— Ну и ну, — покачал головой я. — А что же они не прихватили птенцов, оставили такую улику?
— Видимо, очень спешили скрыться, да и птенчики были еще слабы и не выдержали бы дальней дороги. Прислуга барона спрятала обеих птиц, но мои люди, тщательно обшарив замок, отыскали укрытие и доставили их в Бельверус. По моему приказу птенцов выкормили, за прошедшее время они подросли, фактически став взрослыми птицами, но как их обучать — никто не знает.
— Барона, надо полагать, так и не нашли?
— Нет, — помрачнел Мораддин. — И меня это очень беспокоит. Где два метаципленария, там жди и двести. Растут они быстро, наша самка уже отложила четыре яйца… Я ничуть не паникер, все самое страшное в своей жизни уже видел, а поэтому в этом мире меня мало что пугает. Но при мысли о том, что Черное Солнце однажды использует метаципленариев в качестве военной силы, мне становиться крайне неуютно. Добавим сюда увлечение фатаренов кхарийской боевой магией, их популярность среди способного держать в руках оружие дворянства Полудня, огромные денежные резервы, накопленные за последнее время, и получим…
— Получим силу, противостоять которой будет крайне сложно, — продолжил я. — Неужели все настолько серьезно?
— Очень серьезно, — кивнул герцог. — На Закате варится зелье, которое всем нам придется долго расхлебывать. И именно поэтому мы сейчас едем к королю. Если мощь Немедии и Аквилонии, знания твоей Гильдии и конклава магов Равновесия не будут объединены против общего врага, нас ждут веселенькие времена.
Карета с гербом Вертрауэна въехала под своды арки барбикена коронного замка Бельверуса.
3. Второй рассказ Халька
Что будем делать?
23 день второй осенней луны 1296 г.
Тарантия
Итак, сегодня ночью состоится Большой Совет.
Если быть совсем точным, то не вечером, а ночью — собрать всех приглашенных до захода солнца мы не можем по вполне объективной причине: Рэльгонн из Рудны не в состоянии действовать при свете дня, он существо сугубо ночное и испытывающее к солнечному свету стойкое отвращение. Что вполне естественно — все-таки хозяин отдаленного бритунийского замка является самым настоящим вампиром-каттаканом, героем страшных легенд и леденящих душу историй, красочно повествующих о жутких упырях, высасывающих кровушку из лебединых шеек невинных девиц или похищающих трехдневных младенцев.
Идея использовать каттакана в качестве «перевозчика» пришла в голову одновременно мне, Гвайнарду и Конану, однако, мы плохо представляли, как приглашенные в Тарантию гости отнесутся к столь экстравагантному способу передвижения. Разумеется, все участники Совета предупреждены, что за ними явится «доверенное лицо» короля Конана, которое при помощи волшебства мгновенно переместит их в Тарантию, но, простите за каламбур, лицо этого самого доверенного лица способно напугать даже самого хладнокровного человека.
Представьте каково это будет выглядеть: из пустоты выныривает человекоподобное существо с горящими желтым огнем круглыми глазами, усеянной коническими клычищами пастью и серо-белой кожей мертвеца и вежливо предлагает проследовать вместе с ним в Тарантийский Замок короны. Полагаю, вы сто раз подумаете, прежде чем согласиться, если раньше не схватитесь за оружие и не начнете звать на помощь, громогласно оповещая всех окружающих, что вашу спальню посетил вампир.
Дабы избежать ненужных осложнений, мы предложили Рэльгонну на время сбора Совета надеть глухую черную маску, полностью скрывавшую его внешность, но упырь только усмехнулся и сказал, что сможет обойтись и без подобных глупостей — мол, каттаканы способны менять облик не хуже самого завзятого оборотня-допплегангера. Сие утверждение было немедленно продемонстрировано на практике — при помощи врожденной магии каттаканов Рэльгонн запросто придал своей устрашающей физиономии вполне человеческие черты и начал откровенно смахивать на страдающего несварением желудка и бессонницей черного мага с тенями под глазами, нездоровой кожей чахоточного больного и бескровными узкими губами, сложившимися в презрительно-брезгливую усмешку.
Киммериец немедленно заявил, что Рэльгонн сейчас похож на молодого Тот-Амона, будто на родного брата, и с тем приготовления к грядущему совещанию закончились. Упырь улетел ночевать (точнее «дневать») в Рудну, да и мы разошлись на отдых, благо за окном едва-едва начало светлеть, и еще можно было вздремнуть.
Уговорились так: Рэльгонн доставит всех приглашенных прямиком в Белую гостиную, расположенную в личных покоях короля, немедля после следующей полуночи. Если учитывать способность упыря перемещаться на гигантские расстояния за единый миг, сбор гостей займет не более двух квадрансов. А затем…
Затем до самого рассвета (к счастью, по-осеннему позднего), мы будем чесать языками, пытаясь выяснить, что же такое Черное Солнце и как с ним бороться.
* * *
— Нет-нет, даже такой облик вызовет недоверие, — поморщилась Зенобия, когда Рэльгонн следующим вечером объявился в Белой гостиной. — И никакие наши предупреждения не помогут. Кроме того, зеркала отражают истинную сущность, а не созданную магией иллюзию. Вот, взгляните…
Мы с Конаном, Тотлантом и заранее приехавшим во дворец бароном Гленнором послушно уставились на большое, от пола до потолка, серебряное зеркало. Ну точно, «черный маг», стоявший перед нами, исчез, заместившись в отражении подлинным обличьем каттакана — зубастым и остроухим. Только одежда рудненского вампира осталась неизменной — мешковатая хламида с капюшоном, украшенная медальоном в виде свернувшегося в колечко дракончика.
— Ладно, убедили, — недовольно скривился Рэльгонн и вернул себе привычный вид. — Давайте вашу маску, придется поиграть в таинственность.
Королева потянулась было к лежавшей на диванчике черной шелковой полосе с прорезями для глаз и завязочками, но ее опередил рассудительный барон Гленнор.
— Зачем усложнять дело? — недоуменно развел руками наш архишпион. — По-моему, можно поступить более просто и разумно. Насколько я понимаю, все те, кого мы сегодня ждем, лично знакомы либо с Конаном, либо с бароном Юсдалем, так? Уважаемому господину Рэльгонну не составит труда…
— Не-ет! — яростно замотал головой киммериец. — Гленнор, ты хочешь сказать, что нам следует сопровождать Рэльгонна? Благодарю покорно, не желаю!
— Разве прыжок через Ничто опасен? — осведомилась Зенобия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
