— Раньше, когда ты его не замечала, у меня ещё был шанс. Теперь Эрик больше не посмотрит на меня. Это из-за тебя! — прошипела она. — Всё из-за тебя!
— Эрик? Доктор Дуглас? Причем здесь он? — поразилась Габи.
— Разве ты не о нём всё время думаешь? — Поразилась Сюзанна. — Даже не отрицай, я всё по тебе вижу. Мелкая вертихвостка.
— Доктор Дуглас замечательный хирург, хороший человек, лучший мой учитель, но думаю я о другом мужчине, — ответила Габриэлла.
— Не об Эрике?
— Нет.
— Врёшь! Как можно не думать об Эрике? — поразилась Сюзанна.
— Я думаю о том парне, помнишь, что привезли на скорой в четверг ночью. И что сегодня в обед выписался. — Габи снова улыбнулась, представляя его лицо. — Он необыкновенный.
— Это тот заносчивый тип, что может пристрелить одним взглядом. — Сюзанна удивлённо посмотрела на неё. — Ну, у тебя и вкусы.
Габи только пожала плечами.
— А ты знаешь, что когда ты устроилась к нам на ночные дежурства, то Эрик сразу же перешёл из дневной смены в твою, ночную. Я тоже перевелась за ним следом, но он даже не заметил этого. Всё время только и делал, что говорил, какая Габриэлла молодец, какая она отличная медсестра. И снова на меня не обращал внимания. А я хожу, как дура, на каблуках и с таким вырезом, что это почти неприлично. А он не смотрит. — Девушка шмыгнула носом. — Не смотрит он на меня!
— Сюзанна, — Габи похлопала её по руке. — Дело не в вырезе. Не в короткой юбке, и даже не в каблуках. Доктор Дуглас — хирург, и он видел столько девушек вообще без одежды, что наврятле только внешность его заинтересует. На прошлой неделе я ассистировала ему при операции на сердце молодой девушки. И у неё грудь была что надо. А Эрик ни разу не взглянул на неё, он смотрел только на сердце, которое оперировал.
— И что? — Сюзанна перестала плакать. — Хочешь сказать, что у меня нет шансов?
— Кем ты видишь себя в этой больнице через пять лет? — поразмыслив, спросила Габи.
— Медсестрой.
— И ты не хочешь добиться чего-то большего? — не унималась Габриэлла.
— Ну, может быть, старшей медсестрой… — Неуверенно ответила Сюзанна. — К чему ты это спрашиваешь? Меня устраивает быть медсестрой.
— Это не то. Так ты его не заинтересуешь. — Габи встала и прошлась по кабинету. — Ты ведь неплохо разбираешься в лекарствах. Знаешь, что и от чего лучше выписывать пациентам. Из тебя выйдет хороший терапевт, Сюзанна. Но для этого надо учиться. И каждый год ходить на курсы повышения квалификации. Врач должен постоянно совершенствоваться.
— Я не справлюсь… — Сюзанна влажными салфетками стала вытирать глаза от потекшей туши. — У меня не получится. Я и с уколами этими еле разобралась. А капельницы до сих пор внушают мне ужас. Я не смогу. Нет.
— Если хочешь, чтобы Эрик на тебя посмотрел, то придётся постараться. Кстати, он на этой неделе собирается на семинар по хирургической практике. Иди с ним. Я бы и сама пошла, но у меня занятия в колледже. Иди, и скажи, что тебе это очень интересно, скажи, что хочешь выучиться на терапевта. Эрик очень ценит стремление к знаниям.
— Это точно поможет?
— В любом случае можно попытаться… К тому же ты ничего не теряешь, а приобретаешь. — Габи ей дружески улыбнулась. — Попробуй, и прояви старание. Тогда всё, о чем ты задумала исполнится!
— Я всегда тебе завидовала, Габриэлла. Ты знаешь, чего хочешь. Ты знаешь что делать. И ты делаешь то, что приближает тебя к своей цели. — Сюзанна снова шмыгнула носом. — Я не такая. Я боюсь ответственности, боюсь принимать важные решения. Ты права, именно этого мне не хватает, чтобы заинтересовать Эрика. Я в себе не уверенна, а ему нравятся сильные девушки. — Она горько заплакала, слезы оставляли темные дорожки потекшей туши на её щеках.
— Я верю в тебя, Сюзанна, — Габи крепко сжала её ладонь.
— Почему ты решила помочь мне? Я ведь так ужасно с тобой обходилась. — Сюзанна непонимающе на неё посмотрела сквозь слезы. — Я ведь всё время нападала на тебя! Старалась задеть, унизить. Всегда хотела доказать, что я лучше тебя. Почему ты мне помогаешь сейчас?
— Потому что все люди склонны совершать ошибки, не стоит запоминать только промахи. Нужно уметь прощать. Я никогда не зацикливаюсь на обидах, стараюсь пропускать мимо раздражение. Я не злюсь на тебя. — Габриэлла ей дружески улыбнулась.
— Спасибо, — тихо прошептала Сюзанна. — И, Габи, есть и для тебя хорошая новость. Сегодня днём кто-то анонимно оплатил операцию твоего деда. Я слышала, как Эрик говорил об этом с Филиппом и Патриком. Скоро твоего старика прооперируют.
* * *
Джек снова стоял, облокотившись на машину, и сверлил взглядом двери поликлиники. Утро выдалось сырым и мрачным. Вот-вот может начаться дождь. Самое обычное утро в это время года. Холодный ветер пронизывал до костей, забираясь под куртку. И курить уже почти не хотелось. Достижение. С его-то стажем профессионального курильщика.
Габи выпорхнула из больницы, и легкой пружинистой походкой направилась прямо к нему.
— Привет, — сказала она. На улице сразу стало как-то светлее от её мягкой усталой улыбки. Джек наслаждался её обществом. Нет ничего притягательнее в человеке, чем улыбка и легкость, что появляется в душе рядом с этим человеком. С Габи он чувствовал себя счастливым, чувствовал себя снова живим.
— Устало выглядишь. — Сказал Джек, открывая ей дверь в машину. — Тебе нужно больше отдыхать.
— Я в порядке. После коллежа высплюсь. — Она вымученно улыбнулась. Джек отметил, как покраснели её глаза от недосыпания. — Просто тяжелая ночь. Две операции.
Что такое паршивая ночь Джек и сам прекрасно знал. На своем собственном опыте. И если бы Габи захотела поговорить об этом, он бы был не против.
— Я отвезу тебя в колледж позже, когда у тебя заканчиваются занятия? — Он наслаждался теплом и светом, что исходили от Габриэллы. Интересно, она сама знает, как влияет на окружающих. И особенно на него. Рядом с ней Джеку хотелось стать лучше, чем он был. Небывалое желание.
— Лекции до двух. — Ответила Габи. — И Джек, это лишнее. Днём-то мне ничего не угрожает. Я могу пройтись пешком. Правда. Не стоит беспокоиться.
Джек подумал о том, что три предыдущие девушки неизвестно когда пропали. Возможно как раз таки днём. Последняя, по крайней мере, пропала среди бела дня.
— Я заберу тебя из колледжа, — сказал он таким тоном, что спорить с ним бессмысленно. — Потом ты отдохнёшь, а вечером мы поужинаем. И да, из кафе ты уже уволилась. Я это устроил. Позвонил, представился, и сказал, что ты там больше не работаешь.
— Зачем? — Джек видел её поражённые глаза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
