Могла ли Алекса положиться на Соррел? И более того: могла ли доверить Паоло Джованни? У Алексы кружилась голова, но глубоко внутри она почувствовала уверенность, что с Паоло все будет в порядке.
– Наверное, вы правы, – запинаясь, сказала она.
Соррел провела ее по длинным мраморным коридорам, В центре дворца находился внутренний двор, в котором был разбит роскошный сад – с благоухающими цветами, тенистыми деревьями и мозаичными дорожками. Журчащий фонтан вызвал у Алексы желание окунуться в прохладную воду.
– Вот ваши комнаты, – сказала Соррел, открывая двойные двери.
Внутри была огромная гостиная с шелковыми портьерами и изысканной мозаичной мебелью. Хрустальные люстры поблескивали мириадами огней.
– Здесь две спальни и три ванные комнаты, – мягко сказала Соррел. – Может быть, вы хотите освежиться?
Алекса была так истощена – эмоционально и физически, – что ей трудно было даже ступать.
– Но Паоло…
– Я полагаю, что Джованни вместе с Хавьером показывают Паоло дворец. Будет лучше, если Паоло увидит свою мать посвежевшей и улыбающейся. – Соррел подвела ее к зеркалу. – Посмотрите на себя.
Алекса отпрянула, увидев свое отражение, – поникшие плечи, темные круги вокруг глаз. Она была бледна, как фата невесты. Почему Джованни не сказал ей об этом? Потому что хотел выставить ее дурнушкой? Жалкой продавщицей магазина, кем она и была на самом деле?
Надеялся ли он на то, что она произведет такое ужасающее впечатление на семью шейха, что они посчитают ее недостойной матерью для королевского отпрыска?
Но вместе со страхом в ней появилась решимость. Она не желает быть игрушкой в его руках! Сидеть и ждать худшего?! Какого черта!
– Почему вы, англичанка, живете в этом странном и экзотическом месте, Соррел? – снова спросила она.
– Мой отец много лет был послом Великобритании в Карастане, – сказала Соррел. – Я проводила здесь каникулы, выучила здешний язык и полюбила этих людей. – Тень пробежала по ее лицу. – Мои родители были убиты в самолете над горами Марабана, когда мне было шестнадцать, и моим опекуном стал Малик, помощник шейха, очень влиятельный человек, с которым вы скоро познакомитесь.
– И вы не хотели вернуться обратно в Англию? – спросила Алекса.
Соррел покачала головой.
– Нисколько. Я почувствовала неразрывную связь с Карастаном. Может быть, мне внушили это чувство родители, которые познакомили меня с культурой и историей этой страны. Когда я бывала в Англии, то мысленно все время возвращалась в Карастан, поэтому и решила закончить свое образование здесь.
Она пожала узкими плечами и застенчиво улыбнулась.
– Каково же ваше положение теперь? – испытующе спросила Алекса.
– О, мое положение… – Соррел издала короткий смешок. – Я работаю в посольстве Великобритании и живу в стенах дворца. Я не знаю, каким словом определить мое положение здесь!
Алекса уловила легкую горечь в тоне Соррел, но сказала себе, что это не ее дело, У нее достаточно собственных переживаний. И все же слова этой женщины вселили в нее бодрость – может быть, между ней и ее соотечественницей возникнет родственная связь? Или некий союз?
– Мы будем жить в этих комнатах вместе – Джованни, Паоло и я? – тихо спросила она.
– Да. – Возникла долгая пауза. – Это было требование Джованни.
Лицо Соррел было бесстрастным, она беспомощно пожала плечами. Не обвиняй меня, казалось, говорила она. Не задавай мне вопросов, на которые я не могу откровенно ответить. И Алекса все поняла. Джованни обладал здесь властью, и желания его выполнялись беспрекословно. У нее нет другого выхода, как следовать им. Но ведь это не значит, что он отберет у нее ребенка силой.
– Могу я быстренько принять ванну? – спросила она Соррел.
– «Быстренько»! – рассмеялась та. – Я не слышала таких слов с тех пор, как была в Англии, а это было много лет назад! Да, конечно, она уже готова для вас.
Соррел открыла дверь в ванную комнату, и Алекса, несмотря на свое подавленное состояние, вскрикнула от восторга: в круглой чаше, украшенной мозаикой, поблескивала тонко благоухающая вода, на поверхности ее плавали лепестки роз.
– Похоже на сказку из «Тысячи и одной ночи», – произнесла Соррел с улыбкой. – Это, конечно, не ослиное молоко, но, я надеюсь, вы насладитесь купанием.
Насладитесь?
Когда Соррел ушла, Алекса скинула свою мятую одежду и, облегченно вздохнув, погрузилась в благоухающую воду. Ванна была глубокой, и ощущение от теплой воды было невероятно приятным. Она бы оставалась здесь весь день, но это невозможно. Алекса вспомнила свою крохотную ванную в Англии, где ей приходилось маневрировать среди развешанных на веревке детских носков и штанишек, и еще раз вздохнула.
В гардеробе висела ее новая одежда, которую она специально приготовила для визита в Карастан: из разноцветных отрезов шелка, купленных на азиатском рынке, она смастерила себе несколько свободных и длинных туник – наподобие тех, которые носили карастанские женщины.
Надев одну из них, она почувствовала мягкую шелковую ткань на своей разгоряченной коже, и внезапно ее охватило отчаяние. Это все нереально, сказала она себе. Здесь нет ничего реального.
Бросив напоследок еще один взгляд в зеркало, она пошла искать своего сына.
Прищурив глаза от яркого света, который заливал дворец, она огляделась вокруг и увидела Паоло сидящим на веранде и пьющим сок под присмотром молодой женщины, похожей на няню.
Услышав голос, он вскочил на ноги и бросился к ней.
– Мама, мама! – с восторгом прокричал он. – Здесь сад гораздо больше, чем наш парк дома!
– Неужели? О, Паоло! – Она обняла сына и закрыла глаза. – Ну как ты, мой дорогой?
Он вывернулся из ее материнских объятий.
– Я видел дворец – он такой огромный, и я познакомился с дядей Хавьером, и в спальне у меня коробка с игрушками, и мы ели замороженные фрукты за обедом!
– Что это за фрукты?
– Он имеет в виду фруктовое мороженое, – послышался тихий голос за их спиной, и Алекса, повернувшись, увидела Джованни.
Сердце ее замерло, а затем забилось сильными толчками. Он был похож на мрачного и сладострастного хищника, и тело ее инстинктивно потянулось к нему. Он был отцом ее ребенка – не поэтому ли она ощущала такую реальную связь с ним?
– Папа! – в восторге вскричал Паоло и подпрыгнул на месте, как маленький щенок.
Папа, с тоской подумала Алекса. Как скоро это произошло!
Джованни потрепал черные кудри сына и улыбнулся ему.
– Надо пить много воды, потому что жарко и потому что…
– Вода делает сильным и львов! – воинственно отчеканил Паоло и побежал на террасу, словно всю жизнь жил во дворце.
