Скорее лишит денег и отправит на исправление куда-нибудь на лазурные берега.
А вот меня убрать, как свидетеля позора и его же причину, вполне могут. Слишком опасной информацией владею. И в этот раз всё сделают как надо. А врага в лице главы рода Воронецких мне за спиной иметь не хотелось бы. Не сейчас, пока я слишком мало знаю и, как оказалось, умею.
В общем, оставался единственный вариант. Шантаж. Иванушка точно не отличался особым умом, раз умудрился так вляпаться. Значит в то, что я могу его раскрыть, поверит. Умей он продумывать последствия, не связался бы со Змееловами.
Ещё одного молодого придется зажимать между молотом и наковальней, но, как говорится, ОПГ детям не игрушки. Так, раздумывая о том, кому саночки возить и насколько далеко, я и доехал.
Залив штормило. Дождя не было, но низкие темные тучи нависли над водой, а ветер разгонял волны, заставляя их штурмовать песчаный берег. Могло и ливануть, а могло всё сдуть нахрен. Типичная питерская погода.
Ветер уже давно резвился и вся подъездная площадь была усыпана цветочными лепестками, сорванными стихией. Входил в особняк я по их ковру, не хватало фанфар и восторженных девиц. Хотя нет, последнее лучше не надо.
Сегодня мы занимались не на свежем воздухе, что давало мне надежду не изваляться снова в грязи. Князь ожидал меня в небольшой библиотеке, при виде которой у меня сразу загорелись глаза. Представляю, сколько тут интересного найти можно.
Ряды полок с книгами занимали две противоположные стены и манили к себе. Но Воронецкий усмехнулся и безапелляционно объявил:
— Вы, юноша, не сможете прочитать их, даже если очень захотите. Впрочем, можете попробовать, — князь сделал широкий приглашающий жест. — Это даже любопытно.
Дважды предлагать мне не нужно было. Понимая, что светлейший в очередной раз издевается, я потянулся за ближайшей книгой. И уткнулся в невидимую стену. Чуть надавил, сопротивление не исчезло, но рука стала нагреваться. Чем больше я давил, тем сильнее становился жар. Хм, интересная защита.
Вволю подогрев себя, я отступил и внимательно осмотрел мебель. Печать, какой бы сложной она не была, действовала определенное время. Либо сразу давала нужный эффект, либо удерживала, но недолго. Вряд ли князь каждое утро занимается наложением рук, значит это артефакт.
Книжные полки в торцах были щедро украшены резьбой. От завитушек и переплетений в глазах рябило, но я заметил чуть выступающие круглые элементы. Не обратил бы на них внимание, если бы не символы. Такие я видел в гримуаре, но не вникал, сосредоточившись пока на простых печатях.
Князь заметил мой взгляд и быстро подошел. Пришлось вертеть головой, делая вид, что я не могу найти артефакты. Не должен я такого знать, ой не должен, чувствую. Воронецкий глядел с подозрением, а я усиленно изображал расстройство.
— Пожалуй, хватит, — холодно произнес хозяин. — Достаточно развлечений, пора заняться делом.
У меня не получалось. Простая фигура и короткая фраза никак не уживались вместе. Князь делал короткие замечания, поправляя, но это не помогало. Никаких эмоций на его лице не отображалось, поэтому эффективность процесса была неясна. И только когда я в очередной раз разминал пальцы, которые адски свело, Воронецкий снизошел до подсказки:
— Попробуйте обратиться к крови, юноша. В ней источник силы и ключ к знаниям. В момент нужды у вас не будет времени вскрывать себе вены, так что постарайтесь обойтись без этого.
Меня аж вскинуло. То есть он целый день гонял меня вчера и сейчас ещё хрен знает сколько времени, а про такую «мелочь» сказать забыл? Хотя, надо признать, фигура мне въелась в память хорошо. Не работала просто.
— И как это сделать? — я превозмог желание ругнуться и спросил спокойно.
— Молча, — последовал ответ и князь посмотрел на часы. — И позже. Мне нужно отлучиться на некоторое время, у вас есть около часа на отдых, затем подадут обед, а после мы продолжим.
Сообщил и просто вышел, оставив меня со скрюченными пальцами. Я одернул себя от попытки дотянуться до охранных артефактов. Может камер тут и нет, но наверняка на защите ещё и сигнализация.
Перерывом я воспользовался, чтобы найти княжича. Огромный дом был тих и почти безлюден. Вместо того, чтобы шляться, заглядывая во все двери, я спросил у дворецкого. В случае чего скажу, что решил извиниться за недоразумение.
Белобрысый отдыхал на террасе в дальнем конце северного крыла. Развалившись на просторном диване, он вальяжно курил кальян, выпуская дым с задумчивым видом. И, увидев меня, поперхнулся, заходясь в кашле.
Княжич подскочил, принялся озираться в поисках оружия, но не успел найти ничего подходящего. Его рука потянулась к кальяну, и пока он не начал отбиваться им, я схватил его за грудки, тихонечко встряхнул и впечатал в стену.
— Да как ты смеешь! — парень тут же залился гневным румянцем.
Он пытался убрать мои руки, затем оттолкнуть, поэтому пришлось немного ударить им о крепкий камень особняка. Чтобы чуть успокоился. Гулко стукнуло в его затылке, но это помогло, сопротивляться он перестал.
— Ты, Ваня, очень сильно влип, — вкрадчиво сообщил я ему и оскалился. — Мало тебе было сломанного носа? Так я могу всё остальное переломать. Но лучше предоставлю эту радость твоему отцу.
— Чего? — с обидой и непониманием пискнул княжич.
Нет, ну реально тупой. Избаловали пацана по самое не балуйся, вот и результат. А может и упорный, сам добился.
— Того. Как князю понравится новость о том, что ты связался с кланом Змееловов и дал тем сведения, мало того, что о родовых умениях, так ещё и об императорской башне? А как последнее понравится его императорскому высочеству?
Я испытал особое злорадное удовлетворение, наблюдая как меняется лицо высокородного. Побледнел он так, что почти слился с белой краской на стене. В общем-то я ему в двух кратких предложениях объяснил всю суть.
Два вопроса, которые в эту пустую голову не приходили до этого момента. А значит Змееловы пока не дергали княжича. Что же, я успею первым.
Я отпустил белобрысого и тот начал оседать, бормоча «я… я… я…». От рифмы пришлось воздержаться. Княжич поплыл и в себя его привести удалось только разок хлопнув по бледной
