с неким нарастающим испугом проводила глазами её до выхода из забегаловки. Её сердце радостно забилось, когда увидела, что Элейн не собиралась незаметно покинуть их. Хотя, Гриффиндорка понимала, что ей с ними опасно. Гермиона сумбурно металась в собственных мыслях. Один голос твердил: «бросить всё и найти родителей». Другой голос требовал справедливости. И глас последнего затмевал всех других. Она вспоминала о крестражах и прикидывала шансы и вероятность собственной охоты за ними. Не слишком забегая наперед, пока же Гриффиндорка решила отдохнуть и по возможности разузнать общую обстановку дел в Магической Англии. Дело омрачало полное одиночество. Тут думай — не думай ясно, в одиночку будет невыносимо трудно. К тому же чувство потерянности никак не покидало её с момента пробуждения в лесу. Сколько себя помнит, Гермиона редко чувствовала такое давящее одиночество. Пусть и до Хогвартса жизнь не баловала её друзьями, зато после поступления она обзавелась настоящими друзьями. А сейчас рядом с ней никого, только ненавистный Малфой…
«Интересно, а есть ли у Элейн друзья?», — призадумалась гриффиндорка.
По поводу новой знакомой у неё были противоречивые ощущения. Она отметила, что для маггла она слишком спокойно восприняла весть о существовании магии. Данный факт вызывал у неё тревожные подозрения. Плюс ещё не считать момента, когда её чуть не убили, а по её виду и не скажешь, что произошло что-то страшное. Ни намека на панику. Касаемо этого, во время еды она тайком следила за новой знакомой и пыталась выявить у неё признаков страха или хотя бы банального волнения. Ничего. Выражение лица сохраняло то же безразличие, только ссадины и царапины на лице с забинтованной рукой говорили о произошедшей стычке. Может из-за адреналина, рассуждала ведьма. Как известно, люди по-разному реагируют на стрессовые ситуации. Однако, её внутренний голос твердил, что тут не всё так просто.
Всё глубже обдумывая свою участь, Гермиона всё больше начала впадать в безысходность. Вся накопленная усталость, грусть и потеря никуда не делись, тихо съедая её изнутри. Гриффиндорка всем сердцем хотела поделиться со своим грузом на душе с кем-нибудь. Иначе она просто не выдержит. Глас совести кричал, что это будет несправедливо по отношению к другим и вообще эгоистично.
«Они тут ни при чем!», — гласил это голос.
Гермиона была согласна с этим, она всегда пыталась действовать с учетом всех обстоятельств, взвешивая все опасности и возможные шансы. В этот раз она решила не послушать свой голос разума. Ей как никогда нужен был кто-то рядом, чтобы просто не быть одной и не чувствовать это опустошающую пустоту внутри. А рядом сейчас только Элейн и Драко. Она лучше доверится незнакомке, чем Малфою. И рядом с ней она почему-то не чувствовала себя так паршиво. Не удосужившись обратить на Малфоя и каплю своего внимания, она встала со стола и вышла из кафе.
* * *
На парковке забегаловки добрые дальнобойщики угостили меня сигаретой. Я обернулась и рассмотрела через огромные стекла заведение. Никого внутри кафе почти не осталось. От группы школьников и след простыл. Вдыхая сигаретный дым, я раздумывала, как быть дальше.
— В приют возвращаться нет смысла, — говорила Эсхель.
— Согласна. Там такой хаос был. Стопудово, полиция уже шерстит всех жильцов и работников. А мне что-то не улыбается отвечать на миллион вопросов.
— Так, что нам делать? — задала она вопрос века, на который у меня не было ответа.
Моя скучная и серая жизнь рухнула в одно мгновение, превратившись в нечто непонятное. Даже не знаю, что чувствуют на моем месте нормальные люди. Растерянность? Панику? Ужас? А может наоборот: ликование? Радость? Кто знает… Мне же было все равно. Пока-пока приют Вула и всё. Никаких других мыслей. И вместе с ним пусть «магия» катится куда подальше. Прожила 18 лет без неё, проживу ещё столько…
На улице моросящий дождь подменил ливень, сгущая мрачные краски небосвода в ещё темные оттенки. Где-то вдали раздавались раскаты грома и виднелись вспышки. Да уж, очень воодушевляюще…
— А ты оптимистка. Раз считаешь, что проживешь ещё 18 лет без проблем.
— И не говори, Эсх. Нам бы день простоять, да ночь продержаться.
— Я никогда не курила. И никогда не пойму тех, кто самовольно покупает себе отраву, — раздался рядом голос Гермионы.
Её слова не прозвучали с укором или с осуждением, как это бывало у других людей.
— Возможно, потому что они помогают, — выпуская струю дыма, ответила я.
Краем глаза увидела, как она сильнее закуталась в пальто. Да, последний месяц лета выдался на редкость прохладным. Мы стояли, наслаждаясь тишиной. Не уверена насчет неё, но я уж точно наслаждалась. Над головой раздавались барабанные стуки капель об козырек крыши. Что-то успокаивающее было в этой музыке, заставляющее погрузиться в размышления — обо всём неважном и важном.
— Элейн Лайт…
— Можно просто Эл, — на автомате попросила я.
— Хорошо, Эл… Знаешь… — начала она, — я была вне себя радости, когда мне сообщили о магии. — Гермиона закрыла глаза, видимо предаваясь воспоминаниям.
— Сообщили? — поддержала я беседу.
— Да. Ко всем детям в одиннадцать лет приходит письмо, где и сообщается о поступлении в Хогвартс. Это школа волшебства, — тут же объяснила она, вспомнив, что я вообще не в курсе о магии.
— В одиннадцать и ни годом раньше? — Гермиона кивнула и в задумчивости сжала губы.
Похоже, она сама только что задумалась об этом нюансе. О магии сообщали простым письмом и их доставляли совы. Мать его совы… Ладно. Что-то я вообще не впечатлилась таким сведениям о волшебном мире. А нельзя ребенку сообщить чуть раньше? А родителям? Вдруг у ребенка магический дар проснется раньше? Да блин, бедные родители могут подумать невесть что и тут же отвезут сдавать свое чадо в спецучреждение, разве нет? Хм, а не ли это случилось со мной? Усмехнулась я, вспоминая свое детство. Да уж, счастливое, мать его, время было.
— В основном все дети уже в курсе о своих магических способностях. Только для магглорожденных такая весть, словно гром посреди ясного неба.
— Магглорожденных?
— Ага. Магглы — это люди без магии. Или попросту говоря, обычные, — разъяснила Гермиона. — Мои родители магглы, — поникла девушка. — Мой дар пугал их до чертиков. Я видела это по их глазам. Да и меня тоже, честно говоря.
— Пугала до чертиков… — выделила её слова Эсхель, намекая мне о чем-то.
— Как пугала?
— В раннем возрасте магия проявляется спонтанно. Маги называют это стихийным выбросом.
Девушка разговорилась, вдаваясь в подробности о мире магии. Полагаю, так она пытается отвлечься от всего этого. Жаль сигарета закончилась быстрее, чем рассказ девушки. Хочу отметить, что-то
