Читаем без скачивания Жертвоприношение - Шэрон Болтон

Рыдания за моей спиной стихли. Я села на свое место и повернулась к Саре.

– Вам только тридцать один, – сказала я, невольно вспомнив о том, что мне самой уже тридцать три. – Вам еще рано волноваться о том, что время уходит. Кроме того, экстракорпоральное оплодотворение отнюдь не дает стопроцентной гарантии. Средний показатель в клинике, куда я вас могу направить, составляет двадцать семь процентов. То есть лишь двадцати семи женщинам из ста удается зачать ребенка. И, честно говоря, ваши шансы на успех не особенно велики.

– Почему? – спросил Роберт.

Я заглянула в медицинскую карту, хотя прекрасно знала, что именно там увижу.

– Потому что, с одной стороны, у вас, Роберт, не очень хорошие анализы. Качество спермы ниже среднего. С другой стороны, у вас, Сара, месячные проходят нерегулярно и с нарушениями. Исходя из результатов анализов, а также сведений, которые вы сообщаете в своих анкетах, я могу предположить, чем это вызвано.

Супруги Талли ощетинились. В своих неудачах они готовы были винить кого угодно, только не себя. Но факты оставались фактами.

– Мы вас слушаем, – сказал Роберт.

– У вас обоих налицо недостаток определенных минералов, которые очень важны для зачатия. У вас, Сара, низкий уровень цинка, селена и магния. А вот содержание алюминия, напротив, очень высокое. У вас, Роберт, тоже низкий уровень цинка, но гораздо больше меня беспокоит переизбыток кадмия. – Я сделала небольшую паузу и продолжила: – Кадмий – это токсин, который содержится в табаке. Вы выкуриваете около двадцати сигарет в день. Кроме того, почти каждый день употребляете алкоголь. Вы тоже, Сара.

– Мой отец выкуривал по сорок сигарет ежедневно и пил виски почти каждый день после того, как достиг совершеннолетия, – сказал Роберт. – Тем не менее к тридцати годам у него уже было пятеро детей.

Я понимала, что теряю эту пару, но не собиралась отказываться от принципов, в которые искренне верила, ради того, чтобы дать им ложную надежду. Хотя, с другой стороны, экстракорпоральное оплодотворение – это лотерея. Вполне возможно, что Саре удастся зачать с первой же попытки. И тогда получается, что я оказываю плохую услугу супругам Талли, уговаривая их подождать.

– Я предлагаю вам на ближайшие полгода забыть о попытках зачать ребенка и сосредоточиться на собственном здоровье.

Роберт собрался было перебить меня, но я не позволила ему этого сделать и продолжала:

– У здоровых людей гораздо больше шансов успешно зачать ребенка, Роберт. Прежде всего, вы должны бросить курить и полностью отказаться от алкоголя. Это касается вас обоих.

Роберт покачал головой. Я понимала, что он считает меня безнадежной идиоткой, тем не менее продолжала:

– Конечно, это будет нелегко, но если вы действительно хотите ребенка, то вы справитесь. Для начала достаточно хотя бы ограничить употребление алкоголя и уменьшить число выкуриваемых сигарет. Кроме того, я выпишу вам пищевые добавки, которые помогут поскорее восполнить дефицит необходимых минералов. И еще вам нужно будет сделать несколько анализов на наличие различных инфекций.

Я говорила и понимала, что супруги Талли не будут следовать моим рекомендациям. Они просто не воспринимали их всерьез. Эта пара пришла сюда в надежде на сложное, дорогостоящее медицинское вмешательство, а я предлагаю им витамин С.

– И вы действительно считаете, что это может помочь? – спросила Сара.

Я кивнула.

– Да, я так считаю. Возьмите, здесь все написано. – Я протянула Саре распечатку. – Если вы будете следовать этому плану, то через шесть месяцев станете гораздо здоровее, чем сейчас. А тогда и шансы на успешное экстракорпоральное оплодотворение значительно возрастут. – Я попыталась улыбнуться. – Вполне возможно, что оно вам даже не понадобится.

Супруги Талли встали. Насупленные и мрачные, они напоминали детей, у которых отобрали конфетку. Вероятность того, что они станут следовать моему плану, была мизерной. Скорее всего, они отправятся в какую-нибудь шотландскую клинику, где к ним отнесутся с большим сочувствием и пониманием. Далеко не все разделяли мою убежденность в том, что здоровый образ жизни и правильное питание иногда действеннее самых сложных медицинских процедур.

Сара повернулась к двери.

