чтобы её ротик обхватил меня. Чтобы моя рука в её волосах направляла её, пока она вставала на колени ради меня и снова делала меня человеком.
Её капитуляция помогла бы мне почувствовать себя мощным, сильным, живым.
Я буду корить себя за эту фантазию попозже, пообещал я себе. Буквально несколько движений рукой, чтобы убедиться, что я до сих пор целый, что всё работало. Несколько движений, и я переключу воду на холодную.
Представляя, как эти полные губы приоткрываются пускают меня внутрь, я провёл крепко сжатым кулаком до головки, пока струи воды били меня по затылку. Моя хватка вызвала капельку влаги, выступившую на головке. Воображая, как её нетерпеливый язычок слизывает эту капельку, я грубо погладил себя до основания.
— Бл*дь, — пробормотал я, сжимая свободную руку в кулак на кафеле.
Это казалось неправильным. Но ощущалось так охеренно хорошо, и я нуждался в чём-то хорошем.
Чувствуя себя беспомощным, я представил, как сдёргиваю вырез той её кофточки и обнаруживаю её без лифчика, и её напрягшиеся соски умоляют о моём внимании, пока она ласкает мой член ротиком.
Мои бёдра самопроизвольно дёрнулись вперёд, вбиваясь в мой кулак.
— Ещё разок, — всего одно движение, и я перестану.
Вот только в моей фантазии Лина была уже не на коленях. Она оседлала меня. Тот влажный жар её киски был прикрыт лишь бесполезной полоской шёлка. Мои губы накрыли её грудь. Я с трудом сглотнул, думая о том, как взял бы в рот одну тёмно-розовую горошинку и принялся сосать.
Моя ладонь совершенно забыла про лимит одного движения и принялась двигаться быстрыми, ожесточёнными рывками вверх и вниз по моему члену. Двигая бёдрами в том же ритме, я ощутил тяжесть в яйцах и знал, что она не уйдёт от того, что я трахну свою руку. Но это тёмное желание всё же лучше, чем пустота.
Я представлял, как сдвигаю шёлк её стрингов в сторону, хватаю её за бёдра и вхожу до упора.
— Бл*дь, да, ангел.
Я почти слышал, как она резко втянула бы вдох, когда я её наполнил. Вторым кулаком я ударил по кафелю. Один раз, второй.
Сейчас я уже не мог остановиться, и мой кулак превратился в бл*дское размытое пятно, обслуживая мой благодарный член.
Я бы лизал и сосал второй её сосок, пока тот не превратится в напряжённую горошинку, а мои руки тем временем приподнимали бы и опускали бы её на моём члене. Пока она цеплялась за меня и руками, и внутренними мышцами. Пока она нуждалась в том, чтобы я довёл её до оргазма.
— Нэш.
Я почти слышал, как она выдыхает моё имя, пока удовольствие нарастало между нами. Пока её сладкая киска сжимала меня всё теснее и теснее.
Я видел, как те карие глаза стекленели, чувствовал вкус её бархатного соска на моём языке, чувствовал болезненную хватку, пока её жадные стеночки стискивали каждый дюйм моего ствола.
— Ангел, — я снова ударил кулаком по стене.
Она бы кончала так сильно и долго. Такой оргазм оставил бы её обмякшей, а я поднял бы её и отнёс в постель. Такой оргазм не оставил бы мне иного выбора, кроме как последовать за ней и пролиться в неё. Заклеймить её как мою.
Но вместо разрядки, к которой я стремился, я нашёл нечто другое.
Перед глазами всё помутилось, шум воды в душе приглушился, в ушах зазвенело. Сердце бешено стучало в груди, которую будто сдавило обручем напряжения. Я выпустил свой член и прерывисто вздохнул, борясь с давлением, борясь с волной ужаса, накатившей на меня.
— Бл*дь. Бл*дь, — прохрипел я. — Проклятье.
Мои колени подкосились, и я сумел опуститься в ванну.
Всё ещё твёрдый. Всё ещё желающий. Всё ещё боящийся. Я закрыл лицо ладонями и стоял на коленях под струями воды, пока та не сделалась холодной.
Глава 6. Все вокруг меряются членами
Лина
Общественная библиотека Нокемаута располагалась по другую сторону коридора от полицейского участка, в Муниципальном Здании Нокса Моргана — и это название служило для меня бесконечным источником веселья.
Я сделала фото крупных золотистых букв, затем отправила сообщением тому самому мужчине, ворчуну и легенде.
Ответ Нокса пришёл незамедлительно. Смайлик поднятого среднего пальца.
Улыбнувшись, я убрала телефон и направилась внутрь.
Строительство здания по большей части было оплачено щедрым «пожертвованием», исходившим из выигрыша в лотерею, который Нокс попытался всучить Нэшу. По моему мнению, это было «пошёл ты нахер» экспертного уровня.
Судя по всему, это также вызвало раскол между братьями, который лишь усилился наследственным упрямством и паршивыми навыками коммуникации.
Не то чтобы мы с Ноксом за годы дружбы часто разговаривали по душам. Мы придерживались лёгкого общения, не хотели обременять друг друга тяжёлыми темами. Не пытались вытаскивать всякое дерьмо на свет для бесполезного изучения.
И именно так, леди и джентльмены, можно сохранить отношения на долгие годы.
Никакого бремени. Никакого эмоционального багажа.
Держать свои потребности на минимуме и весело проводить время вместе.
Держа это в уме, я приложила сознательные усилия, чтобы не заглядывать через стекло в полицейский участок. Я не готова была вести светские беседы с шефом полиции, тогда как считанные часы назад я слышала, как он довёл себя до оргазма в душе, находясь буквально за стенкой, которую нельзя назвать звуконепроницаемой.
От одной лишь мысли об этом мои щёки заливались румянцем, а внизу всё трепетало.
Я никогда в жизни ещё не чистила зубы так долго.
Одно ясно точно: шеф Морган — это тикающая бомба. И кем бы ни была эта Ангел, я надеялась, что мне не придётся её ненавидеть.
Я направилась в библиотеку. Тут оказалось более оживлённо и шумно, чем я ожидала. Благодаря «Часу Историй от Дрэг-Квин», детская секция напоминала детский сад в обеденный перерыв. Дети и взрослые заворожённо слушали, как Черри Попп и Марта Стьюхот читали про различные семьи и заведение питомцев.
Я осталась и прослушала целую детскую книжку, и только потом вспомнила, что у меня есть своя миссия.
Я нашла Слоан Уолтон, выдающегося библиотекаря, на втором этаже. Она спорила на какую-то книжную тему с пожилым, но стильным Хинкелем Маккордом.
Слоан не походила на любого другого библиотекаря, которого я знала. Она была миниатюрной, но дерзкой девушкой с платиновыми волосами, в которых виднелся лёгкий лавандовый отлив. Она одевалась как крутой подросток, водила тюнингованный Джип Вранглер и проводила ежемесячный «Счастливый Час с Книжками и Бухлом». Насколько я поняла, она единолично превратила увядающую библиотеку Нокемаута в сердце этого сообщества, приложив
