— В первую очередь перевести свое резюме на английский, а потом отослать на эмейл моего хорошего приятеля.
— У меня нет резюме, и я даже не знаю, как его составлять.
— Ладно, сегодня уже поздно и у меня с собой нет ноутбука, но завтра мы это обязательно сделаем. Ты уже собралась?
— Да, я только тебя ждала.
— Отлично, давай я тебя провожу домой.
Уже подъезжая к своему дому, я подумал о том, что с большей охотой переночевал бы в машине, чем идти домой, но что ж теперь поделаешь, если здесь нет душа.
Глава ХVII. 23 февраля 2011 г. Среда. День семнадцатый
— Протокол — королева дипломатии, — важно прогундосил начальник протокольной службы МВД, — и если мы четко не определим, ваш министр к нам приедет на встречу, или наш к вам, то мы не сумеем ее организовать.
Мы уже третий час обсуждали, как и где пройдет пятнадцатиминутная встреча двух гигантов мысли, на которой будет обсуждаться безопасность участников Съезда.
— Хорошо, давайте договоримся следующим образом: мы приезжаем к вам, но они встречаются не в кабинете вашего министра, а в зале для встреч, куда оба министра заходят одновременно из разных дверей в разных концах зала.
МВДшник одновременно почесал затылок и живот: у него в глазах я прочел понимание того, что своего он добился и мы едем к ним; с другой стороны, он понимал, что где–то его объегорили, только не понимал, каким образом. А чего тут понимать: наш остановится около стола, я его об этом предупрежу, МВДшный министр будет вынужден подойти к нему, они пожмут друг другу руки, и наш сядет во главе стола. Это еще лучше: в чужом министерстве в качестве хозяина, так мы их и посадим на место в прямом и переносном смысле. Тоже мне, к нам они ехать не хотят. Так, ну, хорошо, с этим я разобрался. Хотя тоже нашел чем гордиться — дипломат милиционера обхитрил. Нет, еще наоборот было бы, я точно в отставку подал бы.
Ладно, мне пора в свою газовую камеру, а то если я сегодня программу с учетом всех выступающих не распишу, в понедельник меня министр по всем моим статьям распишет.
На лестнице я наткнулся на Мехти и Тарану, которые спускались вниз.
— А куда это вы собрались?
— Мы на обед идем, — очень бойко ответила Тарана, сделав шаг вперед.
Я посмотрел на удивленное лицо Мехти и понял, что я не единственный, кого Тарана поразила. Интересно, чего это Тарана будет обедать с Мехти?
— А, понятно. Ладно, только не опаздывайте, у нас сегодня работы много.
— А Байрам в кабинете, если что…
— Тарана, не дерзи старому и мудрому начальнику, а то на обед у тебя будет программы в ее усеченном варианте на перевод, а у Мехти в развернутом.
— Арслан, вы поднимайтесь, мы скоро вернемся, хорошо?
— Да, ладно, Мехти, отдыхай, все в порядке.
Зайдя к себе, я увидел вольготно расположившегося Байрама с телефоном в руках, который, помотав мне головой в знак приветствия, попытался продолжить общение. Я посмотрел на него долгим взглядом, который и заставил его положить трубку.
— Байрам, размножь, пожалуйста, это письмо в количестве десяти экземпляров и отнеси копии в канцелярию, чтобы его разослали в качестве внутреннего циркуляра по всем управлениям министерства. А я сейчас поеду в информационный офис ОБСЕ, у меня там встреча с Айдыном.
Подъехав к ОБСЕ, я все пытался придумать благовидный предлог, почему я к нему приехал, чтобы как–то закамуфлировать свое желание заполучить их анкету для приема на работу. Так ничего и не придумав, я зашел в офис.
— Привет, Арслан!
— Привет!
— Какими судьбами у нас?
— Да вот приехал взять анкету для знакомой, которую порекомендовал тебе на место секретарши.
— Кого же ты хочешь устроить к нам, что готов сам приезжать за анкетой?
— Я же тебе говорил, что это моя знакомая.
— Близкая, должно быть, знакомая.
— Перестань лыбиться, Марьям еще совсем ребенок и мы с ней действительно просто друзья.
— Ладно, извини, ты же знаешь, что я не люблю свой нос в чужие дела совать. Вот анкета, и дай ей номер моего мобильника, а то на городском телефоне она меня будет целую вечность ловить.
— Кстати, мне на твое имя приглашение на Съезд присылать или глава офиса все равно тебя делегирует?
— Да все равно, я здесь и жнец, и швец, и на дуде игрец, так что можешь только главе офиса прислать, все равно кроме меня никого не пошлют.
