– Значит, почтенный эрл Алориэль всё-таки счёл нас достаточно ценными, раз рискнул спасти наши шкуры? Тем более, с помощью бесерина…
Дидра кивнула.
– О, да, - загадочно протянула она. – На, выпей это, сразу полегчает.
Она протянула другую кружку, наполненную густым травяным отваром.
Эрик сделал глоток и поморщился.
– Горько.
– Пей, пей, это старинный эльфийский рецепт, - приободрила его изгойка.
Эрик подчинился и вскоре почувствовал, что к нему и в самом деле возвращаются силы.
- Спасибо, - искренне поблагодарил юноша, впервые после пробуждения ощущая какие-то проблески надежды.
«Авось, ещё выкрутимся».
- Больше ничего не хочешь? – лукаво прищурилась девушка, двумя пальчиками приподнимая укрывающую его простыню и заглядывая под неё.
Силы уже вполне вернулись, и Эрик вспомнил, как Дидра омывала грудь в камере.
- Я бы предложил тебе запрыгнуть, но не уверен, что это понравится твоему отцу.
Изгойка весело хохотнула.
- А ему необязательно знать, - она взяла в руки ладонь юноши и осторожно провела пальчиком по костяной корке «кастетов».
Осознав, что впервые за три года остался без перчаток, Эрик вздрогнул и рывком высвободил руку.
- Да ладно, брось, - по губам Дидры скользнула печальная улыбка. – Я всё понимаю, - она пропустила между пальцами пышную гриву белоснежных волос. – Я же тоже изгой. Только мне не так просто это скрыть, - она снова невесело усмехнулась и вдруг с грустной задумчивостью проговорила, невидящим взглядом глядя в пространство: - Знаешь, иногда я надеваю парик и крашу лицо луковой шелухой, ну, чтоб не быть такой бледной. Нормальным людям не понять, как это здорово – затеряться в толпе! – Дидра провела ладонью по лицу, будто стирая пелену печали, и на её губах вновь расцвела обычная беззаботная улыбка. – Кстати, я сохранила твои перчатки. Дорогая вещица. Признавайся, спёр? – изгойка хитро прищурилась.
- Да, и это было то ещё дельце, - против воли Эрик почувствовал, что заражается её беспечной веселостью. – Так как насчёт запрыгнуть ко мне и немного поразвлечься? – Изгой похлопал по кровати рядом с собой.
- В другой раз, - вернула ему ухмылку Дидра. – Одежда в комоде, жду тебя снаружи.
Эрик вздохнул с нарочитым сожалением и, дождавшись, когда девушка выйдет, начал одеваться. К своему удивлению он обнаружил, что расчётливые эльфы сохранили всю его старую одежду. Она была тщательно выстирана, а проделанные не в меру усердно избивавшими его стражниками прорехи были аккуратно заштопаны.
Одевшись и натянув перчатки, Эрик подошёл к окну. В деревянную раму были вставлены настоящие стёкла. Они были абсолютно прозрачными, и комнату заполняли потоки яркого солнечного света. А за ними раскинулся цветущий несмотря на время года парк.
«Должно быть, не обошлось без магии…»
Эрик так привык к затянутому мутным пузырём дохо-жабы окну в их с Элем лачуге, что уже почти забыл, как выглядит настоящая роскошь. Такие же окна были в доме барона, у которого они с матерью жили.
«Странно… И чего это меня потянуло на воспоминания?..» - Эрик тряхнул головой, изгоняя ненужные мысли и, в последний раз бросив взгляд на цветущие клумбы, вышел из комнаты.
- Ну наконец-то! – проворчала Дидра, отклеиваясь от стены. – Ты там что, передёрнул по-быстрому?
- Шагай, - беззлобно посоветовал юноша и хлопнул изгойку по попке.
Дидра проводила его в просторный кабинет. За массивным столом из золотого дерева восседал новый хозяин эльфийского анклава. За его спиной возвышался массивный шкаф, забитый книгами. Почти все корешки были украшены золотой эльфийской вязью, но на восьми самых толстых фолиантах значились названия на человеческом языке. «История мира Великого архимага Зерникуса III», - прочитал Эрик.