– Я понимаю, что вы желаете нам добра, – сказала она. – Но поймите и нас. Мы так хотим ребенка!

Когда супруги Талли ушли, я выдвинула верхний ящик письменного стола и достала оранжевую папку. На первом листке были результаты анализа спермы, сделанного в Лондоне двенадцать месяцев назад.

Общее число сперматозоидов: 60 миллионов на мл – норма

Процент живых сперматозоидов в течение часа: 65 % – норма

Морфология: 55 % – норма

Антитела: 22 % – норма

И так далее, до самого конца страницы. Все в норме. Это был анализ Дункана Гутри, моего абсолютно нормального мужа. Третий по счету. Результаты двух предыдущих анализов были аналогичными. В чем бы ни заключались наши проблемы с зачатием, их виновником был явно не мой муж.

Результаты моих анализов были на следующей страничке. Фолликулостимулирующий гормон, лютеинизирующий гормон, эстроген, прогестерон – все в пределах нормы. Итак, прекрасный гормональный баланс, и, насколько я могла судить, все остальное тоже на месте.

На этом прием был закончен – супруги Талли были последними, но через двадцать минут мне еще предстояло сделать палатный обход. Сразу после этого я должна была сесть в машину и поехать на север острова. Оттуда отправлялся паром на остров Йелл. Раз в месяц я ездила туда, чтобы встретиться с тамошней акушеркой и проверить, как идут дела в местной клинике. В то время в ней находились восемь беременных женщин.

Встав из-за стола, я снова подошла к окну. Прямо внизу находилась стоянка для сотрудников. Бессознательно я отыскала среди машин серебристый БМВ Гиффорда. Забудь о том, что произошло, сказал он. Предоставь это дело полиции. Конечно, он был прав, но у меня оставалось еще целых восемнадцать минут на размышления.

Вернувшись к столу, я зашла на внутрикорпоративный сайт больницы. Щелкнув мышкой по нескольким иконкам, я немного подумала и щелкнула еще по некоторым. Сайт был на удивление упорядоченным, и я очень быстро нашла файл, который искала: список всех детей, родившихся на Шетландских островах с тех пор, как данные были компьютеризированы.

По мнению Стивена Ренни, женщина, которую похоронили на моем лугу, погибла около двух лет назад, а это значило, что ее ребенок родился в две тысячи пятом году. Если Ренни был прав насчет земляничных зернышек, это произошло летом. Я выделила данные с марта по август две тысячи пятого года и распечатала их. Получилось пять страниц A4, которые я разложила перед собой на столе.

Если женщина была местной жительницей и рожала в больничных условиях, то ее имя должно быть в этом списке. Мне нужно лишь пройтись по нему и проверить, все ли женщины, которые в нем числятся, живы и здоровы.

Каждый год на Шетландских островах рождается от двухсот до двухсот пятидесяти детей. В этом отношении две тысячи пятый год был достаточно типичным – двести двадцать семь младенцев. Из них сто сорок родились между мартом и августом. Я снова повернулась к экрану и открыла несколько персональных файлов. Меня интересовала женщина европейской расы в возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти лет. Этим параметрам соответствовали почти все роженицы, за исключением двух индианок, одной китаянки, нескольких малолетних мам и парочки женщин, которые были старше тридцати пяти лет. Большинство же женщин из лежащего передо мной списка оставались потенциальными кандидатами на роль жертвы, пока не будет доказано обратное. Для этого было необходимо провести кропотливую работу, которую мог сделать, например, такой человек, как сержант Дана Таллок.

Интересно, как она поживает? Сегодня утром перед уходом из дому я успела несколько минут посмотреть шотландские новости. О моей находке не было сказано ни слова. Мне часто доводилось слышать жалобы местных жителей на то, что шотландское телевидение считает события на островах слишком незначительными и почти никогда не сообщает о них в национальных новостях. Я всегда думала, что это связано с чисто материальными моментами – уж слишком дорого стоит перелет на острова целой команды телевизионщиков. Тем не менее ради убийства можно было пойти на такие расходы.

Я снова посмотрела на список сто сорок женщин, сто сорок младенцев. У меня возникло странное ощущение, что моя мысль бьется о невидимую кирпичную стену, пытаясь проникнуть сквозь нее. Снова и снова вспоминался разговор с Дунканом и его слова о том, что на Шетландских островах гораздо больше возможностей усыновить младенца, чем в любой другой части Соединенного Королевства. Я задумалась над тем, как это можно проверить. Кто обычно отказывается от своих детей и отдает их на усыновление? Ответ однозначен: молодые незамужние женщины.