Читаем без скачивания Дети сектора - Виктор Глумов

Девчонка изобразила улыбку, помахала и крикнула:

– Помогите! Я не могу завести машину.

– Давайте сюда, места хватит, – улыбнулся Росс.

Девчонка с парнем переглянулись, и она начала спускаться, держа наготове саблю. Росс сощурился и отметил, что сабля эта успела испить вражьей крови.

Зомби, столпившиеся на тротуаре, заинтересовались. «Шатуны» стояли неподвижно, между ними сновали вожаки, их движения все больше напоминали человеческие.

Росс схватил девчонку за руку, помог подняться. Пальчики у нее были маленькими, но сильными, цепкими. Она благодарно кивнула и уселась позади, где спальное место. Туда же пролез парень.

– Брат и сестра? – спросил Росс, нажимая педаль газа.

Девушка печально улыбнулась:

– Ты первый, кто заметил в нас сходство, – она протянула руку: – Меня зовут Яна, брата – Дима.

Росс пожал протянутую руку и представился, наступила очередь Кошкина:

– Старший следователь Константин Олегович Кошкин. – Он включил магнитолу: – Буду приобщать молодежь к прекрасному. Поддай газу, Савельев!

Взревела музыка. Росс то и дело видел в зеркале блестящие глаза девушки. Наконец она заговорила:

– Я слышала, что надо ехать в Питер.

– По радио передавали, – поддакнул парень густым басом, который так нелеп у безусых юнцов.

– Мы в курсе, – кивнул Кошкин и прищурился на солнце, зацепившееся за крышу многоэтажки. – Вечереет, однако. Савельев, – он постучал по спидометру. – Обрати внимание, у нас топливо кончается. До Питера не дотянем, надо искать другую машину, и поскорее, пока наши друзья не научились рулить. Мертвяки, а не вы, молодежжжжь!

– Не проще ли заправиться?

– Не проще. Впереди, вблизи Сектора, заправок нет, а возвращаться не с руки.

Девушка затихла, видимо, легла на кровать. Росс гнал и гнал, рассчитывая настигнуть «Хаммер». Все-таки с людьми он чувствовал себя не таким изолированным.

– Километров на пятьдесят нам должно хватить топлива, – рассуждал Кошкин, подтанцовывая под музыку.

– Вот и ищи, что бы нам подошло. Желательно что-то не менее мощное, мне нравится эта машинка, я бы ее не менял, а просто слил бы у кого-нибудь соляру и заправился. Не машина – танк!

Солнце катилось к горизонту и золотило стекла домов. Часы показывали начало шестого. Интересно, что в Питере? Живое оцепление? Баррикады? Что творится в мире? Радио, понятное дело, молчало, новостей ждать неоткуда. Придется крутить баранку и страдать от недостатка информации.

Пару часов назад зомби вызывали у Росса настороженность, теперь же он перестал обращать на них внимание: шатаются себе группами вдоль обочины, прям как карательные отряды. Но что они могут сделать десятку тонн металла?

Если Росс помнил правильно, до Алтуфьевского шоссе оставалось всего ничего. Протаранив очередную «свалку», он увидел погасший светофор и замершие под ним машины. А за ними – дорожную развязку и Алтуфьевское шоссе.

Свободных полос не было, зато наблюдался съезд к какому-то административному зданию, а оттуда – дорога на шоссе. Не раздумывая, Росс свернул туда, подвинув легковушку. Под колесами хрустнуло.

– «Ока»? – Кошкин выглянул в окно, влез обратно. – «Черри», а ты – «ведро, ведро»… Ох ни хрена ж себе! Тормози, я нашел транспорт.

Росс послушал его, снизил скорость и покосился на здание: в его фасаде некогда располагался бар: пластиковые столики под огороженными зонтами с рекламой водки. Теперь же от них остались осколки – по ним проехал БТР, протаранил стеклянный вход и спрятался в баре, присыпанный стеклами, виднелась лишь его задняя часть. От трассы до магазина тянулся кровавый след.

– Ты это видишь? – Кошкин аж подскочил.

– БТР, – ответил Росс, останавливая тягач. – Думаешь, он на ходу?

– Проверить надо. И зомби тут не так уж много, вон, повыползали. Жми на газ, дави их, беспощадно дави! Расчищай территорию.

Справа от тягача высилось здание, слева была треугольная клумба, за ней – дорога. Зомби собирались впереди у торца и на проезжую часть не вылезали – понимали, чем это грозит.

– Неудобно. Видишь, прячутся, сволочи. Знаешь, Кот… то есть следователь Кошкин, никакие это не зомби.

– Зови меня Котом, все так зовут, я уже привык. Если не зомби, то что оно такое?

– Хрен знает. Подумаем над этим позже. Идем на разведку. Прикрывай меня, а вы, молодежь, садитесь на наши места, обороняйте тягач и ждите сигнала.