Предложение, обращённое к Алориэлю через его дочь там, в казематах Подземелья Ужасов, было продиктовано отчаянием, и Эрик искренне не понимал, чем они с Элем могут быть полезны главе гильдии воров. Насколько Изгой слышал, этот эльф всегда предпочитал действовать без крови и только в пределах влияния своей гильдии. То есть, если в Лагарике что-то ценное меняло своего хозяина не самым честным путем, концы всегда можно было найти в гильдии Алориэля, но с убийствами он дел не имел. Вот Эрик и спрашивал себя – что заставило его вытащить из петли головы двух обвиняемых в убийстве преступников? Это не говоря уже о том, что они совершили преступление против его сородича, а значит, по их же законам чести, нанесли оскорбление всему эльфийскому роду?.. Так что, чем больше Эрик думал об обстоятельствах, окружающих их спасение, тем более и более подозрительными они ему казались.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
По другую сторону стола в мягком суконном кресле сидел Эль. Увидев друга, он приветственно кивнул. Обычные люди плохо разбирались в мимике других рас, поскольку редко имели с ними дело, но за два прожитых бок о бок года Эрик научился отлично понимать настрой побратима. Внешне Эль оставался практически бесстрастным, но по лёгкому прищуру глаз и едва уловимо сдвинутым к переносице бровям Изгой понял, что побратим не на шутку обеспокоен, но всеми силами пытается это скрыть.
Сородичи снабдили Эля самой простой эльфийской одеждой – тёмно-оливковые вельветовые бриджи, коричневый жакет, светло-зелёная рубашка, чулки такого же цвета и башмаки из мягкой кожи. А вот костюм Алориэля как всегда отличался расфранчённой изысканностью, впрочем, дети леса всегда любили наряжаться. Определить сколько лет эльфу можно было только по глазам – они старели не так как люди, и морщины им не грозили. Заливающее глаза Алориэля пламя было насыщенного синего оттенка, а, значит, он был в самом расцвете сил.
Глава гильдии воров впился в лицо Эрика изучающим взглядом, и Изгой моментально ощутил себя мясной вырезкой, критически оцениваемой поваром – то ли ему подсунули? Эрик ответил ему не менее выразительным взглядом. Если этот эльф хочет его напугать, ему это так просто не удастся!
– Как ты, брат? – спросил Эль. – На тебя бесерин подействовал сильнее, чем на меня.
– Жить буду, – ответил ему Эрик, по-прежнему не отрывая взгляда от горящих холодным синим пламенем глаз Алориэля.
Самый Главный Вор усмехнулся и отвёл взгляд от его лица.
– Садись, Эрик, - фамильярно предложил Алориэль. Дождавшись, когда Изгой опустится в свободное кресло, он продолжил: - Приятно видеть, что распущенные о вас слухи имеют под собой хоть какую-то почву – ты и впрямь не из робкого десятка.
Было в этом эльфе что-то настораживающее, что-то, что заставляло Эрика сократить всякое общение с ним до минимума. Тем ни менее он спросил:
– Вы не боитесь, что королевские охотники проследят нас до анклава по магическим следам?
– Я позаботился об этом, - тонко улыбнулся эльф, явно удивлённый, что простой бродяга вообще знает о таких вещах.
Эрик кивнул.
– Почтенный эрл Алориэль, нас спасли по вашему приказу, значит, теперь мы должны с вами расплатиться. Просто давайте порешим с этими поскорее и разойдёмся, идёт? – перешёл к делу Изгой. – Не будем тратить время на бесполезные разговоры.
Эрик запоздало подумал, что его слова могли прозвучать грубовато, а все знали, как эльфы относятся к задетой чести. И их неадекватно жестокую реакцию на обиды… реальные или мнимые.
Но эльф лишь снова усмехнулся и прижал сложенные лодочкой ладони к подбородку.
– Бесполезно лишь то, что не приносит выгоды, Изгой. Выплатить долг жизни можно только жизнью.
Эрик нахмурился. Эльфы обожали аллегории. Их родной язык был витиеват и полон иносказаний, но для простых людей такие речи часто бывали непонятны. Зато Эль сразу сообразил, к чему клонит сородич.
– Вы хотите, чтобы мы кого-то убили? – непроницаемым тоном спросил он.
Эрик нахмурился и посмотрел на побратима, но лицо Эля сохраняло невозмутимость.
«Эльф, что с него возьмёшь…»
Изгой снова перевёл взгляд на главу гильдии воров, неподвижно сидящего перед ним. Немного помолчав, эльф ответил:
