— Ешь ананасы, рябчиков жуй — день твой последний приходит, буржуй, — вдруг продекламировал Стеф на русском с сильным акцентом, коверкая слова, и хитро глянул на меня.
Рэд заменил скамейку на две табуретки, и мы сидели напротив друг друга. Ага, значит больше не шифруемся. Подождём, что дальше будет. Я даже удивления не выказала, но внутри что-то опять ворохнулось.
— Ана-насы я пробовал, а оливьки не доводилось, — произнёс Стеф, прожевав оливку. — На закуску сойдёт, на любителя. Огувчики лювче, малосолые, — проговорил на исковерканном русском и подмигнул.
Селёдка понравилась, но не удивила. Разные виды морской рыбы доставляют по всему королевству, как в свежем виде, сохраняемую магией в специальных ёмкостях, так и солёную. Но вот пряного посола у них нет.
Зефир к чаю, точнее, к отвару, пришёлся в самый раз. Шоколадная глазурь вызвала особое внимание. Пытались найти вкусовой аналог, но вынужденно признали, что ничего похожего нет, даже в других странах, из коих привозят редкие фрукты и сладости.
— Лео, а ты можешь такое приготовить? Из чего изготовлены эти сладости? Чем обсыпаны вот эти шары? — задал очередью вопросы Стеф.
— Шары посыпаны кокосовой стружкой. Из чего этот зефир изготовлен, я сказать не могу. Но внукам я готовила из яичного белка. Не знаю, смогу ли его приготовить здесь. Если будут все необходимые ингредиенты, то возможно, — ответила на вопросы с последнего.
— Что такое кокос, я помню. Но он растёт в тропиках и его не было в наших ма-га-зи-нах. — Стеф, словно маленький мальчишка, собрал в коробке из-под зефира осыпавшуюся стружку и положил в рот.
— В наших магазинах есть разные экзотические фрукты, о которых мы в пору нашей юности даже не слышали, — ответила я, наблюдая за Стефом.
Управились с ужином и поудобней разместились внимать сообщению Стефа. Правда, удобней разместились я да Милли, заняв диван. Мужчины заняли табуреты.
— На расследование я пошёл сам, — начал рассказывать Стеф, — взяв из лучшей пятёрки двух молодых бойцов, год назад пришедших в службу Магконтроля после окончания Академии.
Из рассказов селян мы узнали, что выгоревшие маги семейная пара Осдорт в селении появились семь лет назад и поселились на отшибе. Вивьен был выжжен больше, чем жена, поэтому постоянно болел. Как в действительности звали женщину, никто не знал. Староста, видевший их документы, сказал, что там только две буквы «Ли» с точками и чёрточкой прописаны. Муж её называл ЛиЛи. Жили тем, что ЛиЛи занималась лéкарством, заготавливала целебные травы и увозила в город. Как целитель, она была слабенькая, но первую помощь оказать могла. Целебные зелья её были очень действенные и у знахарок шли нарасхват. Полгода назад Вивьен Осдорт скончался и ЛиЛи начала сдавать. Её мучили головные боли. Она часто теряла сознание. Местные знахарки сказали, что она, скорее всего, перестала готовить для себя зелья, поддерживающие здоровье и те крохи магии, что в ней ещё сохранялись. Из рассказов селян мы сделали вывод, что Л.-Л. Крюгерес-Осдорт не захотела больше жить.
— А её вы нашли? — взволнованно спросила я.
— И да, и нет, — ответил Стеф, глядя на меня с хитрым прищуром.
— Скорее всего, да, — констатировал Рэд, глядя на него.
— Мы пошли в горы в том направлении, куда указал нам паренёк, видевший, как уходила ЛиЛи, — продолжил рассказывать Стеф. — Нам пришлось разделиться, чтобы захватить как можно шире полосу поиска. Долго блуждать не пришлось. ЛиЛи обнаружил Петрикс. Тело лежало лицом вниз на острых камнях в неглубокой узкой расщелине. На краю расщелины лежала сумка, с какой хозяйки ходят на рынок. Сумка была придавлена камнем. В боковом кармане снаружи сумки мы обнаружили записку. Вот она, — Стеф вынул из нагрудного кармана куртки листок серой бумаги, сложенный вчетверо. — Лео, это тебе.
— Мне?! — удивилась я.
