вернулся из «медитации», на пулемётный ствол. — Какой план? Чего гадать, пока раскладов не видим. Подъедем разберёмся.
Нам бояться особенно нечего. Сразу по нам стрелять не станут. А потом…Потом — не должны смочь. Ствола у нас четыре — и как раз от нас зависит, что бы никто ничего не успел…
Неожиданность и первый выстрел за нами. Значит — шансы сильно в нашу пользу.
Сапёр чуть оживился — Судя по тому, что я видел на остальных стабах — на КПП у них реальных бойцов не будет. Туда обычно сажают не спецов из ветеранов реальных боёв, а бросовое мясо. Шум поднимут, пока их убивают — и хватит. Такой шаблон.
Что б там сидели действительно профессионалы, с правильными рефлексами и качественной снарягой…Только если уж нам очень сильно не повезёт.
Говорил вояка спокойно, но жёстко, даже не повернув головы. Голубые глаза по-прежнему отслеживали свой сектор, с холодным прищуром проглядывая окрестности.
Он продолжил. — Если действовать быстро, то всё пройдёт как на вазелине. Даже свидетелей не останется. Пулемёт в башне немного слабее зушки, но мощнее кпвт — по бензобакам отработать — самое то.
Разве что командирскую машину лучше работать по кабине. Там на телах и в тайниках должно быть столько разного полезного на трофей, что может в разы окупить и все расходы, и все риски.
Радар чему-то поморщился, по-прежнему глядя на дорогу. Он опять поднёс бинокль к глазам. — Сначала глядим расклад. Потом — по ситуации. Не стоит делить шкуру, не зная, что там в берлоге или типо того.
Стоять, ххх, тормози. — Радар уже неплохо мог командовать. Голос был резким и с жёстким прожимом. Парень выдохнул, чуть опустив бинокль. Колёса чиркнули по асфальту, тормозя.
Успели. — Губы разъехались в непроизвольной улыбке.
— Да, ххх. — Чур блеснул «зубастой» улыбкой. — Что теперь?
— Ща решим. — «Атаман» вернулся к биноклю. — Кого я вижу…Вон под КПП стоит красавец. Флинт собственной персоной. Пара охранников с ним и тройка местных напротив… О чём — то перетирают.
Автоколонна стояла вдоль дороги своеобразной «ёлочкой». Тогда как «командирская» машина с отрывом вперёд, почти уткнулась в шлагбаум поперёк дороги.
Радар продолжал изучать расклад через оптику, не оборачиваясь, он проговорил. — Трот, видишь?
— Что именно? То, что главнюк ещё болтает с «местной таможней»? Вижу. А ещё понимаю, что это довольно скоро закончится, если не поторопиться — уедут внутрь. Оптика у меня на пушке хорошая, в принципе можно попробовать их всех разом отсюда снять.
— Не то. Стволы у них, на машинах колонны направлены либо вперёд на стаб, либо назад на дорогу. И разворот у их тачанок не велик, это не наш купол. Тут только кузова и колпаки.
— Ну и что? Зато закрыты от атак с боков. Случайный заражённый стрелка из кузова не выдернет, и шальная пуля не возьмёт. А так они всё равно держат под прицелом и стаб на случай сюрпризов, и дорогу позади себя на случай если что-то начнёт догонять.
Что здесь смотреть? Что они местным не верят, чисто на «стрелу» прикатили? Ну и местные им, ясен хрен. Так если вдарить по стабовским через головы, да отвалить резко может, чё интересное и получится. Но тут как повезёт. Может и не получиться.
Ребята тоже не олени, так встать, как они стоят, чтобы накрывать всё огнём и вперёд, и назад, не мешая друг другу — это уметь надо.
— Не то… — «Атаман» скривил губы. — Гляди — «командирская» машина впереди с отрывом и неудачно стоит. За ней в стороне слепая зона на прострел несколько метров. Вооон там — вбок от КПП. Вот туда нам надо встать с разгона. И развернуться, к лесу мордой — к стабу задом.
Чур, справишься? Шлагбаум не снесёшь?
— Даже не поцарапаю. — Уверенно ответил рейдер.
— Ладно…Вот как встанем — я выйду…Пару слов сказать…Может быть пару вопросов задать…А может и нет. Но хоть в глаза гляну.
Когда дам знак — врубите из всех стволов.
Какой знак? — Прозвучало шокированным хором.
— Скажу «дракарис». — Губы парня растянуло в жутенькой тонкогубой улыбке. Глаза блестели мрачным «графитным» блеском. — Шучу. Вот как ххх лопатой по рылу — так и начинайте веселье.
Сапёр ошалело сморгнул — Почему лопатой?
— Потому, что, если я пойду вперёд с автоматом на изготовку — получу пулю сразу. А я всё-таки хочу подойти и поглядеть в глаза. Перед тем — как.
А после — дело за вами. И насчёт гранат, и насчёт гранатомётчиков и чего угодно.
Трот фыркнул. — Оно того стоит? Ты же всё-таки не шильдер, а шальная пуля — это шальная пуля. Страховка таки отсутствует.
— Ша, зато присутствует страховка от шальной гранаты или равноценного ей дара. Ими то, как раз по тачке попробуют. А мне чего? Сплошная безопасность, как у бога за пазухой. — Радар коротко и невесело хохотнул.
Трот хмыкнул в тон.
Парень продолжил — Так что быть зоркими, как орёл в небесах и резкими, как понос посреди праздника.
Ладно — всё, выдвигаемся. После стрельбы — как получится. Но, так или иначе придётся дёргать по дороге назад…На всей возможной скорости… Ну и поплеваться свинцом по сторонам придётся щедро.
Сапёр — ты, как хочешь? С «абаканом» от борта работать или за пулемёт в кабину?
— Сначала в кабину. Потом, как будет лучше по раскладу. — По лицу вояки было видно, что план он уже приняли воспринимает без удивления.
— Что ж, да будет с нами воля Улья. Вперёд. — губы парня свело в тонкую улыбочку.
«Бронепикап» выполнил манёвр точно. Усиленный защитными полосами капот прошел в паре ладоней от шлагбаума. Тачка с шумом прошла по гравийной обочине развернулась и замерла.
В нескольких шагах от широких колёс, у КПП, удивлённо замерла говорившая компания.
Флинт и пара его людей прервали неспешный скучающий разговор, обернувшись на идущего к ним человека. Их собеседники — тоже. Тройка бойцов в неновом камуфляже и кепи с незнакомыми кокардами — стабовские постовые, были до безобразия типичными ребятами с блок поста. Но все шестеро были впечатляюще удивлены неожиданным видом…
Радар негромко захлопнул дверь кабины и теперь с ленивой небрежностью шёл вперёд. Он опирался на лопату в руке, как на посох.
Молчание нарушил Флинт. — Ты, решил нарушить свои планы? В чём дело?
Лицо караванщика было удивлённым…Но — не шокированным.
Лопата тихо стукала по асфальту…Шаг. Шаг. Шаг. Ещё ближе.
Флинт с тем же изумлением на лице пробежал взглядом по деталям приближающегося собеседника. — Зачем тебе лопата?
— Заражённых хоронил. — Лицо парня было как пациента дурки. Неестественная кривая улыбка и мутный пристальный взгляд.
Расширенные глаза «караванбаши» бегали, разглядывая выщербленный штык лопаты и потёки, брызги крови, пачкавшие железо и дерево до самых рук на
