Винсент вздохнул:
— Да, действительно, вход в нью-йоркский театр охранялся секьюрити, чтобы никто посторонний не мог войти.
Джеки подчеркнула:
— Разумеется, кто-то из бессмертных мог просто подчинить себе сознание охранников у входа и спокойно войти внутрь. В этом случае списки не помогут. Но будем надеяться, что он устроился к вам на работу, чтобы получить доступ. Иначе выследить его будет очень сложно.
Винсент нахмурился, и Джеки добавила:
— Начнем беспокоиться об этом после того, как проверим всех по списку, а это мы сделаем, как только ваша ассистентка нам его пришлет. — Она поджала губы. — На это может потребоваться немало времени. Ваша Лили должна как можно быстрее добраться до офиса и найти нужные файлы.
Взяв первую стопку писем, Джеки обогнула стол и направилась в кладовку. Когда она проходила мимо Винсента, он на мгновение прикрыл глаза и уловил ее аромат. Боже, она так хорошо пахнет! А он так голоден. Проснувшись, Винсент всегда испытывал голод, но на этот раз просто чрезмерный. И чем дольше он стоял тут, глядя на Джеки и вдыхая ее аромат, тем больше ощущал голод, который уже был просто невыносимым. Если он не уйдет прямо сейчас, то может натворить каких-нибудь глупостей, а это очень плохо. Все вампиры еще в юности должны усвоить, что опрометчивое поведение опасно для жизни.
Заставив себя открыть глаза, Винсент увидел Джеки в дверях кладовки. Она что-то бормотала себе под нос и качала головой, склонившись над большой коробкой с почтой, стоявшей на полу. Его взгляд переместился на ее задорную попку, туго обтянутую серой юбкой, и Винсент непроизвольно начал облизывать губы, представляя себе, как подойдет к ней, проведет руками по этим теплым округлостям. А она удивленно выпрямится, и его руки скользнут выше и обнимут ее за талию.
Он почти услышал ее изумленное бормотание, представляя себе реакцию на то, как он прижмет ее попку к своей промежности. Потом его пальцы скользнут вверх по ее животу, расстегнут жакет, и он сможет обхватить ее пышные груди сквозь шелк красной блузки. Он будет гладить их, а Джеки изогнется под его ласками и откинет в сторону свои длинные белокурые волосы, обнажая шею. Он начнет покрывать ее поцелуями, а потом…
Винсент резко прервал свои мысли, почувствовав, как вырастают у него клыки, и удивленно заморгал — оказывается, не только его мужское начало среагировало на игру воображения. Пижамные штаны сильно оттопыривались. Более того, пока он представлял себе все это, ноги сами понесли его прямо к Джеки. Он оказался достаточно близко, ощущал пьянящий аромат ее духов, и эта пытка только усиливала его голод. И тот и другой.
Мысленно одернув себя, Винсент попятился, повернулся и пошел к двери. Нужно подкрепиться. Немедленно. Открыв дверь, он оглянулся на Джеки, но она все еще оставалась в кладовке. Винсент тихо вышел из комнаты.
Джеки посмотрела на переполненную коробку с письмами и покрутила головой. Она не понимала, как этот человек умудрился заработать себе состояние. Не отвечает на письма фанатов, даже не просматривает деловые письма, а бухгалтер наверняка дерет с него кучу денег за то, что разбирает вот это безобразие в кладовке.
— Вам и вправду необходим личный помощник, Аржено. Это же немыслимые траты — платить бухгалтеру за то, чтобы он продирался сквозь весь этот мусор и…
Джеки обернулась, замолчала и нахмурилась, обнаружив, что в кабинете пусто. Пока она стояла к нему спиной этот человек выскользнул из комнаты бесшумно, как вор. Продолжая хмуриться, Джеки подошла к двери, открыла ее и выглянула в коридор как раз вовремя — она увидела, как Винсент остановился рядом с одним из сотрудников охранной фирмы, спускавшимся с лестницы. Прищурившись, Джеки наблюдала, как Винсент что-то ему сказал и повел в комнату чуть дальше по коридору. «Повел» — не то слово. Джеки показалось, что этот несчастный ведет себя как овца, идущая на заклание. Нет, она не думала, что Винсент его убьет. Но кровь сосать будет, это точно.
Джеки выскользнула из кабинета и торопливо пошла по коридору, остановившись около двери, за которой исчезли эти двое. Быстро оглянувшись, чтобы убедиться, что в коридоре больше никого нет, она прижалась ухом к двери и, задержав дыхание, прислушалась.
Из комнаты не было слышно ни звука. Ни единого слова. Даже бормотания. Вообще ничего.
Немного поколебавшись, она поджала губы, приоткрыла дверь и скользнула внутрь. Винсента с рабочим Джеки увидела сразу. Охранник стоял у дальнего окна, глядя на улицу, а Винсент — у него за спиной, вонзив клыки в шею несчастного.
— Ага! — воскликнула Джеки, захлопывая за собой дверь.
Винсент окаменел, потом резко повернулся к ней с виноватым выражением лица. В углу его рта виднелась капелька крови. Рабочий не среагировал никак.
— Мне казалось, вы говорили, что не пьете кровь у своих работников! — рявкнула Джеки, подбоченясь.
Винсент недовольно изогнул губы:
— Не пью. Но он не мой работник.
— Пустые слова! — возразила она. — Он сотрудник фирмы, которая работает на вас, так что он и ваш работник, пусть косвенно.
Винсент открыл рот, желая что-то ответить, но промолчал и снова повернулся к своему «обеду». Рабочий тотчас же зашевелился, повернулся и с абсолютно безучастным лицом пошел к двери.
Зная, что Винсент контролирует его поведение и, вероятно, сам отправил его обратно, Джеки открыла дверь и придержала ее, чтобы человек смог выйти. Но прежде чем закрыть дверь, обернулась к Винсенту и вопросительно подняла брови. Вампир не обратил на этот немой вопрос никакого внимания и провожал взглядом рабочего. Понимая, что он в этот момент оказывает влияние на подсознание рабочего, Джеки терпеливо дожидалась, когда он взглянет на нее.
Она тут же закрыла дверь, стараясь сделать это беззвучно, и уставилась на Винсента, дожидаясь его объяснений. Он не заставил себя ждать.
— Я был голоден.
— И все? — с недоверием спросила Джеки. — Это все, что вы можете сказать в свое оправдание?
Винсент пожал плечами:
— Я был голоден, поэтому подкрепился. А что делаете вы, когда хотите есть?
— Вряд ли это одно и то же, — проворчала Джеки.
— Почему? Потому что вы едите маленьких телят и цыплят, а я пью кровь смертных?
Джеки сердито взглянула на него, не зная, что ответить.
— По крайней мере моя еда не обязательно должна умирать, — сухо добавил Винсент.
Джеки заморгала. Впервые в жизни она не могла вымолвить ни слова — у нее не было ни одного аргумента. Сначала Джеки почувствовала некоторое раздражение, но почти сразу осознала, что таких аргументов просто не существует. Такие, как она, то есть смертные, действительно убивают, чтобы есть. Таким, как он, не приходится убивать, чтобы выжить. И в результате бессмертные наносят гораздо меньше ущерба живым существам… Гнев улетучился, как дым, и Джеки внезапно почувствовала, что ступила на очень зыбкую почву.