Девчонка, Яна, серьезно кивнула и полезла на место водителя, волоча саблю с черными пятнами засохшей крови, брат последовал за ней.

Росс и Кошкин стали спина к спине, приготовили ружья и двинулись к развороченному бару.

– Слушай, Кот. Ты не вздумай помирать, ладно? – проговорил Росс, поглядывая по сторонам. – Побереги себя.

– И мне Васильича жаль. Давай в дом, – Кошкин вздохнул и рванул по битому стеклу в здание.

Едва они оказались под козырьком, сверху скинули микроволновку и сразу же – табуретку.

Окинув взглядом пустынную улицу, Росс опустил ружье и двинулся по стеклу, перемешанному с остатками столов и стульев. Из-под обломков торчала окровавленная рука, сломанная выше локтя, а все тело было присыпано обвалившейся штукатуркой вместе со стеклом. Росс переступил через него, подтянулся и залез на кузов БТРа, отмечая, что пахнет коктейлями и едой.

Крышка люка была откинута, он спустился в пустую кабину, уселся за руль. Мотор завелся без труда, и Росс крикнул:

– Кот, давай сюда, нам повезло!

Минуты две никого не было. Неужели и Кот погиб? Холодея, Росс собрался на разведку и нос к носу столкнулся с бывшим следователем. Тот спрыгнул в кабину и потряс черным пакетом, тот звякнул стеклом.

– Поехали. И не смотри так, сам потом пить захочешь.

– Алкоголик ты, Кот.

– Зря ты так. Там «Боржоми», нам ведь пока не поздно?

Подтверждая свои слова, Кот вынул и откупорил бутылку минералки, присосался к горлышку; кадык его задергался, по сизому подбородку потекли струйки воды. Росс в это время пытался разобраться с управлением. Это было проще простого: все элементарное, топорное, механическое.

БТР сдал назад. Мотор так рычал, что Росс не слышал хруст и треск обломков.

Узкое лобовое стекло уменьшало обзор, жутко трясло, в салоне воняло машинным маслом, зато такая машинка могла без труда проехать по бездорожью.

– Молодежь не забудь, – напомнил Кот.

Росс припарковался вплотную к тягачу, откинул люк и крикнул:

– Яна, цыпленок, спускайтесь!

Сам он пропустил девушку и полез в грузовик за рюкзаками. Кот без слов понял его и стал на кабине, готовый принимать груз.

Когда Яна решила, что все кончено и смотрела на саблю, жалея, что не в силах сделать себе харакири, а зомби все прибывали и прибывали, Димка услышал рев мотора и принялся махать проезжающему грузовику. Яна с безразличием наблюдала, думая, что машина пронесется мимо, но нет – притормозила.

Димка готов был петь и плясать, Яна же не радовалась. Она была зрителем, который наблюдая Яну Венину со стороны и даже не сопереживал ей.

Из грузовика высунулся мужчина лет тридцати: светло-каштановые волосы, высокий лоб, благородное лицо, тонкий нос, светло-карие глаза с опущенными уголками век – симпатичный, отметила она равнодушно, хотя ей никогда не нравился такой типаж – слишком уж интеллигентный. Спаситель назвался Россом, его напарник – Константином Олеговичем. В этом мужчине было немного от питекантропа: скошенный лоб, близко посаженные лукавые глазки, массивный подбородок с ямкой и черные волосы торчком. Но, если брать в общем, он тоже ничего – есть в нем… первобытная мощь, что ли.

Перекинувшись со спасителями парой слов, Яна улеглась на полку, предназначенную для отдыха, отвернулась к стене, поджала ноги и закрыла глаза. Не разрубленный саблей зомби, не мертвые псы возникали по ту сторону сомкнутых век – Юрка. Сначала – улыбающийся: «Пойдешь за меня?» Затем – сосредоточенный перед тем, как добить Мистера.

Какая же ты сволочь, Юрка!

Но даже при мысли о предателе чувства не проснулись. Они умерли и начали разлагаться, Яна даже подумала, что сама превращается в зомби.

Она наблюдала за происходящим, разговаривала, что-то делала и производила впечатление живого человека, на самом же деле мало отличалась от мертвеца.

Пересели в БТР. Росс по обыкновению занял место за рулем, Константин Олегович – рядом. Яне и Димке достались места в салоне – темном, тесном, похожем на консервную банку, где вдоль стен стояли две длинные скамьи, обтянутые светлым дерматином. Между водителем и салоном перегородки не предусматривалось, и можно было выглядывать в окно.

Трясло так, что вскоре затошнило, и Яна снова ощутила себя живой. Взгляд упал на черно-белую распечатку фотографии под ногами Росса, Яна подняла ее и разгладила: молодящийся дед лет шестидесяти, с длинными седыми волосами, глубокими морщинами и ясными глазами. Даже сейчас этот мужчина казался привлекательным.