Лена не стала трогать чемодан. Она положила в свою сумку нижнее белье, шампунь, крем, еще какие-то мелочи.
Человек, который искал средство Николая, был уверен в себе, ничего не боялся, и если бы не эти шумные французы, может быть, теперь ее и на свете уже не было. А может, ему не велели ее убивать, а только отыскать поппифаг и бумаги.
А может, это был русский? Тайцу труднее разобраться в наших бумагах.
Лена посмотрела на часы.
Она в номере три минуты. Это правильно. Больше у нее времени нет.
Лена вышла из номера, закрыла за собой дверь и взяла ключ, который, впрочем, никому не был нужен — эти люди умеют входить в номера без ключей.
Она спустилась по лестнице и остановилась на последнем пролете, глядя вниз, в холл.
Впрочем, что она может понять? Разве этот бой в мундирчике не может быть их агентом? Или носильщик постарше, тоже в мундирчике? Или сам портье? Или вон тот турист, который читает газету?
Никакой группы возле стойки не было — но ждать нельзя.
В приключенческих романах героиня пробегает подвалами и через кухню, потом через задний ход… но откуда Лене знать, где здесь задний ход и где кухня?
Ничего не оставалось, как спуститься по лестнице.
Никто не обратил на нее внимания. Если не считать отколовшегося от французской семьи длинного подростка с блудливым взором, который смотрел на ноги Лены. Ноги у нас красивые, пускай смотрит. Вряд ли они купили такую большую семью. Вернее всего — это личный интерес.
Лена даже нашла в себе силы вежливо улыбнуться сорванцу, хотя не была уверена, получилась ли улыбка лучезарной.
Ну что ж, сумка через плечо, босоножки, лучезарная улыбка — мы отправились в музей.
Главное — не задерживаться. И не смотреть, какая машина за тобой двинется по улице.
Для этого надо повернуть налево — тут широкий пешеходный проход, крытый, и сейчас по стеклянной крыше молотит густой дождь. Народу здесь немного, но впереди улица, по которой течет густой поток тайцев.
Только не надо оборачиваться, Елена! Если они за тобой идут, тебе все равно не убежать.
Лена увидела открытую дверь в магазин, который торговал сувенирами. Там были медные фигурки, длинные гнутые металлические курительные трубки, кривые кинжалы и всяческая чепуха, на которую Лена и не посмотрела бы в нормальном состоянии. Хотя, может, кинжал пригодится?
Она попробовала кинжал. Он был или из цинка, или из алюминиевого сплава, даже муху им не убьешь. Изящная женщина, даже в полутьме видно, как она накрашена, чтобы скрыть следы бурной молодости, подошла поближе, как заговорщица. Она посмотрела на Лену и сказала:
— Нет, вам это не подойдет. Вам нужен настоящий крис, чтобы его убить.
Лена поняла шутку и тоже улыбнулась.
Хозяйка отошла на несколько шагов. Она не хотела мешать.
Лена не удержалась и посмотрела сквозь витрину. Никто не заглядывал снаружи.
Это было отвратительно. Ну хоть покажитесь! Я хочу знать, кого мне бояться.
Никто не смотрел на витрину. Преследователи таились где-то поблизости.
— Спасибо, — сказала Лена.
Она вышла наружу. Дождь перестал молотить по стеклу, и небо стало голубым.
Лена пошла на соседнюю улицу. Она встала на краю тротуара, и когда такси притормозило, приглашая ее сесть, она отмахнулась от него. Где-то она читала, что разведчик никогда не садится в первое такси — ни на стоянке, ни на улице.
Второму такси, которое и не собиралось останавливаться, Лена помахала сама и быстро влезла внутрь. Такси было старым, сиденья кожаные, потертые, не совсем чистые, пахнет жареным салом и одеколоном. Толстая спина шофера в футболке покачивалась в ожидании.
— Аэропорт, — сказала Лена. — Дон Маунг. Хау мач?
— Три хандред бате, — сказал шофер.
— Уан хандред, — сказала Лена, хотя ей хотелось согласиться — только бы он помчался. Но согласиться на бессмысленно высокую цену тоже нельзя — потеряешь лицо.
— Но гоинг, — сообщил шофер и сделал вид, что открывает дверь машины, предлагая Лене выйти.
— Уан фифти, — быстро сказала она.
— Ту фифти.
— Ту хандред, — сказала Лена окончательно.
— Ту хандред, — согласился водитель. Он обернулся, лицо было круглым, как спина, только без футболки. Лицо было добрым и красивым. — Ту хандред,
— повторил он снова, как бы колдуя и не веря пассажирке.
Лена знала, что больше полутора сотен давать не следовало.
Но она спасла лицо.
Машина ехала ни шатко ни валко — еще не наступил час пик, и только взбираясь на эстакады между бесконечными строительными площадками, такси застревало в потоке других машин, автобусов и мини-такси, переделанных из мотороллеров, — тук-тук, так они назывались.
Время от времени Лена оглядывалась. Но разве поймешь, следят за тобой ли нет? Сначала ее встревожила красная машина с открытым верхом. Водитель был в черных очках и желтой майке с черным драконом. Но потом машина куда-то свернула. Сзади пристроился автобус.
До аэропорта добрались за час.
Стойку Лена нашла быстро, зарегистрировалась, а потом отошла в тень, издали глядя на других пассажиров. Но ничего не смогла понять.
В самолете она задремала. Самолет был обычный, словно она летела в Симферополь. Небольшой, полный народа, много детей и вещей — обычный самолет.
В Чиангаре на аэродроме ей объяснили, что в Чианг Саен можно полететь завтра с утра. Но лучше ей поехать туда автобусом. А пока можно переночевать — есть отель рядом с аэродромом.
Но Лена уже привыкла делать не то, что ей советовали. Главное — нарушить обычный порядок вещей. Она снова взяла такси — благо было недалеко от города, и отправилась в недолгое путешествие. Таксист спросил:
— В Боонбундан? «Рама» хотел?
— Нет, — сразу ответила Лена.
Таксист был удовлетворен.
— Боонянг, — сказал он. — «Вианг инн», правильно?
И Лена согласилась.
Таксист молчал, Лена смотрела в окно. Дорога шла между зеленых полей, на некоторых урожай был убран. В квадратах, залитых водой, стояли по щиколотку буйволы, на их спинах сидели изящные маленькие белые цапли, которые с грацией избалованных гурманов время от времени наклонялись, чтобы выклевать из шерсти червячка.
Город был средних размеров — но настоящий город, только куда более спокойный и мирный, чем Бангкок. Приятный город.
Дорога вела по берегу большого озера. Близился закат, солнце опускалось за холмы. Лена увидела высокую пагоду — изящную и женственную. Она была самым экзотическим предметом в Чиангаре.
Никто не обращал внимания на такси, в котором ехала женщина из города Веревкина Тульской области, чтобы нанести удар по наркомафии — бред да и только! Ну кто в это поверит? Впрочем, эта самая наркомафия больше чем поверила. Я правильно делаю, Коля?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
