некуда.
Но открыть дверь – это первый шаг. За дверью могут обнаружиться большие проблемы. Потому следует быть готовым. Особенно если ты знаешь, что именно тебя ждёт. Ну, хотя бы примерно.
Это к тому, что открыть разлом я могу. Но лезть туда с одним химерингом и единственным оружием в виде магического посоха, с которым я ещё не знаком в реальной битве, – не дело. Но тут пока без вариантов.
Однако, чтобы выжить, нужно не только оружие. Нужен сухпаёк. И как минимум зелья, которые смогут облегчить жизнь мне и усложнить разломным монстрам.
С сухпайком в этом мире нет проблем. А зелья…
Помнится, Токсин за один день сделал зелье для ускорения движения эфира в каналах. И оно сработало отлично, хоть и было экспериментальным. У парня талант на это дело. Да и судя по его репутации… Вот яды, к примеру, точно мне не помешают. Как и действенные, сильные энергетики. Плюс что-то для укрепления каналов – потому что в разломе море тёмного эфира, а каналы Никиты Каменского я ещё не раскачал так, чтобы усваивать столько, сколько хотелось бы.
Но вряд ли он сможет сделать хоть что-то в лагере – нужна лаборатория. А значит, Токсин едет в столицу со мной.
Утром я вкратце излагаю ему свои нужды и вижу, как рот Токсина раскрывается, чтобы задать мне миллион вопросов. Но тут же парень хмыкает и спрашивает только одно:
– И как ты себе это представляешь? В лагере-то. Тут у меня даже ингредиентов нет. А с собой…
Он задумывается, явно прикидывает, чем может поделиться из своих запасов.
– Не, – мотаю головой, – главное, чтоб у тебя дома что-нибудь нашлось или сварить мог быстро. Зверевич отпустил меня в город. Поедешь со мной? Прямо сегодня.
– Если отпустят, – пожимает плечами Токсин.
Мне всё больше нравятся парни, которых я взял в свою команду. Умение вовремя прикусить язык – это ценное качество. Умение доверять командиру – не менее важное.
Сейчас Токсин в очередной раз продемонстрировал и доверие, и готовность действовать по моему приказу. Понятно, что до настоящей дружбы нам ещё далеко. Пока с его стороны это ченчик – обмен. Я помню его слова: «Ты мне техники плетений, я тебе – всё, что попросишь. Ну или почти всё».
Вот и отлично.
Правда, майор Зверевич так не думает. После просьбы отпустить в столицу Дмитрия Бородина в качестве моего сопровождающего он довольно долго молча смотрит мне в глаза, а потом ехидно интересуется:
– Телохранителем решили обзавестись, Каменский? Что ж только одним?
Глотаю эту наглость и спокойно отвечаю:
– Мне достаточно.
Разумеется, репутация Токсина, соответствующая его кличке, известна и Зверевичу. И он прекрасно понимает, что нужен мне не телохранитель, а отравитель. Ну или зельевар. А потому не предлагает мне в сопровождающие того же Лекса Львова, с которым гулять по Москве было бы куда безопаснее. Просто потому, что он сын главы Тайной канцелярии.
Зверевич вообще ничего мне не предлагает, а молча подписывает и мне, и Токсину разрешение покинуть военный лагерь.
И без обычной иронии говорит:
– Аккуратней там, Каменский.
Удачи не желает. Видимо, и в Российской империи среди военных есть суеверие по этому поводу. Желать удачи вслух опасно: можно вызвать энергетический удар по человеку, которому ты это говоришь. Всего лишь суеверие, да. Но чем не шутят здешние черти.
Кстати, о них.
– Амулет свой не забудь надеть, – напоминаю Токсину.
– Какой? – недоумевает он.
– Тот, который нечисть отталкивает.
В прошлый раз мы уезжали из лагеря на выходные по поводу успешного завершения соревнований и дня рождения великой княжны Анастасии – и везла нас с Токсином его кузина. Вот тогда в её машину забрался чёрт, потому что Токсин был без артефакта. А на магов света липнет вся нечисть…
Кстати, именно тогда я и узнал о том, что нечисть существует и в этом мире.
– На мне он, – ухмыляется Токсин. – Ну чё, забираем щас смартфоны и я звоню Таш? Не автостопом же до Москвы добираться. Вдруг у неё есть время за нами приехать.
Только теперь я вспоминаю о том, что в квартире Токсина эта самая Таш, его кузина, поселила Шаха – бывшего назаровского наёмника.
Ну, как поселила, так и выселит. Хотя… Тогда я потеряю Шаха из виду. Скорее всего, навсегда.
