Тысячами принимали мученический венец, не поддаваясь ни уговорам, ни угрозам, православные грузины во время набегов на Грузию персидских вождей, ставших особенно частыми и страшными в XVII и XVIII веках.
Из мучеников того времени следует упомянуть весьма почитаемую православными грузинами царицу Кетевань [99]. Когда над Грузией нависла опасность со стороны полчищ персидского шаха Аббаса, царица Кетевань, жертвуя своей жизнью ради спасения многих тысяч своих подданных, отправилась к шаху, чтобы защитить перед ним свой народ. Шах, преследуя свои коварные цели, сначала принял ее с почестями, но тут же потребовал в заложники ее внуков — Леона и Александра — сыновей царя Теймураза. Когда требование было исполнено, шах казнил внуков, а царицу заключил в темницу. После неудачной попытки со стороны шаха обольстить ее, она также была замучена — на ее голову надели раскаленный котел (f 13 сентября 1624 г.).
Святые мощи царицы были тайно увезены на Запад латинскими монахами Августинского ордена. Часть святых мощей еще при жизни царя Теймураза была возвращена в Грузию и положена под престолом в кафедральном Алавердском Георгиевском соборе [100].
Из мучеников (хотя и не причисленных к лику святых) последнего времени православные грузины с любовью вспоминают видного грузинского богослова архимандрита Григория Перадзе. Он родился в 1899 году в семье священника в Тифлисе, где закончил Духовную Семинарию и некоторое время обучался в местном университете на философском факультете. В 1921 году решением Собора Грузинской Православной Церкви он был направлен для продолжения образования на Богословский факультет Берлинского университета. В 1925 году он перешел на философский факультет Боннского университета. Тогда же за труд «Начало монашества в Грузии» был удостоен ученой степени доктора философии. В последующие годы он занимался изучением древнейших рукописей святых отцов и церковных писателей в библиотеках Британского музея и Оксфордского университета. Затем был доцентом в Боннском университете, где читал лекции по древней грузинской и армянской литературе. В 1931 году принял монашество и сан священника. В течение недолгого времени читал лекции в Оксфорде по истории Грузинской Церкви и по грузинской патристике, а в 1932 году перешел на преподавательскую работу на Православный Богословский факультет Варшавского университета.
Отец Григорий проводил свою жизнь в ученых занятиях и молитве. Невзирая на то, что находился вдали от Родины, помнил ее и любил. Посетив в 1936 году Святую Землю, он искал там монастыри, принадлежавшие когда–то Грузинской Церкви, разбирал древние грузинские рукописи, высказал предположение, что именно в Иерусалиме находится гробница грузинской царицы святой Тамары. В беседе с Иерусалимским Патриархом Тимофеем отец Григорий говорил о давних исторических связях Иерусалимской и Грузинской Православных Церквей.
Во время Второй мировой войны отец Григорий был заключен в лагерь Освенцим, где погиб в газовой камере. На мученическую кончину он пошел добровольно, вместо одного многодетного заключенного. Последний остался жив, после войны явился к бывшему Митрополиту всея Польши Дионисию, передал ему наперсный крест погибшего и сообщил о его последних днях.
6. Современное положение Грузинской Православной Церкви:
высшая церковная власть; приходское управление; обязанности священника; духовное просвещение и богослужение; пастырское служение среди заключенных; борьба за мир; экуменическая деятельность; Грузинская Православная Церковь и Всеправославные Совещания
Согласно Положению, принятому в 1945 году за подписями Католикоса–Патриарха всея Грузии Каллистрата и всего епископата Грузинской Православной Церкви, законодательная и высшая судебная власть принадлежит Церковному Собору, который состоит из духовенства и мирян и созывается Католикосом–Патриархом по мере необходимости. Католикос избирается Церковным Собором путем тайного голосования (принятие монашества не обязательно) и дает Собору отчет в управлении. При Католикосе–Патриархе действует Священный Синод, состоящий из правящих епископов и викария Католикоса.
Церковной жизнью епархии, подразделяемой на благочиннические округа, руководит епископ. Приходом управляет Приходской Совет, в состав которого входят все члены причта и не менее трех представителей мирян, избранных Приходским Собранием на трехлетний срок. Председателем Приходского Совета является настоятель храма.
