Это было опасно. Смертельно опасно. И ошеломляюще.
Эти слова звучали в ее мозгу, призывая к действию. Она должна была что-нибудь предпринять. Нельзя было позволять этому нахалу завладеть ее ртом.
Рейчел толкнула его в грудь и сразу вскрикнула.
Он отстранился и посмотрел на нее.
— На вашем левом запястье кровоподтеки, — констатировал он, осторожно беря ее руку в свою. Его голос звучал совершенно ровно, словно никакого поцелуя и не было.
Рейчел же понадобилось больше времени, чтобы прийти в себя. Его рука, лежащая на ее ладони, была большой, сильной и очень мужской. Она с трудом подавила дрожь.
— Что вам там было нужно, мисс Фостер?
— Я не была в вашей библиотеке вчера вечером, — повторила она механически, не сводя глаз с его руки.
Он издал тяжелый вздох и, приблизившись, снова обдал' ее своим дыханием, напоминая о поцелуе. Ее щеки горели.
— Вы… интригуете меня, Рейчел Фостер.
— Ч-что? — прошептала она, переводя взгляд на его лицо. Не нужно было иметь докторскую степень, чтобы понять, что он имеет в виду. Тем более после этого поцелуя.
Он запрокинул голову, наблюдая за ней, явно зачарованный ее реакцией.
— Я пришел к этому выводу, когда кончил заплетать ваши волосы. — Он перекинул ей косу через плечо и смотрел, как кончик ее локонов медленно закручивается вокруг его пальцев.
Рейчел дернула головой и спрятала предательские кудри в кулаке. Ее глаза встретились с его, и она почувствовала, что между ними вспыхнуло такое пламя, что даже на его щеках проступили алые пятна.
— Вы… вы заплетали мне косу? — пробормотала она. Он кивнул. А затем нагнулся и снова поцеловал. Вернее, просто прижался щекой к ее губам.
Все ее тело обдало жаром. О Господи! Физическая боль сейчас беспокоила ее меньше всего.
Он отпустил ее и поднялся. В его голубых, бездонных глазах Рейчел прочла обещание. Он подмигнул ей, повернулся на каблуках и направился к двери.
— Подождите!
Ки остановился, положив руку на ручку двери, и взглянул на нее.
— Который… который час? — спросила она, глядя на закрытые ставни. Она не могла сказать, был ли это день или ночь. Единственный свет в комнате шел от прикроватной лампы.
Он проследил за ее взглядом и вновь перевел глаза на гостью.
— Разве это имеет значение, мисс Фостер? — спросил он, прежде чем выйти и закрыть дверь.
Ки стоял в холле, откинув голову и закрыв глаза, прислушиваясь, не доносится ли какой-нибудь звук из комнаты, которую он только что покинул. Но все, что он мог услышать, был стук его сильно бьющегося сердца. Он знал, что если вытянет руку, она будет дрожать.
Рейчел Фостер. Она произвела на него сильное впечатление — со своими хлопающими ресницами и зеленовато-карими глазами, скорее испуганными, чем храбрыми, со своим наигранным возмущением, скрывавшим неумелую ложь, и со своими непокорными вьющимися волосами, которые пробуждали в нем неистовое желание. Проклятие! Он испытывал сильное возбуждение все время, пока распутывал их.
Эта особа, возможно, повредила его мужское достоинство, но не сломила его.
Да, черт возьми! Это будет не так-то просто, как он думал. Рейчел Фостер сейчас временно находилась в его власти, но на самом деле это он находился во власти ее чар. В тот момент, когда она возникла перед ним в библиотеке, все гормоны в его теле встали по стойке «смирно».
Пока она не нокаутировала их ударом в пах.
Это было смелым поступком с ее стороны, признал Ки. А затем она лгала его людям и ему самому, глядя им прямо в глаза.
Ки знал, что она ничего не скажет. Ни угрозы, ни похищение, ни поцелуи не заставят ее признаться в том, что она вынюхивала вчера вечером в Саб-Роуз.
Ки сделал глубокий вдох и потер рукой лоб. Затем улыбнулся и пошел в холл.
Рейчел переполняла страсть. Ки видел это в ее глазах и чувствовал в ее теле каждый раз, когда дотрагивался до нее.
Где-то в предрассветные часы он решил, что хочет Рейчел Фостер.
Она, конечно, будет сопротивляться. Она ведь слышала, какими характеристиками награждала его Джоан, — что он бесчувственный чурбан, ублюдок и неандерталец.
Но главное препятствие было связано с историей унаследованного им дома. Рейчел воспротивится роману с новым владельцем Саб-Роуз. Дочери обычно не хотят идти по следам своих матерей, особенно если эти следы привели к трагедии.
Но что до этого Ки? То, что произошло между Марианной Фостер и стариной Таддеусом Лейкманом, не его дело.
Тот факт, что Фрэнк Фостер застрелил их обоих, тоже не особенно волновал Кинана. Это была история. И интересовала его постольку, поскольку явилась причиной, которая привела его сюда.
У него было правило, будучи на охоте, фокусироваться на чем-то одном. Это позволяло ему всегда достигать своей цели.
На этот раз, однако, целью была женщина.
Ну что ж, посмотрим. Что касается Ки, то для него это была игра. Черт возьми, он был настолько добр в этот раз, что предупредил своего противника. Чего же еще могла требовать эта леди?
Четыре часа спустя Кинан, Джейсон и Дункан вернулись в спальню. Ки отогнал Микки от двери.
— Наша гостья пыталась убежать? — спросил он волка, хорошо зная, что пыталась и что она обнаружила Микки, охранявшего дверь.
Микки поднял голову и по-волчьи оскалился, а затем протрусил по холлу в сторону лестницы.
Ки открыл дверь и увидел Рейчел, которая лежала на спине, забросив руки за голову. Одна ее нога свешивалась с края кровати. Он не солгал ей, когда сказал, что дает ей всего лишь аспирин, но казалось, что девушка все еще страдает наркотическим похмельем.
— Кошечка проснулась? — спросил Дункан, ступая в комнату. За ним шел Джейсон.
Ки подошёл к кровати и слегка потряс гостью. Затем повернулся к своим людям и отрицательно покачал головой. Джейсон подошел ближе.
— Вам надо ее разбудить. Цокольный этаж затопляет со скоростью один фут в час, — сказал он, и в его голосе послышались нетерпение и тревога.
— Мы перепробовали все новые клапаны и выключатели, — прибавил Дункан, тоже подходя к кровати, чтобы взглянуть на Рейчел, прежде чем перевести взгляд на Ки. — Но ничего не смогли сделать. Подвал почти заполнен водой. Через час этот проклятый шикарный дом смоет с фундамента. Хорошо, что Ки наблюдал за своей гостьей, пока говорил Дункан, не то бы он не заметил, что Рейчел Фостер просто притворялась спящей. Ее нос дернулся, когда она попыталась подавить улыбку.
— Мисс Фостер приняла сильнодействующее лекарство, — сообщил Ки, скрестив руки на груди. — И у нее была трудная ночь: вторжение в дом, нападение на меня, а затем бег наперегонки с Микки. Нам, вероятно, придется бросить ее в подвал, чтобы разбудить.