– Не надо звонить. Долго слишком ждать придётся.
И я возвращаюсь к Зверевичу – с вопросом, не подкинет ли нас кто до столицы.
– Через час, – невозмутимо отвечает тот. – Как раз собирался Беляева в училище сгонять.
Крайт соглашается идти со мной мгновенно, хотя без особой радости. А вот Шанк…
Божественная длань, снова заполучившая свою драгоценную сумку, готова сопровождать меня куда угодно – но расставаться со своим сокровищем не желает. Уговорить Шанка оказывается весьма сложно, но я обещаю ему золото – и в итоге он неохотно залезает в мой рюкзак.
⁂
Рассказывать Токсину о том, что у него появился жилец, я не собираюсь. Сам увидит. А вот о том, что я побывал в его квартире, сказать нужно.
– Извини, что без спроса, – заканчиваю краткий рассказ. – Но я тебе там подарок оставил.
– Хороший? – хмыкает Токсин. – Да ладно, Камень, был – значит, понадобилось. Надо тебе ключи сделать для удобства.
Как я открыл квартиру, он не спрашивает.
Стоит нам зайти, слышится грохот – будто на кухне уронили что-то. Или кого-то. И невнятное, но громкое ругательство. Токсин кидается на кухню, где и происходит немая сцена по типу прикольной книжки местного классика «Ревизор». Под названием «Не ждали». Иду за ним. Следом тенью скользит мой кошак.
Видимо, Костя Шах не ожидал даже Таш, что уж говорить о такой толпе. А потому, внезапно услышав, как открывается дверь, поскользнулся на мокром полу. Судя по швабре, валяющейся рядом, и опрокинутому ведру, он этот пол мыл. Офигеть. Надо же, какой чистоплотный…
Сидя на заднице, Шах пялится на нас круглыми глазами.
– Вы кто?! – требует Токсин.
– Я… – Шах разводит руками и поднимается. Он в одних трусах. – Константин. А вы, наверное, Дмитрий? Меня пустила сюда пожить ваша кузина.
– Наталья его привела, подтверждаю. Хороший парень, – раздаётся гулкий голос из пустоты. – Молока вдоволь, и за порядком следит. Полы вот два раза в день моет. И санузел отмыл до блеска, и окна, – перечисляет домовой. – Собирается обои переклеить, а то не нравится мне их цвет в зале.
То есть домовой Токсина пристроил бывшую шавку князя Назарова в домработницы. Молодец, однако.
Сдерживая усмешку, поддерживаю:
– Ага, так чисто стало.
Костя Шах немедленно узнаёт мой голос. И меня самого. В прошлый раз он моего лица не видел, но мы встречались и до этого – когда он пытался меня похитить по приказу князя Назарова. Что сам Назаров обозначил мне как ошибку…
Глаза Шаха сужаются, но он заставляет себя криво улыбнуться. Что ж, кругом молодец…
– Здравствуйте, – говорит он, отводя от меня взгляд. – Простите за вторжение, Дмитрий. Я приезжий, Наталья сказала, что могу тут пожить, пока вас нет. Вот, старался быть полезным…
Всё верно, Костик. Мы с тобой незнакомы.
– Спасибо, – задумчиво говорит Токсин. – Ну…
– Димон, да мы ж ненадолго, – вступаю я. – Пусть живёт, может? Раз уж Таш поселила.
– Обои поклеит! – добавляет домовой. – И ещё, Дима, он хочет кресло твоё старое перетянуть, говорит – умеет.
Токсин переводит взгляд с меня на угол кухни, где едва заметно клубится туман. Пожимает плечами.
– Ну раз Таш это надо… Живите, чё. Я так-то и после лагеря всего неделю тут буду, а там в общагу заселяюсь, – великодушно говорит он и добавляет: – Успеете и кресло починить.
Морда Шаха идёт красными пятнами.
– А в лабораторию твою он и носа не совал, – продолжает сливать инфу домовой. – Порядочный, порядочный, даже не сомневайся.
– Продолжайте тогда, – кивает Токсин, слегка пиная ведро. – Как закончите, скажите, а то жрать охота.
– И еда есть, сегодня вот Костя супчик сварил, на всех хватит, – отзывается домовой. – А то что ж всухомятку-то питаться.
Круто Шах попал.
Он, конечно, одарённый, и достаточно сильный – может, и сумел бы домового пришибить. Но деваться-то ему отсюда некуда. А потому хозяев обижать смысла нет, особенно таких, которые напакостить могут. Вот домовой
