— Не хотите ли стакан соку?
Мы подняли головы и увидели улыбающегося нам старикана на велолотке. Какой-то миг я боялся, что Тананда окрысится на него, но она подарила ему усмешку, куда более искреннюю, чем ее прежняя улыбка.
— Спасибо, но я думала про нечто покрепче. И раз уж мы говорим на тему благодарности… я ценю сведения, предоставленные вами раньше… во второй раз, то есть. Думаю, слишком поспешила, прежде чем вспомнила о своих манерах.
— Не стоит говорить об этом. Нынче почти все спешат. Я лично всегда считал, что нужно не торопиться и наслаждаться жизнью. У всех нас мало времени, и самое малое, что следует делать, так смаковать то время, какое у нас есть.
Тананда улыбнулась ему с искренней теплотой, а не обычным симулированным жаром.
— Хороший совет, — согласилась она. — Постараюсь запомнить его. Пошли, Корреш. Нам нужно кое-что обдумать… то есть, обдумать медленно и тщательно.
— Только крикните, если я смогу чем-нибудь помочь.
— Спасибо, нам нужен кто-нибудь, способный свести нас с господином Хусом. Вы, случайно, не знаете, где мы можем его найти?
— О, это легко.
— Да?
По-моему, мы произнесли это одновременно. Это оказалось своего рода сюрпризом.
— Разумеется. Только встаньте, моргните три раза, и он будет тут как тут.
Мне это показалось немножко глупым, и я начал сомневаться в нормальности старикана. Однако, сестричка приняла его всерьез. Она в мгновение ока очутилась на ногах, бешено мигая.
— Ну? — огляделась она кругом.
— Рад с вами познакомиться, барышня. Меня зовут Хус. А вас?
Мы вытаращились на него, разинув рты… в тот момент это казалось вполне логичным поступком.
— Вы?! — сумела, наконец, выдавить из себя Тананда. — Почему же вы не сказали об этом раньше?
— До той минуты я не знал, что вы искали именно меня.
Это было не мое дело, но мне требовалось спросить.
— Просто из любопытства, а зачем сестричке нужно было три раза моргнуть?
Сказав, я сообразил, что забыл применять речевые обороты Большого Грызя. Хус, казалось, не заметил этого.
— Вообще-то не нужно. Просто вы так упорно старались меня найти, что я думал, мне следует малость подбросить чего-нибудь, чтобы наша встреча не оказалась слишком заурядной. Итак, что я могу для вас сделать?
В глазах старикана блеснуло озорство, убедившее меня, что он не такой глупый, каким хотел бы казаться людям. Тананда, однако, упустила это, так как возилась, извлекая из туники мятый лист бумаги.
— Господин Хус, — живо обратилась она. — Я здесь представляю клиента, утверждающего, что вы должны ему деньги по этому старому счету. И хотела бы знать, когда он может ожидать уплаты, а может, вы желаете установить график регулярных выплат?
Хус взял у нее бумагу и небрежно изучил ее.
— Ну, будь я… я мог бы поклясться, что выписал ему чек по этому счету на следующий же день.
— Он говорил что-то о том, что чек вернули, — допустила Тананда.
— Должно быть, продержал его у себя, пока я не закрыл банковский счет. Проклятье! Я думал, у меня все улажено.
— Вы закрыли счет в банке?
Хус подмигнул ей.
— Нет, я закрыл банк. Это было, когда я укреплял свои владения.
— О! Как я говорила, если бы вы хотели установить график выплат…
Он махнул ей, прося помолчать, и открыл верх тележки с лотком. С высоты своего роста я увидел, что дно ее заполнено золотыми монетами.
— Почему бы нам просто не урегулировать это сейчас же? — Предложил он. — У меня есть с собой немного наличных… понимаете? Холодных наличных. Давайте посмотрим, вам понадобится какой-то процент с этого…
— Господин Хус!
Обернувшись, мы увидели шагающего к нам директора банка.
— Я думал, мы договорились, что вы будете производить свои сделки через банк! Ношение наличных — это открытое приглашение для преступных элементов, помните?
— Что за шум здесь происходит? — Из двери позади нас появился Хорек. — На мой взгляд, это не похоже на дружескую болтовню!
Вокруг нас начала собираться толпа, так как сюда стекались прохожие и выходящие из своих торговых точек лавочники. Все они выглядели не особенно довольными… или дружелюбными.
— Знаю, сестричка, ты хочешь управиться с этим сама, — шепнул я. — Ты не будешь возражать, если я по крайней мере покажу клыки для оттеснения кое-кого из этого сброда? Мне тоже хочется выбраться отсюда живым.
— А ну, всем стоять!
Хус поднялся на сидение велолотка с поднятыми руками и сдерживал толпу.
— Барышня взыскивает долг по вполне законному счету. Вот и все. А теперь отчаливайте и возвращайтесь к прежним занятиям. Неужели человеку нельзя заняться небольшим делом в частном порядке?
Это, кажется, утихомирило большинство зевак, и они начали мало-помалу расходиться. Хорек и директор банка не шелохнулись.
— Дайте мне посмотреть этот счет, — потребовал директор. — Вы помните, как сделали этот долг, господин Хус?
— Да, помню, как сделал этот долг, господин директор, — передразнил директора Хус. — А теперь, если вы не возражаете, я просто выплачу его и делу конец.
— Ну, это не по правилам. Не понимаю, почему они не обратились по обычным каналам и не предъявили свой счет в банке.
— Мы заходили в банк, — огрызнулась Тананда. — И не получили там ничего, кроме уклончивых ответов.
Директор пригляделся к ней.
— О, да. Я помню, — протянул он. — Вот только не припомню, чтобы вы что-то говорили о подаче требования на выплату долга. Хотя что-то упоминали насчет ограбления банка. Не так ли?
— Ты чуточку поторопилась там, сестричка, — мягко упрекнул я ее.
— Тананда, ты хочешь сказать, что действуешь по закону? — встрял в разговор Хорек. — Так почему же ты не сказала этого сразу?
— Сказала! Что здесь, собственно происходит, Хорек?
— Господин Хус — человек очень богатый, — сказал вместо него директор банка. — А также очень щедрый… иногда слишком щедрый в ущерб собственному благу.
— Деньги-то мои, не так ли? — отпарировал Хус. — Так на чем мы остановились? Ах, да.
Он принялся сыпать в бумажный пакет пригоршни монет.
—… Мы говорили о процентах по этому счету. Какая, по-вашему, сумма компенсирует хлопоты, вызванные моей несвоевременной уплатой?
— Понятно, что мы имеем в виду? — указал Хорек. — Господин Хус, любой положенный процент следовало установить во время дачи в долг. Выплачивать больше — значит отдавать свои деньги.
Директор банка слабо попробовал понимающе улыбнуться нам.
— Как видите, многие из нас в этом измерении обязаны своим благосостоянием господину Хусу, и мы взяли на себя его защиту от ненужных расходов… не говоря уж, от стремящихся злоупотреблять его щедростью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