Доехав до «Звезды», я остановился и попытался собраться с мыслями. Да что со мной происходит? По–моему, я нервничаю перед встречей с Ежиком. Прямо как школьник, нет, все это надо прекращать. Вот сегодня помогу ей заполнить анкету, и перестану искать встреч с ней.
— Привет, Марьям.
— Привет.
— Ты почему такая грустная?
— У меня в понедельник экзамен по основам Европейского союза, а все эти даты выучить практически невозможно. Значит, пятерки мне не видать. Особенно если будет Дадаш Тапшзаде экзамен принимать. Он у вас замминистра?
— Точно. А почему ты не получишь пятерки, если он в качестве экзаменатора будет?
— Потому что он кроме дат ничего не спрашивает. А даты он спрашивает, заглядывая в учебник.
— Так, все ясно. Давай в воскресенье я приеду и помогу тебе подготовиться. Погоняю тебя по датам, если хочешь?
— Очень хочу. Спасибо тебе большое. А как у тебя дела? Ты очень усталым выглядишь, — она взглянула на меня с жалостью.
— Все в порядке, просто сейчас работы чуть прибавилось.
— Понятно, хочешь покушать?
— Хочу, только сначала мы должны заполнить анкету, чтобы ты завтра ее вручила Айдыну Акперову в ОБСЕ. Я дам тебе его мобильник, позвонишь и подойдешь к нему в офис, ладно?
— Да, только последовательность будет не та, которую ты обозначил. Сначала ты кушаешь, а потом мы заполняем анкету, а иначе я отказываюсь от сотрудничества.
— Ты мне угрожаешь?
— Скажу больше: я тебе выдвигаю ультиматум.
— Ну, раз ты ставишь вопрос таким образом, то мне придется подчиниться грубой силе. А что у тебя есть покушать?
— Ну, во всяком случае не то, что мы готовим для клиентов. У нас отдельно для персонала еда готовится, вот ее я и принесу поесть.
Через полчаса, накормленный и разморенный, я откинулся на спинку стула.
— Как у вас шеф–повара еще не переманили?
— Это не шеф–повара не переманили, а меня не переманили. Для персонала я готовлю, мне за это отдельно платят. Ну, а сегодня я приложила максимум усилий.
— Так ты же идеал. Если бы у меня было сердце, ты уже проложила бы к нему дорогу. Ладно, вернемся к нашей анкете.
Через полчаса, наврав в ее анкете все, что только невозможно было проверить, и придумав ей три работы в качестве волонтера, я отвез ее домой совершенно счастливую. Господи, как же ей мало надо для счастья. И какими совершенно восторженными глазами она смотрит на меня, когда тарахтит без умолку все то время, что мы проводим вместе.
Черт, завтра надо посмотреть, донес ли Байрам внутренний циркуляр, который я подготовил по предстоящему Съезду, до канцелярии. И надо проверить, распространила ли канцелярия — его там терпеть не могут, и он туда предпочитает не заходить. Я, тоже, нашел кому поручать общение с самым кляузным отделом в министерстве.
Глава ХVIII. 24 февраля 2011 г. Четверг. День восемнадцатый
Первыми, кого я увидел в министерстве, были девочки из управления Тапшзаде. У одной из них в руках была какая–то бумажка, и, увидев меня, они захихикали.
Не успел я переступить порог, как ко мне подлетел Мехти. Фразу «на нем не было лица» я осмыслил заново:
— Мехти, что случилось? Мы пригласили на Съезд Бен Ладена и он принял приглашение?
— Хуже, в этом случае нас боялись бы и уважали, а сейчас над нами все ржут.
— Да что произошло–то? Соберись с силами и объясни ситуацию.
— Арслан, вы вчера давали поручение Байраму размножить циркуляр и отнести его в канцелярию?
— Да, а что? Что он мог сделать не так?
— Он его размножил — переписал от руки и отнес в канцелярию. Они его терпеть не могут с тех пор, как он год назад на восьмое марта принес им скунса, которого ему папа из Штатов привез. И отправили циркуляр по министерству. Теперь все ко мне подходят и спрашивают, догадывается ли наш отдел о существовании копира, и ехидно советуют: если у нас закончился картридж, то его можно заполнить.
У меня перед глазами поплыли темные круги:
— Где Байрам?
— С утра пришел, как ни странно, очень быстро сообразил, что он наделал, и ушел.
— Позвони ему, скажи, чтобы раньше понедельника не приходил. Иначе я за себя не ручаюсь. Срочно размножь этот же документ на копире и отправь в канцелярию. Скажи им: еще раз что–то подобное произойдет, и они будут иметь дело со мной, а не с Байрамом. Так, мне сейчас надо ехать в парламент на заседание. Будет обсуждаться зарплата дипломатов, работающих за границей.