От волнения дрожащими руками, приняла записку, развернула. Ровными строчками выстроились незнакомые красивые витиеватые буковки, складываясь в слова. Сначала ничего не поняла. Потом буквы запрыгали, задвоились, и в глазах замельтешили чёрные мушки. Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, выдохнула успокаиваясь. Открыв глаза, увидела понятный текст. Пробежала глазами и у меня перехватило дыхание. Рядом вздохнула Милли. Прижавшись ко мне, она уже прочла записку и, поддерживая меня поглаживанием по спине, прошептала: «Вместе».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Успокоилась? — спросил Стеф. — Читай вслух, — попросил, дождавшись моего кивка.
— «Я закончила свой путь», — начала я читать хриплым от волнения голосом.
«Мы хотели уйти вместе, но в мой сон пришла Праматерь. «Потерпи, — сказала. — Она же готова придти в мой мир вместо тебя. Передай ей всё, что сочтёшь нужным, чтобы она могла легко освоиться в моём мире». Я исполняю ЕЁ волю. Л(и).-Л(и)., прими мою сумку. Как только ты её возьмёшь в руки, она станет твоей. Содержимое сумки — твоё. Чтобы начать пользоваться сумкой, вытряхни из неё всё и положи по-своему. Содержимым распорядись по своему усмотрению. Но вместе с сумкой, я возлагаю на тебя свой долг».
Я судорожно вздохнула и взглянула на сидевших напротив мужчин. Они, в свою очередь, внимательно следили за моей реакцией. Милли над ухом хлюпнула носом. Я продолжила читать.
«Л(и).-Л(и)., найди моего племянника, прямого наследника Крюгерес. Праматерь и Боги тебе в помощь. Он может находиться на территории герцогства Бругос. В их лесах был совершён налёт наёмников на купеческий обоз, в охране которого мы с мужем состояли. Обоз шёл в столицу и принадлежал моему брату. Он сам лично вёз подарок королю. С ним ехали жена и десятилетний сын Ёсган Фредрик. Обоз мы отбили, но победа досталась дорогой ценой. Брат и его жена выгорели полностью и скончались, не доехав до столицы. Мы с мужем тоже едва остались живы. Ёс напугался и убежал в лес. Найти мы его не смогли, потому что не осталось в команде мага, имевшего силы на поиск. Возлагаю на тебя свои надежды. Мой долг — твой долг. Леополлия-Леокаддия Крюгерес».
Я закончила читать и, потрясённо, замолчала, тягостно вздохнула. Принимай, Леокадия, подарочек для легализации. Ты же этого хотела? Или нет? Конечно, нет. Не с такой же ответственностью. Одно дело виконтством управлять, как совхозом, ну, пусть, районом. Конечно, мне могут не позволить взять в руки управление. Но это я ещё, конечно, посмотрю. Праздную жизнь вести не собираюсь. Только вот ещё и наследника разыскивай. Но больше всего меня потрясло то, что меня как-то готовили к переходу в этот мир. Как? Неужели моё резкое увлечение фэнтези о попаданках и есть подготовка? И имя. Чертовщина какая-то. От перестановки мест…
— Эй, Лео, — выловил меня из омута размышлений Рэд. — Где твой боевой настрой? Ты уже не хочешь стать виконтессой? Будешь едальню открывать? Или животноводством заниматься, норнисов разводить? — вопрошал, ёрничая.
— Рэд, ты её ещё плохо знаешь, — заявил Стеф, а я выпучилась на него — «А ты так хорошо знаешь?». — Да, да, Лео, я из Со-вьет-ска-ва Сой-уза, — коряво выговорил он. — Родился за два года до начала войны и хорошо знаю из рассказов родителей, односельчан, что именно женщины держали на своих плечах страну, пока мужчины гнали врага за её пределы. Да и после войны, когда не все мужчины вернулись домой, женщинам пришлось нелегко. Это я уже видел и понимал сам. Мне трудно говорить на русском языке, потому что давно здесь живу, и нет практики общения. Так вот, Рэд, открою тебе секрет. Рус-скья женщина, оставшаяся без поддержки мужчины, может такие горы свернуть, что не каждый мужчина справится. И без магии. А я чувствую, что такая, как Лео, не то, что переставит гору, так ещё и вместе с мужиком на той горе.
— Кккак такое возможно? Полное совпадение имени, — вышла я из шокового состояния.
— Вот, наверное, поэтому ты здесь, — уверенно предположил Стеф.
— Но богиня сказала ЛиЛи, что я уже готова её заменить. Но как так? Когда и как она готовила меня для переселения сюда? Я же ничего не чувствовала.
