приблизил свое лицо к ее лицу. На этот раз она не отпрянула от него. Ее глаза продолжали смотреть на него в упор.
Антон, понимая, что сейчас или никогда, страстно впился в ее губы. Она не оказала сопротивления. Он почувствовал, как ее тело расслабилось. Он также ослабил свою хватку руками.
Своими ладонями он почувствовал, как по ее коже пошли мурашки, и это еще больше подхлестнуло его.
Эти секунды показались ему вечностью. В его голове уже пронеслись мысли о том, как его губы нежно, но настойчиво покрывают поцелуями ее шею и этот манящий разрез на груди.
Но в это время Анастасия, также почувствовав, что его хватка ослабла, вырвалась из его рук и направилась к двери. Она уже почти открыла ее, чтобы выйти из его кабинета, но тут рука Антона сверху надавила на дверь и она опять закрылась.
Анастасия продолжала держаться за ручку двери, стоя спиной к Антону. Его рука, державшая дверь, нависла над ней. Она почувствовала его дыхание на своей шее. Но он не коснулся ее. Его губы приблизились к ее уху и нежно прошептали:
— Куда ты так торопишься? Мы не договорили.
Анастасия резко повернулась к нему и прижалась к двери, чтобы быть подальше от нависшего над ней Антона. Ее охватила паника. Его наглость и самоуверенность совершенно сбили ее с толку. В ее глазах Антон опять увидел гневные огоньки и это вызвало у него улыбку.
— Антон Валерьевич, Вы переходите границы, — все, что она смогла произнести. Она хотела оттолкнуть его от себя, но боялась прикоснуться к нему.
Антон не отвечал. Он лишь наклонился к ней, по всей видимости, намереваясь ее опять поцеловать. Анастасия слышала каждый удар своего сердца. Он загнал ее в ловушку: ей некуда было деться от него. Антон крепко держал дверь и не звать же ей, в конце концов, на помощь. От страха она крепко зажмурила глаза. И тут она услышала смех — это смеялся Антон. Анастасия открыла глаза и увидела, как он практически сложился пополам от смеха.
Похоже, ее поведение его очень развеселило.
— Ха-ха, — не унимался Антон, — такую реакцию на мой поцелуй я еще не видел. Неужели, так страшно?
Она ничего не ответила. Вдруг его лицо сделалось серьезным. Он опять смотрел на нее, как удав на кролика. Потом он положил свободную руку ей на талию и, отделив ее от двери, притянул к себе.
Он уже почти коснулся ее губ, когда раздался телефонный звонок и голос секретаря произнес:
— Антон Валерьевич, звонит Ваш отец. Соединяю? Он не может никак до Вас дозвониться по мобильному.
Антон повернулся в сторону телефона, убрав свою руку с двери, и в этот момент Анастасия дернула за ручку и выскочила из его кабинета.
«Как школьница», — улыбнулся Антон и направился к телефону.
Поговорив с отцом, он сел в кресло и закрыл глаза, вспоминая первый поцелуй с Анастасией. Все еще ощущая на своих губах аромат ее губ, он никак не мог отойти от произошедшего.
Она позволила ему себя поцеловать. Ее рот был приоткрыт и она не сопротивлялась, когда его язык настойчиво исследовал ее.
Ее губы были такие мягкие и нежные, что прикосновение к ним стало самым заметным событием в жизни Антона за последнее время.
До этого она возбуждала его одним своим видом. Но после поцелуя ему этого было недостаточно. Он хотел ее всю. Он хотел целовать не только ее губы и прикасаться не только к ее рукам.
31
Такой напор со стороны Антона Валерьевича окончательно сбил с толку Анастасию. В департамент она вернулась бледная и потерянная настолько, что на это обратила внимание Ольга Константиновна.
— Что с тобой? Тебе не хорошо? — спросила она.
— Да, — призналась Анастасия. Она решила отпроситься домой, так как вспомнила, что сегодня вечером было назначено еще одно совещание с участием Антона Валерьевича. Это было слишком. Еще одного такого разговора с ним она не выдержит. — Голова кружится. Можно я домой пойду?
— Да, конечно, иди.
Всю дорогу домой она никак не могла отойти и понять, что же она чувствует. Она боялась признаться себе, что поцелуй Антона Валерьевича ей был приятен. Но она не хотела стать очередной игрушкой и объектом сплетен.
Уже после первого неудачного служебного романа она твердо решила, что больше на работе никаких отношений. Но как объяснить это другим? Поэтому ей приходилось разыгрывать удивление и непонимание на скрытые и явные намеки коллег.
Другое дело — Антон Валерьевич. Он не намекал, он говорил прямо. И то, что он говорил, ей нравилось. Она признавалась в этом только наедине с собой.
Но уступить ему означало обмануть саму себя. Да, наверное, она ему действительно нравилась и он хотел ее. Хотел ее, как, например, какую-то вещь. А что потом? Ей опять пришлось бы искать новое место работы?
Нет, это не входило в ее планы. Она не воспринимала Антона Валерьевича всерьез.
И в этой связи знакомство с Романом было как никогда кстати. Симпатичный, воспитанный, успешный, не наглый и не коллега, он вполне мог бы отвлечь Анастасию.
Она мысленно упрекнула себя за то, что рассматривает Романа как способ выбить из головы дурные мысли. Но потом подумала, что сам Роман, похоже, не против этого и, может быть, у них что-нибудь и получится.
32
Антон был в ожидании следующего совещания. Ему не терпелось опять посмотреть в глаза Анастасии. Видя такую ее реакцию на его поступки, ему хотелось снова и снова провоцировать ее.
От юридического департамента на совещание должны были прийти она и Ольга Константиновна. Но когда около пяти часов коллеги стали опять подтягиваться в переговорную, Ольга Константиновна зашла одна.
— А где Анастасия? — спросил Антон.
— Вы знаете, ей стало плохо после утреннего совещания. — Ольга Константиновна многозначительно посмотрела на него. — Она отпросилась домой.
— А что с ней? — забеспокоился Антон.
— Я не знаю. Она обещала позвонить после посещения врача. Побледнела как-то, на голову жаловалась.
Антон задумчиво покачал головой и подумал: «Что за ранимая душа? Неужели мой поцелуй выбил ее из строя? Это начинает мне нравиться больше и больше.»
Анастасия уже подходила к дому, когда ее телефон зазвонил. Это был Роман.
— Привет, красотка, — услышала она в трубке его приятный голос.
— Привет.
— Я тебе не отвлекаю?
— Нет-нет, — ответила Анастасия. — Я как раз подхожу к дому. Мне стало немного не по себе на работе и я отпросилась.
— С тобой все в порядке? —
