очнулся от какофонии непонятных звуков разносимых трудолюбивым эхом от горы к горе. Осматривать свои раны он не стал, понимая, что в любой момент отряды врага настигнуть его в таком жалком состоянии и отдадут пожирающим деревьям. Райну даже в голову не пришло, что у эмирими что-то пошло не так. Он был абсолютно уверен, что это был коварный замысел противника, чтобы захватить в плен и расправиться с одним из самых опытных воинов лэров.
Подняв голову, с усилием преодолевая все преграды вязкого от боли и удара сознания, Райн резко сел. Лицо сразу залепило мокрым снегом… Идти в таком состоянии, если он и мог, то с трудом. Но тут невдалеке что-то блеснуло!
Клинок магов! Лэр медленно потянулся за ним, здоровой рукой раздвигая мелкие и уже влажные от снега камни, которые засыпали оружие почти до гарды, и… нашел ту самую эмирими.
Снег, покрывающий горы белоснежным ковром, усилил свое радение и уже валил сплошной стеной. И это стало дополнительным источником страданий для избитых и измученных противников.
Райн с трудом приподнялся, опираясь на добытый клинок одной рукой, встал и, хромая, побрел к Лее.
Бой продолжается! Из последних сил лэр напрягался, чтобы подойти к ней вплотную. Эмирими лежала на камнях с отрешенным видом, зацепившись взглядом за острые вершины гор. Снег уже покрыл небольшим слоем ее белые волосы, явно проигрывая им в цвете.
Райн догадался, что у противницы что-то пошло не так, как было задумано, иначе, зачем ей так мучиться?! Он миг колебался, стискивая пальцами зажатый в руке клинок магов. Внимательно осмотрев девушку с головы до ног, лэр мгновенно определил в чем проблема — и тут же для себя решил, что поразить противника в таком состоянии не выход. Все-таки сейчас это просто беззащитная женщина…
Подойдя вплотную к ее раненой ноге, он вогнал клинок под придавивший девушку обломок скалы и совсем немного его приподнял…
— Вынимай! — хрипло приказал лэр, с трудом удерживая вес глыбы с помощью бедра.
Лея поняла, что он не собирается ее убивать сразу. И даже решил помочь, но она уже израсходовала все силы и настолько ослабла, что никаким образом не могла вынуть ногу. Райн выругался, понимая это так же ясно, как и она.
Райну на миг показалось, что внутри у него от напряжения все оборвалось, но он все-таки сумел как-то упереться на одну ногу, чтобы второй выбить лодыжку Леи из-под приподнятого камня. От боли она дико закричала и потеряла сознание. Но Райн теперь мог спокойно сбросить камень…
Ему было чрезвычайно тяжело, в глазах все выцвело от боли, но лэр стиснув зубы, уложил на грудь эмирими великолепный клинок и просунул одну руку ей под голову, вторую под колени. Вздохнув побольше воздуха, он с усилием подхватил Лею на руки и медленно понес в сторону ближайшей скалы, которая могла стать им надежным убежищем от жестокого холода, царящего ночами на Эмилере.
Сейчас им подошло бы любое укрытие от непогоды, но как назло вокруг выступы были плоские и, ни одной нормальной пещеры или хотя бы ниши!
Выбрав более-менее нависающий выступ, почти не скрывавший землю от снега, Райн устало сел под него, больше не в состоянии идти. Место продувалось свирепыми ветрами с трех сторон, залепляя глаза снегом и мешая дышать. Но ничего лучше не было… Райн подумал, что с девушкой ему будет куда теплее, чем одному. Устроившись как можно компактнее, у себя на плече укрыл от ледяного ветра ее лицо.
Сидеть было крайне неудобно, россыпь острых камней, словно зубами вонзалась в избитое тело, усиливая давление весом девушки. Он пошевелился, устраиваясь удобнее, девушка охнула, дернувшись от боли, когда он зацепил ее расплющенную ногу о камни…
Очнулась?! Райн посмотрел на облачко пара, поднимающееся ото рта застонавшей девушки.
— Как ты? — спросил Райн, противницу…
— Где я? — вопросом ответила Лея, напряженно осматриваясь. Но ничего не изменилось, снег так и шел, гор за его пеленой видно не было.
— Не знаю. Нигде ты, нигде я… — скривился он — она неловко повернулась на его ране.
Честный ответ мужчины, почему-то не устроил девушку. Лея чувствовала, что ее бедные ноги, заледенели. Ее не трясло от холода только благодаря тому, что они сидели вместе с лэром.
Понятно, лэр оставил ее в живых для тепла, чтобы выжить холодной ночью. А зачем еще?! Лея в такой ситуации не стала бы добивать раненого врага, хотя конечно, это нарушало все мыслимые и нет кодексы войны, но она давно жила своим умом. Так это она, а это лэр…
Зачем ему Лея? На что он надеется?! Ужасная боль в ноге источила ее терпение и победила беспокойство. Лея решила, что все вопросы будут потом, пока они должны пережить эту ночь!
Приподнявшись повыше с рук Райна, Лея щелкнула пальцами, и на небольшое пространство, достаточное, чтобы поместиться в нем только сидя, появилось защитное поле, которое закрыло доступ холодному ветру со снегом. Обессилено опустившись на лэра, от затраченных усилий и острой боли, девушка вновь потеряла сознание.
Райну сидеть стало совсем невыносимо. Холод и снег переставшие беспокоить лэра, сменились другой проблемой. Сверху на нем лежала девушка, и от ее теплого дыхания, обвевающего шею, у него кружилась голова, спокойно сидеть стало просто невозможно!
Райну было жарко, а девушка откровенно мерзла! Ее от холода трясло.
Он мягко приподнял эмирими повыше, чтобы согреть ее ноги, и белокурая головка окончательно легла ему на плечо… Теперь он чувствовал себя пьянее, чем на ежегодном празднике веселых ягод, которые в избытке набирали женщины, чтобы сделать из них веселый напиток для праздников. Сами ягоды не съедобны, так как очень горькие и вяжущие, но в напитке они преображались, делая счастливыми лэров на все три дня периода свадеб.
Постепенно прижимая к себе Лею все крепче, несмотря на все неудобства и раны, Райн заснул.
* * *
С момента как в Стойбище вернулись войска принесшие весть, что пропал командир Райн, старейшины разделились. Начиналось все как всегда — в доме Судей проходил совет.
Вокруг невысокого каменного стола на массивных лавках укрытых серыми шкурками сидело девять зрелых воинов. На каменных стенах украшенных луками и клинками вяло плясали отблески огня из очага и затейливого светильника стоявшего на столе. От дыхания охотников шел пар, им претила женская тяга к теплу, и относительно просторный зал отапливался только во время совета, не успевая разогнать застоявшийся холод в двухэтажном каменном доме.
Но старейшины этого не замечали. Между охотниками шел горячий спор — они решали, кого назначить командиром отряда вместо погибшего Райна.