Священнику Грузинской Православной Церкви предписывается: «Постоянно проживать в своем приходе и не покидать его, особенно во дни распространения повальной болезни и когда приходу угрожает какая–либо опасность; быть внимательным к себе и собственному поведению как в обществе, так и у себя дома; отправлять общественное богослужение в установленное время, в селах же — в часы, свободные от сельскохозяйственных работ; по просьбе прихожан совершать требуемые священнодействия; следить в приходе за выполнением требований церковной дисциплины и нравственности; …его первейшей обязанностью является проповедь и вообще наставление в делах веры и нравственности…» [101]
Специальными инструкциями, принятыми на Поместных Соборах Грузинской Православной Церкви в 1920 и 1927 годах, определяется порядок венчания браков, снятия церковного благословения с венчанных лиц, распределения братских доходов между членами причта, вручения наград, служебных отношений членов причта в тех приходах, где имеется несколько священников [102].
Из 36 исторически сложившихся епархий [103] восстанавливаются 15. «Действующей епархией считается та, в которой служат не менее двух священников» [104]. Кроме Католикоса имеется 13 архиереев (на 1982 г.).
Всего Грузинская Православная Церковь насчитывает 296 приходов (на 1990 г.). Имеется и 11 монастырей [105].
В Мцхете с 1969 года функционирует Духовная Семинария, а с 1988 года в Тбилиси — Духовная Академия. Издается ежегодно на грузинском языке иллюстрированный церковный календарь и дважды в год журнал «Джвари Базиса» («Крест виноградной лозы»). Издается также и другая церковная литература.
Богослужение совершается на грузинском и славянском языках. В Сухумо–Абхазской епархии богослужение совершается и на греческом языке (частично).
С конца восьмидесятых годов Грузинская Православная Церковь начала вести пастырскую работу среди заключенных. В 1990 году был освящен в исправительно–трудовой колонии в Рустави первый православный храм. Новый храм, построенный самими заключенными, посетил Святейший Патриарх–Католикос Илия II, который встретился с заключенными и администрацией колонии, а таинство Крещения совершил инспектор Тбилисской Духовной Академии и Семинарии.
* * *
Грузинская Православная Церковь принимает деятельное участие в борьбе за мир во всем мире. Ее делегаты были на всех пяти Всехристианских Мирных Конгрессах в Праге, на Всемирном Конгрессе миролюбивых сил в Москве (1973), были деятельными участниками и в деяниях Всемирной Конференции «Религиозные деятели за прочный мир, разоружение и справедливые отношения между народами», состоявшейся также в Москве (1977). Святейший и Блаженнейший Давид V, Католикос–Патриарх всея Грузии, входил в состав Президиума данной Конференции [106] и др.
В 1962 году на Парижской сессии Центрального Комитета Всемирного Совета Церквей Грузинская Православная Церковь была принята в качестве члена этой организации. С тех пор представители древней Иверии неоднократно свидетельствовали свою православную веру и свой взгляд на различных экуменических собраниях, устраиваемых Всемирным Советом Церквей.
К сожалению, на Всеправославных Совещаниях Грузинская Церковь не занимала должного ей места, так как греки, начиная с Константинопольской Церкви, двусмысленно относились к ее автокефалии и входили в прения относительно занимаемого ею места в иерархическом порядке Поместных Православных Церквей, хотя и заявляли: «Мы надеемся и желаем, чтобы Грузинская Церковь заняла в скором времени подобающее ей в древности и истории место в ряду Православных Церквей» [107].
Необходимо отметить, что в 30–е годы текущего столетия Константинопольская Патриархия признавала автокефалию Грузинской Церкви, что следует из переписки того времени между Предстоятелями Константинопольскими и Грузинскими, но потом заняла по отношению к ней сдержанную позицию. Тот факт, что Константинопольская Патриархия пригласила Грузинскую Церковь направить в 1961 году на Первое Все православное Совещание только двух представителей, а не трех (было решение, что Автокефальные Церкви посылают трех представителей–епископов, а Автономные — двух), приводит к мысли, что она относилась к ней скорее как к Автономной. Это же следовало и из календаря Элладской Православной Церкви, где Грузинская Церковь помещалась в числе Автономных Церквей, причем подлежащих духовному ведению Константинополя [108].
